Чтение онлайн

Мисс Силвер молча вязала, надеясь, что гостья вскоре перейдет к делу. Какой же у нее неприятный пронзительный голос — такие звуки издает треснувший фарфор!

— Конечно, в квартире есть свои отрицательные стороны, — продолжала миссис Андервуд. — Когда я жила в деревне, то обожала свой сад. Но мужу нужно было находиться поближе к месту работы — вы ведь знаете, он служит в министерстве авиации. А когда его командировали на север, я осталась с квартирой на руках. Если бы не война, я бы могла сто раз ее сдать, но сейчас никто не хочет жить в Лондоне. Правда, это не совсем Лондон, а Пугни — очаровательный старый дом, которому самое место в деревне. Он принадлежал Ванделеру — художнику, который рисовал королеву Викторию и ее детей и заработал на этом громадное состояние. Многим людям его профессии такое и не снилось. Впрочем, думаю, у него были и личные средства. Содержать такой дом обходилось недешево. После смерти Ванделера он долго пустовал, а потом его переделали в многоквартирное здание. Сад там, конечно, уже не тот, что был, хотя сейчас нанять садовника практически невозможно. Мне бы хотелось переехать поближе к мужу — на днях я присмотрела коттедж с тремя комнатами и кухней, но за него просили пять с половиной гиней в неделю…

— Такие непомерные цены не следует поощрять, — сказала мисс Силвер.

— Потому я и решила пока остаться в Пугни.

— Уверена, что вы поступили разумно.

— Хотя, как я говорила, там свои недостатки — приходится жить бок о бок с другими людьми. В доме восемь квартир — думаю, вы понимаете, что, когда ездишь с человеком в лифте, волей-неволей с ним знакомишься.

Мисс Силвер кивнула.

Жемчуг на груди миссис Андервуд продолжал подниматься и опускаться.

— С некоторыми соседями стараешься поддерживать дружеские отношения, но они не всегда этого хотят. К примеру, мисс Гарсайд. Не знаю, кто она такая, чтобы напускать на себя такое высокомерие. Смотрит на вас в лифте так, словно вы находитесь на противоположной стороне улицы, а она видит вас впервые в жизни и если встретит снова, го ни за что не узнает. На редкость грубая особа. Вообще-то я ничего не имею против соседей, но со мной живет Мид, а она очень привлекательная девушка… Хотя Мид — племянница моего мужа, а не моя, но для меня это не имеет значения, и я с радостью предоставляю ей жилище, пока она в нем нуждается. Но когда в квартире с вами живет молодая девушка, приходится быть осторожным вдвойне…

Перед мисс Силвер забрезжил свет.

— Кто-то досаждает вашей племяннице?

— Я же говорила, что она племянница моего мужа, хотя мне это безразлично… Нет, никто ей не досаждает, и я уверена, что в доме проживают вполне достойные люди… Мне бы не хотелось, чтобы у вас на этот счет создалось неправильное впечатление.

Мисс Силвер интересовало, какое именно впечатление хотела произвести на нее гостья. Покуда она говорила о покойном мистере Ванделере и своем доме, ее дыхание было более-менее в норме. Теперь же оно вновь участилось. Миссис Андервуд явно что-то беспокоило — что-то очень серьезное, что заставило ее обратиться к Маргарет Морей за адресом мисс Силвер и приехать из Пугни в Монтэгю Меншинс. Но сейчас она колебалась. К мисс Силвер не раз являлись посетители, которые могли бы стать ее клиентами, но они уходили, так и не обратившись за помощью, оставив свои тревоги при себе.

Мысль о том, что эта пухлая расфуфыренная дама может испытывать тайный страх, не вызвала улыбки на губах мисс Силвер. Она видела, что миссис Андервуд чем-то напугана по-настоящему.

— Очень важно иметь правильное впечатление обо всех, — промолвила мисс Силвер. — Люди не всегда таковы, какими кажутся, верно?

Миссис Андервуд опустила глаза — это было похоже на то, как опускают шторы, но сделала она это недостаточно быстро. Мисс Силвер успела заметить мелькнувший в ее глазах панический ужас — ужас животного, угодившего в западню.

— Чего вы боитесь, миссис Андервуд? — спросила мисс Силвер, внимательно глядя на собеседницу.

Обтянутая перчаткой пухлая рука порылась в сумочке, извлекла оттуда носовой платок и приложила к напудренному лицу. Пронзительные ноты в голосе сменило невнятное бормотание:

— Здесь так душно…

На верхней губе миссис Андервуд поблескивали капли пота. Она вытерла их платком, испачкав его помадой. Женщина выглядела на редкость вульгарной, что не нравилось мисс Силвер. Но ее чувство долга не позволяло ей отпустить эту смертельно напуганную женщину, не выяснив причину ее страха.

— Что-то пугает вас, — мягко, но решительно сказала она. — Вы пришли сюда, чтобы рассказать мне о ваших страхах, не так ли? Почему бы вам этого не сделать?

Миссис Андервуд слегка вздрогнула.

— Не знаю, о чем вы… Сегодня удивительно теплый день — вам не кажется?

— Мне кажется, что вы чего-то боитесь, — настаивала мисс Силвер, — и что вам лучше все мне рассказать. Когда мы разделяем с кем-то наши тревоги, то мы уменьшаем их.

Миссис Андервуд тяжело вздохнула.

— Вы мне не поверите, — с неожиданным простодушием сказала она.

Мисс Силвер улыбнулась.

— Я могу поверить чему угодно, миссис Андервуд.

Но момент откровенности миновал. Жемчужины снова пришли в движение.

— Сама не знаю, почему я так сказала. Девушки иногда ходят во сне, и из-за этого не стоит поднимать шум.

— Ваша племянница ходит во сне?

— О нет, не Мид. Впрочем, я бы этому не удивилась после всего, что ей пришлось пережить.

Мисс Силвер вновь принялась за вязанье. Спицы ободряюще защелкали.

— Вот как? — удивилась она.

— Корабль, на котором она плыла, был торпедирован. В прошлом году Мид везла в Америку детей своего брата, после того как он погиб во Франции. Его жена — американка, она в это время была у родителей в Штатах, и Мид привезла к ней детей, чтобы ее утешить. Домой она смогла вернуться только в июне. В корабль попала торпеда, бедняжка была ранена и потеряла своего жениха — они познакомились в Америке и еще не объявляли о помолвке. Он выполнял какую-то секретную миссию — кажется, связанную с танками. Возможно, мне не следовало об этом говорить. Хотя какая разница — ведь он все равно утонул. Конечно, для Мид это было страшным потрясением.

Миссис Андервуд наконец разговорилась. Мисс Силвер припомнила, что сказал о ней Чарлз Морей: «Фонтанирующий газовый баллон», и как Маргарет справедливо заметила: «Чарлз, дорогой, газ не фонтанирует».

— Естественно, — кивнула мисс Силвер. — Но вы сказали, что во сне ходила не ваша племянница.

Миссис Андервуд приложила платок к губам.

— Ну, не знаю… Вряд ли это Мид… Возможно, это была Айви.

— Айви?

— Горничная — Айви Лорд, Я бы не стала ее держать, но сейчас так трудно найти прислугу, что приходится со многим мириться.

Спицы продолжали щелкать.

— А почему вы думаете, что эта девушка ходит во сне? — спросила мисс Силвер.

Миссис Андервуд судорожно глотнула.

— На полу в моей спальне лежало письмо…

— Да? — подбодрила ее мисс Силвер, видя, что пухлые бледные щеки собеседницы вновь приобрели фиолетовый оттенок.

— Как оно могло туда попасть? Сколько я ни ломала голову, но так и не нашла никакого объяснения. Когда я ложилась спать, письма там не было — это точно. А если так, кто его туда положил? Дверь на ночь заперли, в квартире были только я, Мид и Айви. А когда я проснулась, этот клочок бумаги лежал прямо под окном.