Чтение онлайн

Затем мокрой прохладой обдало глаза и он, наконец, смог разлепить их. Вопреки ожиданиям, не было яркого слепящего света. Глухая комната без окон тонула в полумраке. Лишь слабое сияние исходило, казалось, от самих стен, заливая пространство бледно-голубым неприятным светом.

Его «надсмотрщик», бледный и худой, терялся в этом свечении. И только черные круги, обрамляющие глаза, выделяли лицо на фоне стен.

– Доброе утро, – сказал он, а Ким подумал, что этому встрепанному мальчишке не мешало бы хорошенько выспаться.

– Доброе, – хотел было ответить вор, но замер на полуслове. Он не слышал своего голоса, казалось, рот открывался просто так, без звука.

– Ничего, скоро пройдет, – как будто бы увидев страх в его глазах, успокоил парень. – А пока послушаешь, не перебивая. Меня зовут Люциус Карсвен. Я спас тебя две недели назад.

«Значит, две недели, – отметил про себя парень и невольно скривился, – Риви меня уже похоронил».

А если похоронил Связной, значит, похоронила и гильдия. Хотя вор не сомневался, что друг приложил все усилия, чтобы найти его, и вряд ли сразу побежал сообщать о пропаже начальству. Но после недельного отсутствия живыми в гильдию не возвращаются.

– Ты? – отвлек его Люциус.

– Ким, – на этот раз из легких вырвался слабый поток воздуха.

– Отлично, Ким! Теперь мы хотя бы знаем, кто ты, – Люциус засмеялся, легко и непринужденно, как будто они были старыми друзьями. – Не возражаешь? – и он достал из кармана штанов портсигар.

Зажигалка тихо чиркнула, и Карсвен закурил, глубоко затягиваясь. Он был все тем же взлохмаченным, осунувшимся от усталости пареньком, что и пять минут назад, но теперь перестал казаться мертвым. Как мало иногда нужно человеку для счастья.

– У меня есть к тебе предложение, вор, – Люциус подошел к столику на другом конце комнаты. – Не думаю, что ты от него откажешься.

Это не внушало доверия. Тон не был угрожающим, но возможность выбора сразу отсекалась.

Карсвен вернулся, держа в руках какой-то сверток. Ким с интересом наблюдал за ним. А парень зажал сигарету в зубах, чтобы освободить руки, и извлек из свертка ногу.

Ногу, что от кончиков пальцев и до изгиба колена отливала холодным металлом.

– В общем, вора ноги кормят, – сказал Люциус и откинул одеяло.

Теперь Ким смог увидеть. Он знал это. Помнил боль. Но до конца не хотел верить. На простыне под одеялом лежала забинтованная культя. Все, что осталось от его левой ноги.

Вид искалеченной конечности пробудил целый ураган эмоций. Вся жизнь вора в один миг была вырвана так же, как часть ноги, с мясом. И неожиданно для себя Ким расплакался.

– Так вот, – Люциус не проявил ни капли сочувствия, – Предлагаю сделку. С меня – вот это… – он поднял искусственную голень выше, – и продолжение твоей обычной жизни.

– А с меня? – сипло спросил Ким.

Люциус пожал плечами и, как ни в чем не бывало, улыбнулся:

– А ты будешь моим экспериментом.

***

Именно таким вор его и запомнил. Слегка безумным, улыбающимся, с сигаретой в зубах. Два года прошло, а Люциус таким и остался.

Ким медленно приходил в себя. Сон отступал и вор смутно вспоминал где, а главное – когда, он находится. Погоня отозвалась болью в раненой руке. Действие заморозки кончалось. Тело ныло от неудобной позы: до того, как отключится Ким забрался на верхний этаж полуразрушенного дома и уснул, скрючившись на холодном полу.

Неожиданно парень уловил рядом какое-то движение. А в следующий миг холодные тонкие пальцы дотронулись до его плеча. На секунду вор позволил себе поверить, что все произошедшее было лишь сном, и это Люциус колдует над ним в своей лаборатории. Но новая вспышка боли привела его в чувства.

«Вихрь» – единственное оружие – вылетел из кобуры мгновенно и сразу уперся в горло человека напротив. Руки на плече Кима дрогнули и замерли. Перед ним на коленях стоял мальчишка. Тонкие пальчики так и замерли, вцепившись в отворот куртки вора.

– К-кто ты? – слабо прохрипел Ким.

Ему не ответили.

Тогда он поддался вперед, дулом поднял мальчишке подбородок. По виску покатилась грязная капелька пота. И вор как будто услышал, как заколотилось сердце под грязным лохмотьями.

Ким где-то уже видел эти лохмотья. Вспомнил. Когда он забрался сюда в углу комнаты валялись какие-то тряпки. Но как он мог не заметить там человека?

Мальчишка дрогнул, из-под кепки вырвалась прядь грязно-русых волос и расчертила чумазое лицо, на котором двумя серыми фонарями светились испуганные глаза.

– Кто? – настойчивее спросил Ким.

Паренек открыл рот, но из его легких вырвался только глухой хрип. Тогда он подключил руки и попытался что-то объяснить. Показывая то на себя, то на Кима, то на его плечо. Но слов произнести так и не смог.

Ким понял почти сразу:

–Ты немой?

И тот облегченно закивал.

Вор убрал пистолет, от такого оборванца не стоило ждать многого. Мальчишка тяжело опустился рядом на пол. Ким больше не обращал на него внимания. Боль становилась нестерпимой и усиливалась при каждом движении. Вор чувствовал, как начинают гореть лоб и щеки, начинается жар.

Широкий ворот рубахи вдруг начал душить. Так хотелось спать. Ким только прикрыл глаза, отдаваясь в объятья дремы, как новое прикосновение позвало обратно.

Мальчик вытянул из-за пазухи невесть откуда взявшиеся там бинты. Почти чистые. Поднял их повыше, чтобы вор увидел – там ничего нет.

– Хочешь помочь? – со снисходительностью уточнил Ким.

Тот кивнул.

Парень протянул мальчишке осколок стекла, чтобы тот мог использовать его вместо ножа. И уже проваливаясь в белесую пелену забытья, наблюдал, как тонкие изящные руки с длинными женскими пальцами аккуратно разрывают куртку на плече. Вор ждал момента, когда острие стекла вопьется в кожу – в начинающемся бреду ему уже все равно было, как умирать. Но мальчик не стал его убивать.