Чтение онлайн

– Мне тридцать шесть лет.

Такого не ожидал никто, кроме доктора Доу. Он понимающе кивнул:

– Прогерия Эриха,- сказал он.- Синдром ускоренного старения.

Сэр Уолтер кивнул.

– До тридцати лет все было в порядке, а в тридцать я начал разменивать год на десять – подобная ставка, знаете ли, мне совершенно не по нраву. Доктора не знали, как это со мной произошло. Одни заявили, что это врожденная болезнь и она просто спала, ожидая своего часа, другие – что это из-за… кхм… чрезмерно экспрессивного и вольного образа моей жизни, третьи уверили меня, что я заразился прогерией, съев какой-то фрукт или что-то вроде того. При этом никто не мог сказать, что мне делать, как излечить это. Я перепробовал практически все, обращался даже к месмеристам и им подобным, но… как видите, все они оказались мошенниками.

– Я сразу понял, что вы больны,- сказал доктор,- когда первой среди многочисленных фантастических способностей, которыми славится Черный Мотылек, вы упомянули его способность излечить любую болезнь. Полагаю, речь шла о слезах бабочки. Когда вы услышали о Черном Мотыльке впервые?

– О, я услышал о нем еще давно. Крамароу на все лады расхваливал своего мотылька, но тогда я не придал его словам значения – ему никто не верил, и я, признаться, был среди их числа. Но все изменилось около трех месяцев назад. Ко мне пришел человек. Его лица я не видел – оно было скрыто шарфом и большими защитными очками. Когда, намереваясь отправиться домой, я сел в свой экипаж, он уже поджидал меня там. Назвался этот человек мистером Блоххом. Он сказал, что занимается тем, что решает чужие затруднения.

– И кого же он представлял?

– Он сказал, что есть лицо, заинтересованное в том, чтобы Черный Мотылек появился в Габене. Помимо этого, он предложил свои услуги мне самому, мол, у меня есть затруднение, а у него есть решение.

– Он пообещал излечить вас?

– Он уверил, что слезы мотылька мне помогут.

– И вы поверили ему?

– Он говорил очень убедительно, а я, признаюсь, очень хотел поверить. Он сказал, что человек, заинтересованный в появлении Черного Мотылька – весьма честолюбивая личность с весьма амбициозным планом, – якобы хочет поставить слезы Черного Мотылька на поток и выпускать «лекарство от всего», продавая его за баснословные деньги. Что ж, я могу лишь позавидовать хватке этого джентльмена: продажа панацеи – что может быть перспективнее? Уж если бы он стал выпускать свои акции, я бы не отказался прикупить парочку. Мистер Блохх сказал, что план уже запущен в действие, Черный Мотылек найден, осталось лишь привезти его в Габен, а для этого им нужно подставное лицо, тот, кто все организует, но при этом не будет ничего понимать. Впечатленный болван.

– Сэр Крамароу,- догадался доктор.- Что требовалось от вас?

– Я должен был спровоцировать Крамароу. Подвести его к тому, чтобы он предложил пари. Это дало бы ход всему предприятию. Разумеется, мне ничего не было сообщено ни о каких убийствах, похищениях и заговорах. Это было просто деловое предложение с хорошим потенциалом и…

– Понимаю: вы не смогли устоять,- закончил доктор.

– В высшем свете многие знают о моей… напасти. И я бы стал лучшим доказательством того, что средство работает. Я им был нужен, в частности, за этим. Я не тот, кого вы ищите. Вам нужны Блохх и человек, стоящий за ним. Теперь вы понимаете, что, даже если бы я захотел, то попросту не смог бы кого-то убить? Я уж не говорю о путешествии в джунгли. Мне подчас не хватает сил справляться даже с собственной болезнью, куда мне еще всяческие там местные болотные лихорадки, которые цепляются, словно проклятые наследники, ожидающие, когда же ты уже отправишься в могилу.

Доктор Доу вздрогнул. Он вдруг словно что-то понял. Или же… он понял все.

– Я вам верю, сэр Уолтер,- сказал он.- Но вы ведь понимаете, что я должен убедиться.

– Да убеждайтесь вы в чем хотите,- раздраженно бросил сэр Фенниуорт, и Натаниэль Доу повернулся к Вамбе, подозвал его.- Вамба, вы ведь говорили, что можете узнать сэра Хэмилтона даже без усов. Это он?

Вамба выпучил глаза, уставившись на сэра Уолтера. Тот отвел взгляд – ему было нестерпимо мерзко находиться столь близко, во-первых, от иноземца, а во-вторых, от обмочившегося иноземца.

– Ээээ… н-нет… н-нет, доктор. Простить Вамбу. Это не он. Это не сэр Хэмилтон.

– Что ж, я так и думал.- Доктор кивнул.- Сэр Уолтер, прошу простить наше вторжение и что отняли у вас время. Но благодаря вам мы теперь знаем о планах заговорщиков. Настоящий убийца вскоре будет схвачен.

– Это… это все?- удивленно протянул сэр Уолтер.- Мне не нужно вызывать своего адвоката?

– Я бы лучше посоветовал вам вызвать автоматона-лакея – ваша сигара практически догорела. Мое почтение.

Доктор кивнул и повернулся к своим спутникам. Констебли разочарованно двинулись к выходу из Клуба, следом потянулись мистер Келпи, Вамба и Джаспер.

– Доктор!- окликнул Натаниэля Доу сэр Уолтер.- Черный Мотылек! Он… он здесь? Вы нашли его?

Доктор повернулся к нему и сказал:

– Боюсь, сэр Уолтер, вы стали жертвой очередного мошенника. Будучи врачом с большим опытом, я сомневаюсь в самом существовании лекарства от всех болезней. Панацея – это миф. Мне очень жаль, сэр.

Плечи сэра Уолтера Фенниуорта дрогнули, он опустил голову. Из глаз потекли слезы, проедая грязные уродливые дорожки в пудре на его старческом лице.

Когда вы появляетесь где-либо в сопровождении полицейского фургона, вас начинают воспринимать всерьез. И порой это очень удобно. К примеру, кэбмен, которому доктор Доу велел дожидаться, бросив: «Это полицейское дело! Ждите нас!», просто не мог ослушаться – он лишь раздраженно фыркнул в свой высокий воротник пальто. При этом, когда доктор и его спутники показались из дверей Клуба, экипаж, на котором они прибыли, стоял на месте как миленький. Небывалая для служащего из Тремпл-Толл исполнительность…

Кэбмены в Саквояжном районе обычно работали из рук вон плохо: помимо того, что они взвинчивали цены, так еще и грубили, хамили, преспокойно могли вас не дождаться, могли волочиться сколь угодно медленно (если им не прибавят за срочность), а могли нестись по ухабистым улочкам так, что у вашего желудка был шанс стать лучшим танцором танго во всем Габене. При этом кэбмены из Саквояжни обладали «наметанным глазом», сложным механизмом, состоящим из различных датчиков, измерительных машин, счетчиков миль и прибыли, определителя уровня вашей жизни (сходу) и измерителя уровня вашего стиля. Механизм этот совершенствовался с опытом, годами, каждой новой сотней пассажиров, и однажды кэбмен уже мог мгновенно определить, стоите ли вы растопки, дороги, возможных издержек и вообще мороки… К слову, о последнем. «Заморочные» – это особая категория пассажиров, которые тянут с собой в салон мешок из различных трудностей, домашних животных, детей, спазмические, полные спиртного, желудки, а что уж говорить о грязных и вонючих (особенно вонючих – потом никак не проветришь после них) иностранцах.

Человек в черном пальто и высоком цилиндре, сжимающий в руках черных саквояж, был как раз из заморочных. Причем он являлся худшим представителем данной категории: от него нельзя отделаться. К тому же он бесцеремонно провел внутрь экипажа чернокожего человека, выглядящего так, словно он только что прошел войну против армии безумных кошек, и кошки победили. Помимо прочего, от гуталинщика сильно пахло мочой, но это кэбмена не особо удивило, поскольку он считал, что так обычно пахнет от всех неблагонадежных иностранцев без исключения. Поделать с нежелательным в своем экипаже субъектом извозчик ничего не мог, и ему оставалось разве что скрипеть зубами и бубнить ругательства себе под нос всю дорогу до пункта назначения.