Чтение онлайн

Шмыгая носом, Кэрри сказала:

– Прекрати... Пожалуйста, прекрати...

Мужчина усмехнулся, затем медленно лизнул кончик лезвия. Его язык испачкался кровью, когда он попробовал острый вкус крови. Он отхлебнул, потом громко сглотнул. Он хотел, чтобы все слышали его безумные действия. Угождение своим поклонникам тешило его самолюбие. Он был безумным исполнителем.

Хриплым голосом мужчина сказал:

– Я думаю, что достаточно подразнил тебя, милая. Мне жаль, что я подвергаю тебя таким мучительным испытаниям. Но, если ты хочешь получить эту работу, ты должна стараться ради нее. Ты должна показать мне что-то, с чем я могу работать.

Когда Кэрри невнятно что-то прошептала, мужчина поднес руку к уху и сказал:

– А? Что? Ты хочешь знать мое имя? Ну, ты можешь называть меня Ламберт. Да, это имя твоего босса. Не забывай об этом, куколка. Ламберт.

Ламберт усмехнулся, глядя на изуродованный живот Кэрри. Из маленьких проколов капала кровь – капельки крови сочились, как лава из вулкана. Он не мог не облизать губы, фантазируя о том, как будет лизать ее живот. Однако каннибализма в сценарии не было. Актер не мог все испортить из-за своих собственных эгоистичных желаний.

Продолжая свое зловещее представление, Ламберт поднес руку к уху и сказал:

– Что? О, милая, не называй меня так. Когда меня называют извращенцем, я злюсь. Это нечестно, и это заставляет меня чувствовать себя грязным. К сожалению, мне придется наказать тебя за это. Поверь мне, милая, я не хочу этого делать, но ты вынудила меня.

Кэрри мяукала, как новорожденный ребенок, крепко зажмурив глаза и безнадежно пытаясь вывернуться. Ламберт наклонился к Кэрри, затем ударил ее острым лезвием. Нож вонзился на сантиметр в ее левую грудь. Как художник, держащий карандаш, Ламберт спокойно провел ножом по ее дерзкой груди – писал твердой рукой.

Тяжело дыша через нос, Кэрри взмолилась:

– Пожалуйста, остановись... Стой... Прекрати...

Не моргнув глазом и не дрогнув рукой, Ламберт сказал:

– Не волнуйся. Я почти закончил, милая...

Черная маска Ламберта зашуршала, когда он улыбнулся от уха до уха. Его глаза сверкнули, как у ребенка в магазине игрушек – радость была очевидна. Он откровенно гордился своим художественным шедевром. Вырезанное на ее плоти окровавленное послание гласило: ТЫ шлюха, а не я.

Ламберт вышел из кольца света, постоянно оглядываясь на свое произведение искусства. Очевидно, он был доволен собой. Напряженные плечи Кэрри расслабились, когда она посмотрела вниз на свой израненный торс. Хотя она все еще была скована таинственным мужчиной и веревкой, она почувствовала некоторое облегчение от перерыва Ламберт.

К ее крайнему разочарованию, облегчение было недолгим. Ламберт вернулся к свету с ложкой из нержавеющей стали в правой руке. Он опустился на колени перед Кэрри, затем постучал по ее лбу кухонным прибором. Кэрри нахмурилась, глядя на Ламберта. Она взглянула на ложку и медленно покачала головой. Она не могла связать кусочки воедино – злой человек и обычная ложка. Где молоко и хлопья?

Ламберт поднес ложку к лицу Кэрри и объяснил:

– Ты не можешь проявлять неуважение к своему боссу, милая. Этого делать нельзя. Ты, конечно, не можешь даже называть меня извращенцем, только не в присутствии наших коллег. Это... Это богохульство. Это не только неуважение, но и ошибка. Ты глубоко ошибаешься. Я не извращенец, твои глаза просто лгут тебе. Я должен это исправить. Итак, скажи мне: какой глаз тебе нравится больше? Хм? Я вытащу его последним.

Глаза Кэрри расширились, когда она услышала эти подлые слова. Она извивалась и извиваясь всем телом в разные стороны. Ее приглушенные и беспомощные крики эхом разнеслись по комнате. Невнятный шепот и тихое хихиканье привели ее в слабое состояние. Подлые люди были неспособны испытывать сочувствие – это был обычный день для больных людей.

Тяжело дыша, Кэрри сказала:

– Папа, папа... Мне жаль... Папа...

Ламберт сказал:

– Твой папа не может тебе помочь, милая. В следующий раз подумай дважды, прежде чем заговорить, или я вырву тебе язык, и ты этого не заметишь. Черт, я могу вырвать его сейчас, просто на всякий случай. Да, я думаю, что это хорошая идея.

Ламберт маниакально усмехнулся, его коварный смех эхом разнесся по комнате. Пока она брыкалась и кричала, Ламберт яростно дернул Кэрри за волосы, а затем откинул ее голову назад. Затем он поднес ложку к ее глазнице. Когда ложка вонзилась ей в глаз, видео было остановлено, а телевизор выключен.

Тейлор прикусил нижнюю губу, затем сказал:

– Вы не сказали "стоп", но я думаю, что мы видели достаточно.

* * *

Тейлор потер руки и повернулся к Расселу. Он был потрясен тревожными кадрами, но замаскировался под человека с планом. Он не мог потерять контроль над ситуацией. Он проанализировал своего гостя, старательно изучая каждую складку на спокойном лице этого человека. Только одна мысль промелькнула у него в голове: я должен был остановить видео раньше.

Тейлор вздохнул, затем сказал:

– Мне очень жаль, мистер Уилер. Мне пришлось показать вам значительную часть, чтобы получить надлежащее опознание личности вашей дочери и всего или кого-либо еще, кого вы могли узнать. На видео запечатлено жестокое убийство. Извините, но я все равно должен спросить: женщина в этом видео – Кэрри Уилер?

Рассел не ответил. Налитыми кровью глазами он уставился в телевизор. Его глаза горели яростью. Его агрессивный взгляд был непоколебим. Тем не менее, Тейлор мог видеть слезы, набухающие в глазах этого человека, он мог видеть печаль в окнах его души. Одно мгновение вызвало бы водопад горя, как открытие шлюза после трагического шторма.

Тейлор спросил:

– Это была Кэрри, верно?

Рассел сжал челюсти и медленно покачал головой. Он тяжело дышал через нос, все его тело двигалось с каждым вдохом. Его гнев было трудно выразить словами – нельзя было описать его смешанные эмоции. Он ткнул указательным пальцем в сторону телевизора, затем взглянул на Тейлора.

Рассел спросил:

– Что, черт возьми, это было? Что ты... Что ты мне показал? Зачем ты мне это показал? А? Что, черт возьми, с тобой не так?!

Тейлор замахал руками в мирном жесте и сказал: