Чтение онлайн

Вилли стоял перед Таррантом и буравил его своими ледяными голубыми глазами, словно приглашая прокомментировать случившееся. Таррант посмотрел на Модести, на Хагана, а потом опять на Вилли. Немного поколебавшись, он кивнул головой.

Вилли несколько расслабился. Он улыбнулся и подошел к Диди, который пребывал в полуобморочном состоянии. Он поднял его голову за волосы и весело сказал:

— Это Диди! Помню, помню. Вечно ему не везет с руками, Принцесса. — Он удалился в спальню и вскоре вернулся с небольшим портфельчиком. Хаган на кухне кипятил воду. Модести стояла у двери, растирая пальцы. Губы ее превратились в одну тонкую линию. Никто ничего не говорил.

— Я не в восторге от того, что меня использовали как приманку, — заявил Таррант, когда Вилли открыл портфель. — Он ведь мог меня застрелить.

— Кому-то надо было рискнуть, — меланхолично отозвался Вилли. — Лично у меня на такое храбрости не хватило бы. — Он отрезал рукав пиджака Диди, потом рубашку, обнажив руку, в которой по-прежнему торчал нож. Затем посмотрел на Тарранта и спросил: — Вы можете наложить повязку, сэр Джи?

Прошло десять минут. Теперь на Модести были юбка и блузка, а на руках — хлопчатобумажные перчатки. Большие пальцы были обложены марлей, пропитанной гамамелисом. Хаган стоял у окна, сунув руки в карманы. Сжимая и разжимая кулаки, он глядел вдаль. Диди с серо-зеленым лицом сидел на кушетке. Плечо его было забинтовано, рука покоилась на перевязи.

— А он-то какую роль играет во всем этом? — удивленно спросил Таррант, кивая на раненого бандита.

— Никакой, по сути дела, — сказала Модести, взяв сигарету. Вилли поднес огонь. — Это случайность. Похоже, Пако решил взять Поля под наблюдение, поскольку что-то заподозрил. Когда на сцену вышла я, Диди пораскинул мозгами и счел полезным нас захватить. Но прежде чем докладывать Пако, он решил свести личные счеты.

— У Пако много глаз, — сообщил Вилли, появляясь с подносом, на котором стояли чашки с кофе. — Ко мне он тоже приставил хвоста, но я сильно сомневаюсь, что у парня будет возможность в ближайшее время доложить шефу.

— Что ты с ним сделал? — поинтересовалась Модести.

— Временно вывел его из игры, Принцесса. Или полиция отправит его за решетку за непристойное поведение, или он загремит в больницу. — Вилли нахмурился и докончил: — Не знаю, что делает нашатырь с фамильными ценностями.

— Объясни, что произошло, — сказала Модести. Вилли коротко поведал историю мотогонки, и она обратилась к Тарранту:

— Вы можете связаться со Вторым отделом и попросить их подержать того парня пару дней?

И Диди тоже. Таррант взял телефон со словами:

— Рене Вобуа просил меня обращаться к инспектору Дюрану, если потребуется их содействие. Французские законы созданы, чтобы помогать полиции делать свое дело.

Пятнадцать минут спустя к дому подъехал продуктовый фургон, и два молчаливых человека свели вниз и усадили в кузов Диди, на плечи которого был накинут плащ.

— Спасибо за кофе, — сказал Таррант, встал и взял свою трость. Взглянув на Модести, он произнес: — Жаль, что эта случайность застала вас врасплох. — И мягко добавил: — Не сочтите за назойливость, но я хотел бы получать от вас отчеты о развитии событий, как только вам позволит время.

— Вы в «Грей д’Альбионе» с Абу-Тахиром?

— Да.

— Мы свяжемся с вами, как только получим сведения от Николь. Это будет довольно поздно ночью.

— Я не будут спать. Равно как и его высочество. Ну, а теперь, моя милая, всего наилучшего.

Когда Таррант удалился, в квартире воцарилась тишина, которую нарушало только насвистывание Вилли в маленькой спальне, где он распаковывал свои вещи.

— Как руки? — спросил Хаган Модести.

— Через несколько часов будут в полном порядке.

— Наверно, очень больно?

— Ничего страшного.

Он мрачно посмотрел на нее и сказал:

— Извини… Пожалуйста, извини. Но когда я вспоминаю, как та сволочь сидела там и лапала тебя…

— Что за глупости, — перебила его Модести, махнув рукой. — Со мной и не такое бывало. Главное в другом. Мы дали маху. Оба. И ты, и я.

— Ты?

— Ну да. — Голос Модести сделался резким. — Если бы я не… — она повела рукой, — не расслабилась после наших с тобой упражнений, я поняла бы: что-то не так. Позови, пожалуйста, сюда Вилли.

Хаган посмотрел на нее, потом прошел в спальню. Вилли появился в большой комнате. В одной руке у него был тот самый нож, которым он запустил в Диди, а в другой — брусок карборунда. Вилли ухмылялся.

— Жаль, ты не видела того болвана на мотороллере, — весело сказал он. — Вот была умора, Принцесса…

— Минутку, Вилли. Я хочу задать тебе один вопрос. — Она пристально посмотрела на него и спросила: — Ты не хочешь выйти из игры?

Он сразу понял смысл вопроса и не стал притворяться.

— Спокойно, Принцесса, — мягко сказал он. — Просто ты сама еще не все толком взвесила. Но это одно из лучших событий в моей жизни. И Поль молодец…

— Не надо гладить меня по головке, Вилли, — мрачно проворчал Хаган.

— Зачем мне это нужно? — невозмутимо отозвался Вилли. — Ты шлепнулся на ровном месте, приятель. И Принцесса тоже. И со мной такое случилось — незадолго до всего этого. Неприятно, но полезно. Лучше получить хорошую взбучку в первом раунде, тогда, может, это пойдет на пользу, и потом ты будешь драться лучше.

Хаган засопел и попытался что-то сказать, но тут Модести жестом перебила его.

— Тихо. Вилли не шутит. И, наверно, он прав. Модести подошла к окну и выглянула. Взгляд ее был отрешенным. Хаган заметил, что постепенно она стала успокаиваться, приходить в себя. Черты лица сделались мягче. Она вздохнула и снова повернулась к Полю и Вилли. На ее лице появилось нечто похожее на улыбку.

— Вилли прав, — повторила она. — Отныне будем осторожнее. И пора отсюда съезжать, Поль. Если Пако тобой заинтересовался, это уже плохая база. Ты не можешь отыскать для нас какую-нибудь виллу за городом? В Био или Валорисе?