Чтение онлайн

– Ладно, – выдохнула Мия. – Давай выбираться.

Она огляделась. Куда идти? В долину? Но ведь именно оттуда прилетели драконы. Или ей это показалось?

– Давай для начала уйдем отсюда поскорее. В долину так в долину. Кто-то же должен жить там. Какие-нибудь люди.

Она сделала первый шаг. Тулукт неодобрительно фыркнул, и Мия понимала почему. Вернуться туда, где стояли их кибитки, – вот что нужно было сделать. Но она не могла. Никак не могла двинуться в ту сторону. Что она найдет там? Обугленные повозки? Разбросанные вещи? И… Дракон проглотил Буля, крупную овчарку, целиком и в одну секунду. Сколько времени ему понадобилось на Арса и Рича? Мия содрогнулась и побежала. Перед глазами стояло смеющееся лицо Крошки Си.

Срединная долина расстилалась между лесами и упиралась одним краем в Тимьянову пустошь, а другим – в священное озеро Тун. Ее опоясывал старый тракт, который вел в Унту. По долине протекала река, тут и там были разбросаны маленькие городки и хутора. Когда солнце белым жарким шаром покатилось к краю неба, Мия дошла до одного такого хутора. Крепкий дом из старых темных бревен стоял на пригорке. Над дверью висела доска, на которой было написано крупными буквами: «Последний Приют». Мия села на крылечко. Тулукт пристроился рядом. Мия вдруг подумала, что никогда не видела, чтобы он умывался, как это делают все кошки. Но при этом его шерсть всегда была чистой, блестящей и приятной на ощупь. Она погладила его по спине. Чтобы такому человеку, как Мия, решиться постучаться в чужой дом, понадобится много мужества.

Тулукт не захотел зайти в дом с ней, спрятался под крыльцом, и Мия опять подумала, что он слишком уж умный для простой кошки.

Хозяина Последнего Приюта звали Куэл, а его жену – Эдна. Они настороженно посмотрели на Мию. Здесь у них, на самом краю Срединной долины, редко бывают незнакомцы, а уж девочка, одна…

– Здравствуйте, – поздоровалась Мия, моля всех богов, чтобы здесь понимали язык Побережья. – Можно мне погреться и отдохнуть у вас?

Куэл долго рассматривал ее, а потом кивнул в сторону очага: проходи, мол, садись. Эдна подошла к ней, накинула на плечи теплый, пахнущий овчиной плащ.

– Ты голодная?

– Да, – сказала Мия, не удивляясь такому гостеприимству. Она еще мало видела в жизни и думала, что так и надо, что так принято. Ведь она и правда голодная и замерзла.

Эдна принесла ей похлебку в деревянной миске и кусок хлеба с козьим сыром.

– Денег у тебя, конечно, нет.

Мия вздрогнула. Денег… конечно, с чего она взяла, что ее будут кормить бесплатно чужие люди? Она отодвинула миску и положила на стол хлеб.

– Ладно уж, – махнула рукой Эдна. – Не обеднеем от миски супа. Кто ты такая? Как тебя зовут, что ты здесь делаешь?

– Мия. Я с Побережья, из Хотталара. Мы ехали с «Театром дядюшки Арса» через Тимьянову пустошь, на нас напали драконы и…

– Драконы? Деточка, ты нездорова? Какие драконы, мы же не в сказке!

– Но… – Мия замолчала, пораженная.

Она ожидала чего угодно, даже что жители долины выводят драконов из крохотных яиц, но что ей не поверят…

– Но как же… там пустошь горела, вы разве не видели?

– Всегда горит в это время года, – равнодушно пожал плечами хозяин. – В такую жару от любой искры все полыхает…

Мия глянула в окно. Она же не сумасшедшая. Она видела дракона, он нес ее в когтистой лапе, он хотел съесть ее на ужин! Он слопал Буля…

– Знаешь что? – сказала хозяйка. – Поешь, отдохни, а потом расскажешь нам, кто ты и откуда.

Так Мия осталась в Последнем Приюте. Она проспала всю ночь и все утро в тесной комнатке под крышей и проснулась оттого, что тулукт бил лапой по ее руке. Не открывая глаз, она притянула его к себе, за что тут же получила лапой по голове. Когти он, правда, спрятал. «Надо уже придумать ему имя», – подумала Мия и открыла глаза. Комнату заливал серый, пасмурный свет. Будто в воздухе еще летал пепел от пожарища. Мия вздохнула. Имя для тулукта – главная ее проблема, больше и подумать не о чем. Она открыла книжку, найденную в пещере дракона. Это был сборник старинных песен о северных островах. Мия никогда таких не слышала. Она даже не знала, что там, на севере, есть какие-то острова. Она прочитала всю книжку строчку за строчкой, но не нашла ничего, ради чего стоило лезть в пещеру дракона и страдать сейчас от тоски и одиночества.

Она оделась в свою грязную, пропахшую гарью и потом одежду, которая была даже не ее, а Крошки Си: юбка, рубашка, жилетка, которую та дала ей еще в Контакоре. Надо спуститься вниз, попросить у хозяев воды, чтобы вымыться и постирать. У нее нет денег, но она может помочь по хозяйству и отработать ночлег, еду и воду с мылом.

Эдна с радостью согласилась, а заодно рассказала, что до недавнего времени у них была работница, да вот подалась в город за женихами…

– Все уезжают отсюда, никто не хочет жить в такой глуши, – вздохнула она. – А ведь тут совсем не плохо! Спокойно, и воздух свежий. Сынок у нас есть, такой умница! Да вот подался в Контакору. Что ему там делать, хотела бы я знать! Сидел дома, вон как у нас хорошо…

Мия вяло улыбнулась Эдне. Где теперь ее дом?

Хозяйка одолжила ей длинную рубаху своего взрослого сына, дала кусок мыла и показала колодец. Мия стирала за домом и думала. Что такое смелость? Она кинулась не раздумывая вслед за своим тулуктом, который захотел прокатиться на драконе, но не могла решиться вернуться туда, где, как ей казалось, она найдет остовы сгоревших повозок и… да, нужно сказать себе это: и мертвых друзей. Ведь драконы не щадят никого. Ее он не съел сразу только лишь потому, что Буль был крупной овчаркой, да и неизвестно, кем еще дракон успел полакомиться до него. А просиди она в пещере до вечера, точно бы слопал. Бабушкина ракушка выскользнула из-за ворота рубашки, закачалась над тазом. Мия выпрямилась, сжала ракушку в мыльных руках. Нельзя забыть Арса, Рича и Крошку Си. Нельзя вот так просто уйти и не попытаться найти их. Вдруг кто-то выжил? Вдруг кому-то из них нужна помощь?

Она достирала свою одежду, развесила на бледном солнце, потом натаскала по просьбе Эдны дров, перемыла котлы, начистила картошки и нашинковала капусты к обеду. Вдруг она увидела себя будто со стороны и удивилась, что она шинкует капусту точь-в-точь как мама! В этом вроде бы и не было ничего удивительного, ведь она столько раз видела маму за этой работой, что переняла ее манеру держать нож и двигать капустный вилок. Мия очень обрадовалась этой схожести. Внешне они с мамой не были похожи, но Мии хотелось думать, что в ней все-таки много от мамы. Не цвет волос и не разрез глаз, не улыбка и не форма носа, а что-то намного более ценное, чему она не может сразу подобрать слова. Что-то, что важнее видимого и дается нам само собой, просто по праву рождения.

– Отдохни, милая, – совсем ласково сказала Эдна.

Видимо, не ожидала такой сноровки у маленькой бродяжки, рассказывающей о драконах. Мия вернулась к себе в комнату. К утру одежда высохнет. Не может же она скитаться по пустоши в рубахе Эдниного сына!

Мия вышла на рассвете. Она специально не стала будить Эдну и Куэла. Кто знает, что они скажут.

– Я смогу, – сказала Мия. – Я смогу.

Она сжала ракушку, подходя к границе долины и пустоши. Четкая черта, зеленый резко переходит в бурый. И кажется, будто Тимьянова пустошь никогда не залатает свои раны.