Чтение онлайн

Бармен смел мотылька в кучку. Макс пригляделся и понял, что вся кучка состоит из мертвых мошек и мотыльков. Метла у бармена была грубая, самодельная – к длинной ручке снизу привязан пучок сухого тростника.

– Как вас зовут?

– Бедуин, – ответил бармен приосанившись.

– Бедуин… Дезир? – спросила Шанталь.

– Oui. Le m^eme. [32]

– Dieu… [33] – прошептала Шанталь, делая шаг назад.

– В чем дело? – спросил Макс.

– Потом расскажу, – сказала она. – Когда уйдем отсюда.

Еще один мотылек-камикадзе ударился о лампочку. Он упал на голову Макса и отскочил на плечо. Макс смахнул его. Дезир неодобрительно хмыкнул что-то себе под нос, подошел с метлой и проворно смел мертвое насекомое в кучку, будто это была хоккейная шайба. Затем посмотрел на Макса и жестом показал на выпивку.

– Таффия?

Макс кивнул и последовал с Дезиром к стойке. Дезир вытащил откуда-то снизу бумажный стаканчик, налил из пластиковой бутылки прозрачной жидкости, источающей острый химический запах, похожий на бензиновый, и протянул Максу. Тот взял, понюхал. Поморщился. Испарения жгли глаза.

– Люди пьют это?

Дезир усмехнулся:

– Да. Этим также чистят предметы и заправляют машины, когда нет бензина. Получается не хуже. Это ром, проверенный на сто восемьдесят процентов. Только нужно соблюдать осторожность. Можно ослепнуть.

Макс глотнул чуть-чуть таффии. Она была настолько крепкая, что не имела вкуса, и сильно обожгла язык и горло.

– Господи! – Ему захотелось выплюнуть эту гадость.

Дезир засмеялся и жестом показал Максу пропустить весь стаканчик одним глотком. Макс подумал, что, может, после этого бармен разговорится и сообщит что-нибудь важное о Фостине и похищении. В стаканчике было жидкости примерно с палец толщиной.

Он глубоко вдохнул, выдохнул и опрокинул в себя таффию. Она взорвалась во рту, как зажигательная бомба, и потекла к желудку, подобно потоку лавы.

Эта доза была эквивалентна по меньшей мере пяти бурбонам на пустой желудок. Причем подействовала почти мгновенно. Разом придавила Макса, наполнив голову колышащимся туманом. В глазах все поплыло, предметы закачались. По щекам потекли слезы. В висках застучало. Он ухватился за стойку, но потные ладони заскользили. В желудке началось коловращение. Макс втягивал носом воздух, но ничего не ощущал, кроме таффии.

«Какого черта я надумал пить эту дрянь?»

– Bravo blan! [34] – воскликнул Дезир и зааплодировал.

– Как вы, Макс? – прошептала Шанталь ему на ухо, поддерживая за спину.

«Что со мной происходит?»

Макс глубоко вдохнул и медленно выпустил из легких воздух. Проделал это упражнение несколько раз. Воздух на выходе изо рта был горячий. Он повторил дыхательное упражнение, не сводя глаз с Дезира, который наблюдал за ним с огромным удовольствием, не сомневаясь, что Макс сейчас рухнет на пол.

Макс проделал несколько вращательных движений головой, и тошнота прошла. Он наклонился к Шанталь:

– Я в порядке. Спасибо.

Дезир засмеялся и выдал длинную тираду.

– Он говорит, вы единственный белый человек, который выпил таффию и не отключился. На такое способны очень немногие гаитяне.

– Сильная вещь! – Макс показал большой палец. – Скажите ему, что я угощаю его.

– Спасибо, – передала Шанталь. – Но он это пойло ни разу не пробовал.

Макс и Дезир рассмеялись.

– Эдди Фостин тоже пил его?

– Oui, bien sur, [35] – ответил Дезир, доставая из-под стойки бутылку «Барбанкорта» и наливая в бумажный стаканчик. – Перед гибелью он пил больше, чем обычно.

– Говорил почему?

– Он чувствовал, должно что-то произойти, и нервничал.

– Эдди знал, что скоро умрет?

– Вроде бы нет. Он сообщил мне, что получил хорошее предсказание от хунгана. Очень хорошее. Связанное с женщиной. – Дезир глотнул рома и похотливо посмотрел на Шанталь. Потом достал из кармана кисет с табаком, свернул самокрутку. – Эдди был влюблен в блондинку, женщину Карвера. Я советовал ему выбросить это из головы. Кто он и кто она? – Бармен чиркнул спичкой о стойку. – И он отправился к Лебаллеку.

– Это хунган?

– Да, но занимается только черной магией, – объяснила Шанталь. – К нему идет тот, кто готов продать душу. Он не берет деньги, как другие черные маги… он берет… я не знаю что. Никто не знает.

– Фостин рассказывал вам, что происходило у хунгана? – спросил Макс.

– Нет. Но после этого он изменился. Прежде обычно болтал, смеялся, вспоминая старые времена. Любил играть с нами в домино и карты. А как повидался с Лебаллеком, начал просто пить. Он обычно стоял на этом месте, где вы сейчас стоите. Иногда выпивал целую бутылку.

– Этого дерьма?

– Да. Однако оно на него не действовало.

Макс задумался.

«Может, Фостин похитил Чарли по поручению этого хунгана?»

– Он говорил вам что-нибудь о мальчике, о Чарли.

– Да, – засмеялся Дезир. – Мол, мальчик ненавидит его. Читает его мысли. Однажды даже заявил, что был бы рад, если бы Чарли куда-нибудь сгинул.

– Он так сказал?

– Да. Но Фостин не похищал его.

– А кто это сделал?

– Никто. Мальчик умер.

– Откуда вам известно?

– Я слышал, его убили люди, которые напали на машину. Затоптали.

– Но трупа не нашли.

– Cela se mange, [36] – сказал Дезир и погасил сигарету, зажав горящий конец.

– Что он сказал, Шанталь?

– Le peuple avait faim. Tout le monde avait faim. Quand on a faim oublie nos obligations. [37]

– Он сказал… – пробормотала Шанталь. – Он сказал, что они съели его.

– Че-пу-ха!

– Так он сказал.

В животе и груди у Макса все горело.