Чтение онлайн

В колледж Линда не вернулась. Оставшись в Блэкфилде, она пару месяцев распродавала дорогие платья, меховые пальто и украшения и тешила себя надеждой, что Стэн – одумается и вернется… приползет на своем чертовом «понтиаке», рухнет на колени и попросит прощения. Она даже была готова его простить. Со временем надежда растаяла, все, что представляло хоть какую-то ценность, перекочевало к скупщикам, и от Стэна остались только, золотые часики да кусочек льда на самом дне опустошенной души.

Жизнь пришлось начинать заново.

Из полицейского участка Кайл вышел только в двенадцатом часу, после того, как детектив Моррис дважды прогнал его по кругу, задавая одни и те же вопросы. Выпив в «Старбаксе» банку холодного чая, он направился в городскую библиотеку, где просмотрел местные газеты за последние две недели. Нужной информации оказалось немного, зато на глаза ему попалась статья местного исследователя, посвященная истории города. Внимание Кайла привлекло, в частности, следующее.

«В 1833 году население поселка, носившего тогда незамысловатое имя Лунная Долина, составляло примерно две тысячи человек. Это были люди самых разных национальностей, вероисповеданий, рас и занятий. В октябре этого года произошло знаменательное событие – сгорела ферма некоего Берта Макдугала. Жена Берта, Кристина, обвинила в поджоге сестер Шефер, Анну и Марию, выходцев из Венгрии. Две женщины жили на окраине поселка и зарабатывали на жизнь пошивом одежды для местных барышень. Обе отличались редкой красотой и пользовались немалой популярностью у мужской части Лунной Долины, что провоцировало недовольство подавляющей части женской половины поселка. Пожар на ферме Макдугала вызвал взрыв страстей. Сестер объявили ведьмами, а в качестве доказательств назывались их увлечение травами, гадание на картах и общение с местными индейцами. Некоторые горячие головы призывали сжечь „чертовок“, но в итоге победило более умеренное мнение – Анну и Марию вымазали дегтем, обваляли в перьях и изгнали из поселка на вечные времена.

Рассказывают, что, выслушав приговор, старшая из сестер, Анна, прокляла Лунную Долину и призвала на головы ее обитателей небесный огонь. А через два дня случилась страшная гроза. По словам очевидцев, «молнии били в дома, как будто их направляла чья-то рука». Поселок сгорел практически дотла, на его месте осталось черное поле. Кое-кто из жителей поспешил убраться подальше от «проклятого места», оставшиеся же отстроили жилища заново, но возродилась Лунная Долина уже под другим именем – Блэкфилд, Черное Поле. А еще через двадцать лет умер фермер Берт Макдугал.

Перед смертью он признался, что, будучи пьяным, спалил собственный дом, а потом, сговорившись с женой, решил свалить вину на сестер Шефер. Есть основания считать, что тогда же делегация граждан нанесла визит в Пуэбло, где нашли убежище сестры Шефер, и обратилась к ним с просьбой вернуться в Блэкфилд, пообещав, что провинившиеся его жители на собственные средства построят для них дом. Таковой действительно появился вскоре на Уилмор-стрит, и в нем под фамилией Шеппард поселилась младшая из сестер, Мария».

Похоже, семейство Шеппард оставило в истории Блэкфилда заметный след. Но могут ли события далекого прошлого иметь какое-то отношение к настоящему?

Конечно нет, ответил бы любой человек, обладающий рациональным складом ума. Но Кайл хорошо знал, что не все в жизни можно объяснить с позиций здравого смысла. Знал на собственном опыте.

Желудок лучше всякого будильника напомнил о приближении ланча. Выйдя из библиотеки, Кайл уточнил у первого встречного прохожего местонахождение бара «Красный Лис» и, получив подробный ответ, двинулся в указанном направлении.

Поначалу магазин был для Линды спасательным кругом, за который она ухватилась в порыве отчаяния. Вернувшись из Денвера в Блэкфилд, Линда устроилась в страховую компанию, но удержалась в роли агента немногим больше года. Страховой агент – это своего рода продавец иллюзий, за лучезарной улыбкой которого прячутся крепкие зубы. К тому же Блэкфилд оказался весьма консервативным городком, с недоверием воспринимающим новые хитроумные схемы. Устав топтать и без того истоптанную тропинку, Линда перешла в супермаркет, где ей предложили место продавщицы в отделе женской одежды. Заработок оставлял желать лучшего, но на жизнь хватало. Она умела находить контакт с клиентами, обладала хорошим вкусом, прекрасно ладила с коллегами, и в магазине ее ценили. Через два года управляющий намекнул, что рассчитывает увидеть ее в самом скором времени на месте заведующей отделом.

Все складывалось в общем-то неплохо, но тут, к несчастью, на нее обратил внимание владелец супермаркета, Джефф Кингсли. Пятидесятилетний плейбой, один из самых богатых и влиятельных граждан Блэкфилда, никак не желал мириться с тем, что молодость осталась позади и пришла пора умерить аппетиты. Чтобы соответствовать придуманному им самим образу, Кингсли каждый год менял машины, посещал массажные салоны и даже, как утверждали некоторые, ездил в Лос-Анджелес, где ему делали косметические операции. Для Блэкфилда, подавляющее население которого придерживалось консервативных, если не сказать сильнее, взглядов, такое поведение было равнозначно вызову общественному мнению. Однако возмущенное большинство предпочитало держать свое мнение при себе, понимая, что бизнес Кингсли приносит городу немалую пользу.

Линду вызвали в офис хозяина в конце рабочего дня. Не понимая, чем ее скромная персона могла заинтересовать самого Короля Джеффа, как называли его за глаза не только работники супермаркета, она поднялась на третий этаж, прошла по устланному дорожкой коридору и, постучав, заглянула в приемную. Сидевшая за столом секретарша кивнула.

– Проходите, мисс Шеппард. Мистер Кингсли ждет вас.

Линда толкнула тяжелую, обитую черной кожей дверь и, переступив порог, оказалась в кабинете, главной достопримечательностью которого был письменный стол, напоминающий посадочную площадку для вертолетов. Джефф Кингсли сидел в глубоком кожаном кресле рядом с инкрустированным полудрагоценными камнями столиком из розового дерева. Появление женщины вовсе не заставило его подняться. Он положил трубку телефона, отодвинул аппарат, откашлялся и лишь затем повернул голову.

Ему было лет пятьдесят или немногим больше, и Линде сразу бросились в глаза толстые, мясистые, багровые губы с зажатой между ними длинной сигарой.

– Садитесь. Линда села и утонула в глубоком кресле.

– Мисс Шеппард, сколько вам лет?

Начинать разговор с женщиной с вопроса о ее возрасте не очень вежливо, но…

– Двадцать пять, – робко ответила она.

– Вы давно у меня работаете?

– Более двух лет.

– Всем довольны?

Линда пожала плечами.

– Не жалуюсь. Мне хватает.

Он усмехнулся.

– Не верю. Вы молодая, красивая женщина – вам не может хватать зарплаты продавщицы. Или, может быть, у вас состоятельный любовник?

Она почувствовала, как вспыхнули щеки.

– Это не ваше дело, мистер Кингсли. И если вы вызвали меня только для этого… – Линда попыталась встать, что оказалось не так-то легко.

Он поднял руку.

– Не только. Выслушайте мое предложение.

Она вздохнула, но промолчала и осталась сидеть.

– Вы мне нравитесь, мисс Шеппард, – неожиданно деловым тоном продолжил Кингсли. – Я предлагаю вам место заведующей отделом. Вы станете получать вдвое больше. И еще… – он снова скользнул по ней взглядом, – если вы согласитесь оказывать мне дополнительные услуги…