Чтение онлайн

Деление клетки, можно с уверенностью сказать, что мне приходится изучать это самостоятельно, все же с другой стороны, я хорошо подготовлена, если однажды мне придется бронировать отпуск на Багамы.

Воскресение я провела в своей комнате и планировала с Оливером его побег. Иногда мы забывали о нашем проекте и уклонялись в сторону.

Я доверила Оливеру вещи, которые еще никому и никогда не рассказывала: что я переживаю за свою маму, что впадаю в панику, если меня кто-то спрашивает, кем я хочу стать, что иногда я спрашиваю себя в тайне, каково было бы стать популярной, хотя бы всего на час.

Оливер же наоборот исповедовался в своем самом большом страхе: что жизнь проходит, что для него значит, что он совершенно в ней не важен. То, что он совершенно полностью совершенно обычен и в нем нет ничего особенного.

Я сказала ему, что для меня он уже сейчас что-то особенное.

И что я лучше бы умерла, чем в понедельник пошла бы в школу и попалась на глаза Элли МакЭндрю. Но сейчас уже третий час, а ее нет.

Возможно, Оливер прав: "Желания могут сбываться".

— У всех есть лягушка? — спрашивает миссис Браун. Я смотрю на бедную мертвую амфибию перед собой. Сегодня мой партнер по лабораторной Цах отказался участвовать в лабораторной работе по причинам совести, так как он — вегетарианец. Вместо того, чтобы резать лягушку, он пишет работу о гормонах роста у молочных коров.

Дверь открывается Элли МакЭндрю заходит внутрь, с двумя синяками на глазах. Она выглядит, как енот и к тому же на переносице приклеены два перекрещенных пластыря. Она извиняется перед миссис Браун.

— Извините за опоздание, — говорит она.

— Лучше поздно, чем никогда, — отвечает учительница.

— Элли, поработай пока вместе с Делайлой.

Элли убивает меня взглядом, когда садятся на табурет рядом со мной. — Не подходи ко мне близко, — шипит она, — иначе ты пожалеешь об этом.

— Теперь возьмите лягушку в руку. Я хотела бы, чтобы вы измерили задние конечности...

Я поворачиваюсь к Элли. — Хочешь... быть первой?

Она буравит меня глазами. — Лучше бы я присоединилась к шахматному клубу.

Я присоединилась к шахматному клубу в последний год.

— Ну, хорошо, — говорю я. "Мне очень жаль, парень," — думаю я, когда кладу лягушку на ладонь и подношу линейку.

Друг Элли Риан тянет табурет к нашему лабораторному столу, хотя у него, собственно, есть свой партнер по лаборатории.

— Ну, прекрасная девушка, — говорит он, ухмыляясь ей. — Что ты думаешь, если мы сходим сегодня вечером куда-нибудь поесть и после этого посмотрим фильм, который не досмотрели тогда?

— Нет, настроение, — говорит она и бросает на меня взгляд. — Мне нужно дома наложить охлаждающий компресс.

— Это вышло случайно, — заверяю я. — Я не намеренно пересекла пять дорожек в бассейне, только для того, чтобы ударить тебя по лицу, — хотя я должна согласиться, как мечта дня я могла представить что-то подобное.

— Ты единственная девушка в школе, которая с двумя синяками выглядит шикарно, — выдает Риан.

Элли переплетает свои пальцы с его пальцами. — Ты только говоришь так.

— Честное слово, — отвечает Риан.

— Я люблю тебя, мой сладкий, — говорит Элли.

— Риан ухмыляется. — Я люблю тебя еще больше.

По правде говоря, я думала, что мне станет плохо при вскрытии, но я, собственно, думала не о лягушке и не о беседе.

Миссис Браун проходит мимо нашего рабочего стола. Если она и заметила ,сто Риан сидит возле нашего рабочего стола, она не делает при этом никакого замечания. — А теперь я хотела бы, чтобы вы осмотрела грудную область... какой признак скелета?

Я жду, что Элли возьмет лягушку, чтобы исследовать ее. — Эм, ты хочешь тоже попробовать? — спрашиваю я ее.

— Что? Один клеит тебя? Один ломает колено?

— Хорошо, — говорю я и тыкаю в лягушку.

— Чего бы ты хотела?— спрашивает Риан. — что-то из китайское еды? Идийской? Или итальянской?

— Ребра, — объявляю я.

Оба смотрят на меня с отвращением. — Кто вообще спрашивает тебя? — выпаливает Элли.

— Нет... лягушка. Недостающим признаком скелета являются ребра.

Она отбрасывает волосы назад. — Кого это вообще интересует?

Внезапно Риан с наигранным жестом поднимает лягушку со стола.

— Да... проявите немного любви к вашей маленькой лягушке, — он так близко держит ее перед моим лицом, что я чувствую запах химикалий и смерти. Со всей силы я отталкиваю его, опрокидывая при этом табурет, и вызываю такой беспорядок, что весь класс обращает на нас внимание.

— Моя вина! — говорит Риан. — Я думал, что он сказал, что он — принц...

Весь класс взрывается от смеха. Я становлюсь красной как помидор.

— Достаточно! — вмешивается миссис Браун. — Риан, к директору, мы оба увидимся сегодня после обеда, так как ты останешься после уроков. Делайла, ты идешь в туалет и умываешься.

Когда я пакую свой рюкзак и выскакиваю из классной комнаты, вокруг очень тихо. И тогда, когда я практически подхожу к двери я слышу это:

— Ква. Ква, — это один из учеников в последнем ряду, и вдруг все начинают хихикать, в то время как миссис Браун напрасно пытается призвать всех к порядку.

Женский туалет пуст. Я мою руки и вытираю лицо бумажным полотенцем. Раньше Джул была местом, куда я сбегала в экстренных случаях, она была местом, где я могла поплакать. Но теперь я открываю рюкзак. Точно также как после бассейна и после кошмара единственным человеком, с которым я хотела поговорить, был Оливер.

Я ищу между книгами по биологии и английского, и обеденными бутербродами, но книги нет.

— Нет, — бормочу я и вытаскиваю учебники из рюкзака. Теперь там остаются только сложенные бумажки, остатки карандаша, мякиш от засохших мюслей и сорок два цента.