МИТТ
Шрифт:
— Есть, нашёл — прошептал, наконец, друг и осторожно протянул руки в том направлении.
Через минуту опустил руки и посмотрел на доноров. Те с бледными лицами, повалились на уже мокрый снег, весна скоро.
Их тут же уложили на платформы медики, которых привела Марина, и спешно повезли к основным воротам бункера, в госпиталь. Их место заняли следующие двое.
На этот раз Арти указал совсем в другую сторону, в сторону тихого океана.
— Шестнадцать судов — насчитал Сашка — почти все транспорты, только два боевых конвойных судна.
На это раз Валера справился быстрее. Но выкачал сразу два своих аккумулятора, не считая отвалившихся курсантов.
Третья эскадра оказалась очень далеко, аж, в самой Атлантике и только, только пересекала экватор. И была она самой многочисленной. Шестьдесят три судна, и только три транспорта.
Сашка посмотрел на качающегося и еле стоящего на ногах друга — эти мои Валера, я справлюсь. Стёпа, дружище, выручай и протянул руку.
Степан тут же ухватил его ладонь обеими руками.
— Ну, поехали…
Сашка отпустил руку старшины, в глазах рябило, но он устоял и, достав из кармана Валеркины батарейки, сжал их в ладонях. Ещё две Марина сунула в руку Габриэлова. Тот уже знаком был с ними, и с удовольствием их разрядил.
— Всё… Отец, ты слышишь? Нет больше у бриттов ни одной эскадры. А нам с Валерой надо опять поспать. Марина — повернул он голову к девушке — объясни Сизову, что здесь и сейчас произошло, отец разрешил, ну, так, в общих чертах. У меня просто сил уже нет. А он, вон он, идёт, да не идёт, бежит, торопиться. Пошли Валера.
И они, поддерживая друг друга, и, качаясь, как два собутыльника, после удавшейся вечеринки, потащились к шлюзовым воротам подземного города.
Сашка не помнил, как они с Валерой добрались до своих постелей. Но он опять лежал под одеялом и совершенно голый. Под боком, опять, кряхтели и угукали дочки. И Арти обнимал их своим прохладным хвостом.
— Сегодня ты быстро восстановился — промурлыкал в голове Арти — и каналы опять полностью открыты.
— Быстро, это сколько? — спросил Сашка голосом.
— Два часа прошло всего… Как ты себя чувствуешь?
— Нормально, опять под завязку и жрать хочу, сил нет. Арти, а кто меня раздел? Ничего не помню.
— Настя с Мариной, потом Настя делилась с тобой энергией. Ей Марина посоветовала, чтобы быстрее тебя восстановить, нужна площадь соприкосновения и чем больше, тем лучше. Вы так и пролежали в обнимку целый час. Я контролировал передачу энергии.
— А Настя? Как она?
— С ней всё нормально. Они со Степаном в магазин отправились, опять какие-то проблемы с поставками, да и сказала, продуктов совсем нет.
— А Стёпа?
— Его ваша ведьма заряжала, в лаборатории. Ох, что они вытворяли….
— Погоди, так Стёпа женат, вроде бы…
— С чего бы? Ну ты даёшь, брат… У него семья, это да… Мать, отец, двое братьев и сестра… И свои дети, два мальчика. И жена, была… Только, пока он служил, ушла она. А Стёпа, искать не стал, плюнул. И перевёз всё своё семейство в наш городок. Его отец и братья сейчас строят дом, а сами, пока живут в рабочем общежитии. Настя всё устроила.
— Во, блин… А Валерка?
— Сам посмотри, это интересно, с познавательной точки зрения — хихикнул Арти.
— Понял, смотреть не буду…
— Иди, умывайся и там, на столе, тебе Настя поесть оставила…
— Ты прямо, как её секретарь, или доверенное лицо, но всё равно спасибо тебе Арти, за всё. Я бы расцеловал тебя, но знаю, ты этого не любишь.
— Иди, иди — проворчал тот — целовальщик.
Сашка расцеловал, но уже не Арти, а своих крохотных девчонок. И те с любовью облили его, такой силой, от которой аж, дух захватило.
Сашка закрыл глаза и свалился обратно на кровать, блаженно улыбаясь.
— Почувствовал? Вот и я… Эти крохи, как наркотик, так и не отходил бы.
— Вот и не отходи — прошептал Сашка.
В боксе появились Марина и Валера. Марина сразу загремела посудой на кухне, и Сашке волей неволей пришлось подниматься, и искать свою одежду.
Пока одевался, все открытые каналы схлопнулись.
— Интересно — думал Сашка, стоя под струями прохладной воды — как, только, моё сознание, переходит в спящий режим, все ментальные каналы открываются. А как, только, просыпаюсь, тут же, закрываются. И держать их открытыми, как раньше, становится всё труднее. А если… Если, просто, не держать в голове и не думать о них… Принимать их открытость как данность… Попробовать? Что ж, попробую, интересно же…
Сашка выбросил из головы все трудности открытия каналов, загнав эти мысли далеко, далеко, в ячейки памяти и просто позвал — Настя-а…
— О, ты уже проснулся?
— Ага… Ты скоро?
— Уже в лифте…
— Проснулся, герой! — донёсся возбуждённый голос отца — где там второй отчаянный боец?
— Я здесь, отец — откликнулся Валера.
— Вы оба представлены к наградам, теперь уже к орденам. Поздравляю… И моей заслуги в этом нет, это инициатива военного совета. Если так пойдёт и дальше, на вашей форме скоро места не хватит, придётся, как в древности, орденские планки вводить.
Пока отец говорил, Сашка подумал — а ведь у меня получилось…
— Поздравляю… Поздравляю… поздравляю… — Понеслось в эфире.
— Смотрели последние новости? — Спросил отец, дождавшись тишины.
— Нет… — Ответили в голос, и Сашка, и Валерка.
— Тогда включайте визор, через пять минут, снова двадцатиминутный ролик пустят. Сами всё увидите. На этот раз, ролик пустили без цензуры и пропаганды.
Прошипели створки шлюза и в боксе появились Настя, Степан и Динара, нагруженные сумками. Сашка только, только, вышел из ванной комнаты в одних джинсах и тапочках на босу ногу.