Чтение онлайн

Им понадобилось десять минут на то, чтобы извлечь ящики из хранилища, протащить их по проходу и затащить сначала в колокол, а потом через двойной люк в блюдце.

Вилли нажал на кнопку микрофона и сказал:

— Мимоза.

Пилот улегся на поролоновый матрас, держа руки на рычагах управления и глядя в один из иллюминаторов. Вилли задраил внешний люк, затем внутренний.

Пилот же переправил ртутный балласт вперед, чтобы в нужный момент блюдце могло начать погружение. Когда Луиджи дал команду, Вилли положил руку на рукоятку, соединявшую четыре маленьких рычажка. Затем он потянул ее вниз. Раздался металлический щелчок сверху: замки, прикреплявшие колокол к блюдцу, открылись. Колокол и блюдце разъединились. Аппарат начал плавно погружаться, оставив колокол под днищем корабля. Вскоре они услышали сверху гул винта «Тибории». Луиджи выровнял блюдце, и оно повисло в воде, словно морское чудовище.

Вилли нажал кнопку микрофона и сказал:

— Рандеву.

Услышав Вилли в динамике радиорубки «Андроника», Модести обратила внимание на усталость в его голосе. Да, ему нынче крепко досталось, но Модести знала его выносливость. Еда и несколько часов сна снова вернут его в строй.

Макуиртер в восторге затопал ногами и захлопал в ладоши. Миссис Фозергилл захихикала, почесывая свои светлые кудри. Даже Габриэль выказал признаки чувств: его губы чуть дернулись, и серые щеки слегка зарумянились.

Сняв трубку телефона и глядя на Модести, он приказал:

— Остановить машины.

— Теперь, значит, мне остается лишь продать товар, — сказала Модести.

Габриэль кивнул, кладя трубку обратно.

— Продать для меня, — поправил он Модести. — И под моим присмотром. О деталях договоримся позже.

— Об этом и речь, — сказала она, пожимая плечами. — Я же занимаюсь этим делом, чтобы получить прибыль, а не синяки.

— Продолжайте в том же духе.

— Непременно. Степень моего усердия обратно пропорциональна количеству синяков. Если меня покормят, наши сотрудничество, смею вас уверить, не пострадает.

Габриэль внимательно посмотрел на нее, потом сказал:

— Это можно. — И добавил: — Займитесь этим, Макуиртер.

В большом кабинете, окна которого выходили на гавань Порт-Саида, Таррант схватил два донесения и стал их читать.

— По-прежнему какая-то ерунда, — буркнул Хаган. Он стоял у окна и смотрел на «Мандрагору». От яхты к пирсу шел катер.

В кабинете был и третий человек в форме майора египетской армии. Он сидел за столом с тремя телефонами.

— Все сплошная чушь, — отозвался Таррант. — Донесения были от капитана «Тиберии». В первом сообщалось, что примерно в течение часа грузовое судно «Андроник» шло параллельным с ними курсом. Ничего подозрительного на борту «Андроника» замечено не было, но он на всякий случай велел орудийным расчетам занять свои боевые посты.

Во втором донесении, посланном полтора часа спустя, говорилось, что «Андроник» лег в дрейф и остался позади. Капитан извинялся за причиненное беспокойство.

— Нет, тут что-то есть, — сказал Таррант. — Не может быть, чтобы это второе судно появилось случайно.

— Но что тогда все это значит? — спросил от окна Хаган. — Что, черт побери, происходит?

Таррант промолчал. Он велел проверить, есть ли на борту «Мандрагоры» Габриэль, и теперь ждал результатов. Пять минут спустя в кабинет вошел работник порта и учтиво отдал честь майору.

— Этого Габриэля там нет, — сказал он по-английски. — Я им сказал, что он нужен для некоторых таможенных формальностей. Но его там нет. Капитан сообщил, что он ночью куда-то отбыл с другими пассажирами, только ему неизвестно, куда именно.

— Они на «Андронике», — сказал Хаган и выругался. — Равно как и Модести с Вилли.

— Возможно, но зачем? — Таррант стал устало тереть глаза. — Зачем они преследовали «Тиборию»? Что они сделали или что хотят сделать? Может, они попробовали какой-то трюк и ничего у них не вышло?

— Черт бы побрал эти алмазы! — сказал Хаган, махнув рукой. — Габриэль исчез где-то в Средиземном море. И к тому же забрал с собой Модести. Если им не удалось заполучить алмазы, она ему больше не нужна. Ну, что мы будем делать?

— Без тщательного поиска с воздуха до наступления сумерек ни на что надеяться не приходится, — сказал Таррант. — Мы не сможем установить местонахождение «Андроника».

— И что же?

— А то, что нам придется сидеть и ждать. И уповать на то, что Модести и Вилли сумеют за себя постоять.

Вилли Гарвин открыл глаза. Он лежал на спине на узкой койке в каюте. Руки в наручниках были сложены на животе.

Шесть часов назад он появился в герметично закупоренном трюме «Андроника», доложился Габриэлю, плотно поел и заснул. Он знал, что проспал шесть часов, потому что поставил свой внутренний будильник именно на этот срок.

— Не вставай, Вилли-солнышко, — услышал он. Модести пододвинула к кровати табуретку. У нее в руках были плошка с горячей водой, мыло и открытая бритва.

— Господи, где это ты раздобыла такое. Принцесса? — удивленно воскликнул Вилли.

— Попросила у Макуиртера. Он очень развеселился, но попридержал язык. И выполнил мою просьбу. В конце концов, зачем нам тут бритва? Или побриться, или перерезать себе горло. — Она стала водить мокрым куском мыла по подбородку Вилли.

— Я сам, Принцесса. Я уже большой мальчик!

— Если большой, так не спорь. Лежи и не дергайся.

— И ты справишься, несмотря на наручники?

— Не волнуйся. Когда я закончу, ты еще будешь в сознании.

Модести умело обращалась с бритвой. Еще когда она работала в Танжере на Луша, какую-то часть дня она помогала в парикмахерской при публичном доме высшего разряда. Там собирались мужчины и обменивались репликами, из которых можно было почерпнуть много ценного.

Вилли Гарвин прикрыл глаза и расслабился. Ему было приятно прикосновение прохладной бритвы, уничтожавшей щетину на его щеках. Ему было приятно лежать тут после хорошо выполненного и неимоверно трудного дела.

— Надо отдать должное Габриэлю, Принцесса, — пробормотал он уголками губ. — Крутая получилась операция.