Чтение онлайн

Алекс стоял рядом со своим кузеном Фрэнсисом в холодной, быстро несущейся воде маленькой речки, удивляясь про себя, кой черт заставил его согласиться на эту рыбалку, когда он спокойно мог продолжать нежиться в теплой постели рядом с женой. Как бы прочитав его мысли, Ботвелл ухмыльнулся и проговорил:

— Ничего, подождет, Алекс. Однако ты выглядишь усталым сегодня. Ты что, ночью не спал? Надеюсь, постель была удобной?

— Чертовски удобной. — Он следил, как его леска уплывает вниз по течению, затем проговорил:

— Тебя беспокоит, что король затащил Кэт в свою постель, Фрэнсис?

— Да, но что я мог с этим поделать, Алекс? Она не хотела его и не давала ему никаких поводов. — Ботвелл помолчал, потом посмотрел на своего младшего кузена:

— Ты же ведь говоришь о Велвет, Алекс, не так ли? Тебя беспокоит, что она жила с другим мужчиной? Господи, приятель, держи себя в руках! Тебе еще повезло, что она вообще вернулась к тебе!

— г Твоя Кэт попала к королю в постель не по своей воле, а Велвет сознательно пошла в объятия к Акбару, Фрэнсис. Я рад, что она вернулась, но все время представляю ее в объятиях другого мужчины. Он научил ее всем тем восхитительным вещам, которые она проделывала со мной этой ночью.

— И хорошо она это делала, Алекс? Эти восхитительные вещи?

— Господи, да! — пробормотал граф Брок-Кэрнский.

— Тогда тебе надо поблагодарить Акбара, идиот. И кроме того, когда тебе начинают лезть в голову подобные вещи, вспоминай, что Велвет тогда считала себя вдовой. Она слишком лакомый кусочек, чтобы долго оставаться одной или давать обет безбрачия, случись тебе умереть, Алекс. И тебе лучше помнить об этом, а то сойдешь с ума. Если не возьмешь себя в руки, сыграешь в ящик. Будешь сидеть на небесах и смотреть оттуда, как какой-то другой счастливчик пашет на твоей кобылке!

Заметив удивленный взгляд Алекса, Ботвелл дружески пихнул его в бок и рассмеялся.

— Ты подонок, Фрэнсис, но, клянусь Богом, ты прав! — ответил Алекс и усмехнулся, увидев ситуацию в несколько другом, более приятном свете.

— Тогда, дорогой кузен, будем считать, что это дело улажено, — сказал Ботвелл. — Пойдем, и ты поделишься со мной секретами, которые твоя жена привезла с Востока. Господи, мне не терпится узнать все эти» восхитительные штучки «!

— Фрэнсис, у меня клюет! — закричал Алекс, и в потоке показался огромный лосось, бьющийся на крючке. — Помоги мне!

— Дерьмо! — выругался Ботвелл, но все-таки потянулся за сачком, чтобы помочь приятелю.

Еще несколько дней Алекс и Велвет пользовались гостеприимством Ботвелла, каждое утро мужчины отправлялись на рыбалку. Как-то Ботвелл и леди Лесли взяли обоих Гордонов с собой на охоту. Это было чудесное время. Длинные, неспешно тянувшиеся дни сменялись столь же длинными ночами бурной страсти между Алексом и Велвет. В волшебной атмосфере Хэрмитейджа, наполненной любовью Фрэнсиса Стюарт-Хэпберна и Кэт Лесли, Алекс и Велвет вновь обрели любовь, которая была подобна нераспустившемуся бутону, пока они были разлучены, и которая быстро росла и расцветала с каждым днем.

Наконец они уже не могли больше задерживаться, так как путь до Дан-Брока был не близким. Кроме того, им надо было еще остановиться в Эдинбурге, чтобы засвидетельствовать свое почтение королю. Велвет обрела в лице Кэт Лесли хорошую подругу и доброго товарища, несмотря на то что графиня Гленкиркская была старше ее на одиннадцать лет.

— Жизнь коротка, Велвет, — говорила ей Кэт. — Наслаждайся счастьем, постарайся никому не причинять вреда и не позволяй ни одному мужчине, даже если ты его любишь, властвовать над собой.

— Что будет с тобой и Фрэнсисом? — обеспокоенно спросила Велвет, которая теперь знала всю историю их дикой и чудесной любви.

— Все устроится, Велвет, я уверена. Я чувствую, мне на роду написано всегда быть с Ботвеллом — Графиня Гленкиркская поцеловала молодую графиню Брок-Кэрнскую в щеку и, крепко обняв ее, пожелала ей счастливого пути.

Следующим была очередь Ботвелла, и он не удержался, чтобы не заключить ее в свои медвежьи объятия.

— Заботьтесь об Алексе, Велвет, дорогая, хотя, судя по , тому самодовольному виду, с которым он ходит в эти последние дни, думаю, вы и так хорошо о нем заботитесь.

Она озорно рассмеялась и, когда он поднимал ее и подсаживал в седло, подмигнула ему.

Ботвелл же расхохотался:

— Господи, Велвет, я думаю, Алексу в ближайшие годы придется с вами несладко! Даже не знаю, жалеть его или завидовать.

— Время покажет, милорд! — бойко сказала она и вдруг стала серьезной:

— Будьте осторожны, Фрэнсис, и, если вам когда-нибудь потребуется наше гостеприимство, вы всегда можете рассчитывать на него, что бы там ни думал король. Обещаю это, а я теперь хозяйка Дан-Брока. — Она нагнулась с лошади и поцеловала его в губы.

Его ярко-голубые глаза встретились с ее, и они долго смотрели друг на друга, прекрасно понимая один другого без слов.

— Доброго пути, дорогая! — сказал он наконец. Потом, попрощавшись с Алексом, отправил их в Эдинбург, к их кузену Джеймсу Стюарту.

Король уже был осведомлен об их скором прибытии. Шиноны Джона Мэйтланда обо всем доложили канцлеру, а тот поспешил уведомить Джеймса. Граф Брок-Кэрнский и его жена посетили Хэрмитейдж. Джеймс пришел в ярость, которую еще больше разжег Мэйтланд.

— Я неоднократно предупреждал ваше величество о происках эрлов, — скорбно произнес он. — У меня давно были сомнения насчет Гордонов, особенно Хантли, а Брок-Кэрн — родственник Ботвелла. И кто знает, какие интриги они там наплели.

— Они так надменны, — горько пожаловался король. — Они травили мою мать, моего деда и моего прадеда. Не было ни одного Джеймса Стюарта, которому они бы не докучали.

Они всегда затевали смуту, когда их не устраивало, как идут дела! Вот что, Мэйтланд, я не хочу повторения всего этого, вы слышите? Я не хочу повторения!