Митины открытия
Шрифт:
Потом пришла настоящая Сонечкина мама и увела дочку обедать. За нею и другие ребята разошлись. Вася на прощанье крикнул:
— Мы к тебе ещё придём. А ты выздоравливай быстрей.
На улице уже никого не было, но Митя, сидя в кровати, всё смотрел в окно и улыбался. Он вспоминал, как ребята боролись и как Пончик лизал Васе лицо.
А когда пришла Митина мама и принесла ему супу, он сказал:
— Знаешь, мамочка, я никогда, никогда больше не буду ссориться с ребятами. Они такие хорошие…
Вкусная рыба окунь
Папа пришёл с рыбалки. Ходил он на озеро сразу с тремя удочками, а принес в ведёрке только семь маленьких рыбёшек: пяток ершей да двух окуньков.
— Как ма-ло, — разочарованно протянул Митя.
— А может, всё-таки зажарим рыбу? — спросил папа.
— Не надо, — ответил он. — Уж больно она костлявая. Я её лучше Сеньке отдам.
И отдал рыбёшек бабушкиному котёнку, который давно уже вертелся под ногами.
Через несколько дней папа сказал Мите:
— Хочешь завтра со мной на озеро? Я тебя на велосипеде довезу.
— А у меня маленькой удочки нет, — огорчился Митя.
— Ничего, удочку мы сейчас вместе сделаем.
И они за полчаса сделали отличную маленькую удочку с поплавком из пробки.
Утром приехали на озеро. И тут оказалось, что ловить рыбу не так-то просто. Надо было стоять неподвижно и внимательно смотреть на поплавок. Нырнёт поплавок в воду — не зевай, тащи, значит, рыба клюнула.
Ждал Митя, ждал, а рыба всё не клюёт. Плавает поплавок в воде, покачивается слегка на волнах, а не тонет. Вот на стебелёк осоки села стрекоза, синяя-синяя. Села и сложила на спинке крылышки, как другие стрекозы не делают.
Ох как трудно стоять спокойно и молчать!
Засмотрелся Митя на стрекозу и не заметил, как один поплавок у папы вдруг пошёл ко дну. Папа взмахнул удилищем и вытащил из воды ерша.
Мите стало завидно, и он сказал:
— Пап, а почему у меня не клюёт? Может, мы неправильно удочку сделали?
— Подожди, и у тебя клюнет. Только ты не разговаривай и стой тихо. Недаром говорят: без терпенья и труда не вынешь рыбку из пруда…
В ведёрке было уже три ерша, когда Митин поплавок вдруг дрогнул и скрылся в воде. Маленький рыбак от радости так сильно дёрнул удилище, что из воды пулей выскочила рыбёшка, и, описав дугу, шлёпнулась в воду у самого берега. У Мити даже слёзы показались на глазах от досады.
— Ничего, — утешил его папа. — Рыбы в озере много, ещё не раз клюнет.
Солнце уже стояло высоко. Начали слепни кусать, а Митя всё ждал. Даже в глазах рябить начало от осоки и поплавков, колышащихся на волнах, захотелось пить. Посмотрел Митя на папу, а тот уже четвёртого ерша с крючка снимает.
А где же Митин поплавок? Растерялся мальчик, а папа кричит:
— Митя, тащи!
Схватил Митя удочку, дёрнул и почувствовал, как задрожало в руке удилище. В воздухе блеснула рыбка. Это был окунь, а вернее, маленький окунишко, зелёный, с чёрными полосами, колючий.
— Ну, хватит ловить. Давай искупаемся — и домой.
— Мам, — закричал Митя, подъезжая к дому. — Мы сколько рыбы наловили! А я окуня поймал. Папа не поймал, а я поймал.
— Ну, показывай, рыбак, — мама заглянула в ведёрко. — Где же окунь?
— Вот он плавает. Видишь, какой колючий? Я его еле-еле вытащил.
— Куда же вы теперь рыбу денете? — спросила мама.
— Конечно, жарить, — сказал Митя.
— Может, Сеньке, отдадим? Он рыбку любит.
— Только не всю, папа! — Митя не на шутку испугался. — Ерши и окуни ведь очень вкусные…
И всё время, пока рыба жарилась, мальчик стоял рядом и глядел на сковородку. А за столом он ел своего окунька, ел да похваливал…
Кошачья дружба
Серого бабушкиного котёнка зовут Сенька, а рыжего Васиного — Барсик. Как Митя дружит с Васей, так и Сенька дружит с Барсиком. Коты ещё раньше дружить начали, до Митиного приезда. Они ведь почти большие.
Интересно дружат Барсик с Сенькой. То бегают друг за другом по двору, охотятся один за другим, играют. Набегаются иной раз до того, что не разбирают, где в огороде тропинка, а где грядка. Однажды такую возню подняли на грядке с огурцами, что бабушке пришлось их веником успокаивать.
Бывает, заиграются приятели и начинают друг дружку взаправду кусать. Куснёт Сенька Барсика — тот сначала взвизгнет от боли, а потом распушится, зашипит и — лапой, лапой Сеньку!
Разобидятся друг на друга котята и до вечера «не разговаривают». Сидит каждый на своём дворе, на приятеля обижается. А самому скучно.
«Ну, — думает Митя, — не придёт теперь Барсик играть к Сеньке.»
Глядь, уже к вечеру просовывается сквозь заросли лопухов и тысячелистника плутоватая рыжая мордочка и поглядывает по сторонам: тут ли Сенька.
Если тут, то Барсик вылезает — и снова на дворе пыль столбом от весёлых проказливых котят.
Однажды под вечер, когда коты серьёзно повздорили и разбежались по своим дворам, из-за поленницы вылез огромный рыжий котище. Хищно поглядывая на цыплят, он прокрался вдоль забора и залёг в лопухах. Видно, дожидался, когда наседка отойдёт подальше, чтобы схватить цыплёнка.
Митя только хотел замахнуться палкой и выгнать со двора чужака, как легкомысленный Сенька вдруг вздумал поиграть с рыжим котом. Он выскочил из-за кустика, тронул кота лапой и отпрыгнул в сторону: догоняй, мол, меня!