Чтение онлайн

— Вообще-то я пришел, чтобы поговорить с вами о Чипе Ральстоне.

— Об этом придурке? — отозвался Кирк.

— О, Чип, он такой секси! — влезла девица.

Джейсон поднял бровь, затем дал ладонью девице между ног. Та заверещала, как ребенок от щекотки.

— Чип нормальный чувак. Он мой лучший друг. У него все в порядке, ничего такого, что нельзя было бы исправить имплантантом индивидуальности.

Таб смеется гавкающим смехом, который явно понравился Джейсону.

— Ты можешь так говорить о своем друге? — заскулила девица.

— Да, имплантантом индивидуальности и операцией по уменьшению эго.

— Тонко подмечено, Джей.

— Он такой бестолковый, даже поссать не может сходить без звонка психоаналитику. А, вот, вспомнил историю. Как-то какому-то журналюге Чип ляпнул, что обожает Ван Гога. Услышал о нем от какого-нибудь режиссера краем уха. Через неделю в своем почтовом ящике он находит ухо. Ухо, на хрен, дуры, которая себе его отрезала в приступе фанатизма. Не нравится мне, как он меня тут грохнул, ну-ка отмотай назад. Вот урод, он бы и рекламу памперсов снять не смог.

Таб снова заходится в приступе смеха и стучит себя по ноге.

— Да, это все не для записи, — обращается Джейсон ко мне, — то есть все, что ты видел до этого, и это тоже не для записи, — и он обводит рукой близлежащее пространство.

— Ты хочешь чего поесть, выпить? — показывает он на буфет посреди комнаты: креветки, черная икра, пирожки и муссы, сыры и хлебцы, суши и сашими. Все это выглядит ненастоящим из-за мрака и прокуренности комнаты — как пластиковые муляжи на витрине японского ресторана — и вызывает не аппетит, а тошноту. А вот бар мне понравился больше — «Кристалл» и «Монтраше’85» охлаждаются в серебряных ведерках, великолепный набор белых и черных ликеров со всеми нужными ингредиентами.

Я попробовал вина, и, наверное, вкус его был великолепен, но в комнате курили и бухали дней пять, не меньше. Тогда я налил себе стакан «Абсолюта». В поисках кресла я наступил ногой на что-то, что оказалось использованным презервативом. Это все еще блестело, как нечто недавно живое и только что убитое, распростертое в саване ворса ковра.

— Ай, больно! — взвизгнула брюнетка, выдергивая руку звезды из своей промежности.

— Покажи доброму человеку свои сиськи, — сказал Джейсон, поднося руку к своему носу.

Она застенчиво опускает бретельки, и взору предстают большие, даже слишком большие, белые с синими прожилками вен и с выпуклыми сосками, груди. Как и местный буфет, они выглядят нереальными.

— Красота, а?

— Великолепно, — говорю я.

— Так-то так, значит, ты гребаный журналист?

— Ну, не совсем, я…

— Я думал, что ты тот сценарист, которого мне послал мой агент. Он, типа, «Оскара» за сценарий получил несколько лет назад. Известный. Как его зовут? — Джейсон посмотрел на Таба.

— Стив какой-то, — после паузы ответил тот, — или Виктор.

— Да, что-то вроде этого. Он ведь вроде должен был прийти сегодня? Может, вы, ребята, будете союзничать? Вместе слова набросаете и все, — он захихикал, вероятно, представив себе пару писарей, пыхтящих и сопящих тружеников латинских корней и составных существительных, для того чтобы он и ему подобные пришли и оттрахали всех девиц. Джейсон свернул купюру и сунул ее прямо в кучу порошка.

— Вообще-то я действительно пишу сценарий. — Господи, неужели я это произнес? Я же даже наркотики не нюхал?

— Эй, ты тоже пишешь сценарий? — обратился он к брюнетке.

— Ну да, у меня иногда бывают мысли, и я их записываю в дневник, — ответила та.

— Ты слышал? А кто же будет чистить мой бассейн?! — заревел он.

Из спальни появился голый молодой человек, его полустоящий член глупо покачивался, как ивовый прут.

— Моя очередь, — сказал Кирк и вскочил с дивана. В коридоре появилась прекрасная женщина в белом махровом халате, она подплыла к нам, как белый сон.

— Еще пять сотен, если я остаюсь, — сказала она, и через мгновение я узнал ее.

— Кирк, вытащи бабки из моего ящика, — сказал Джейсон. — Вы что, знакомы?

Паллас вспыхнула. Все, что я запомню после этой встречи с ней, — это то, что она тоже умеет краснеть. Не знаю, почему мне было не все равно, что она здесь. Не знаю, на чем основывалось мое доверие к этой женщине, с которой меня ничего не связывало, кроме танца и показа ее прекрасной груди за двадцатку и бесплатного минета. Я не то чтобы был шокирован, скорее сдулся, как шар.

— Ты хочешь пойти первым? Кирк может подождать, он там был уже сегодня, — сказал Джейсон.

— Дважды, — уточнил Кирк.

— Не парься о деньгах, это за мой счет. Она офигенная.

— Я уверен в этом. Я просто вспомнил, что мне нужно пойти домой и дочитать «Исповедь» святого Августина.

— Ладно, как хочешь. Эй, Кирк, где «лентяйка»? Перемотай на ту сцену, где выстрел дуплетом.

По своей беспечности Джейсон забыл меня еще до того, как я дошел до двери.

— Эй, — услышал я, — это моя купюра, придурок, так и передается гепатит — через чужие купюры.

Явление во плоти

Когда я возвращаюсь домой, то вижу Джереми, который мучает мой звонок, не веря в то, что меня нет дома. Выглядит он на удивление нетрезвым.

— У тебя есть приятели-киллеры? — спрашивает он вместо приветствия.

Войдя в квартиру, он оглядел мой бардак.

— Господи, да тебя ограбили?

— Ну да, в некотором роде.

— Ну, тогда присоединяйся к клубу, — он порылся в карманах и вытащил какое-то письмо.

«Я боюсь, что мы так привязались к Рональду, что не можем с ним расстаться. Во всяком случае, нам требуется время. Мы извиняемся за причиненные Вам неудобства. Искренне Ваша — Эдди Джеймисон».