Мое темное счастье
Шрифт:
— Неужели открыла? — сощурился Рокот. — Расскажешь?
— Там письмо мамы, браслет дайари и зелье удачи.
Рокот присвистнул, качнул головой. Оказывается подобный эликсир — большая редкость. Там такие ингредиенты нужно использовать — полжизни будешь собирать. И не факт, что зелье получится.
Дракон попросил флакон, открыл и понюхал зелье.
— Эльфийской магией пахнет.
Значит, маме дал его отец? И где только добыл! Или нет?
— Выпить можешь, оно безопасно. Правда, срок странный… Когда вы с Лиром поженитесь… И зачем вам зелье удачи? Не понять!
Я убрала зелье в шкатулку, бережно погладила крышку ларца; большее поведать была не готова.
До дворца мы добрались быстро и почти незаметно. Рокот решил, что лишнее внимание нам ни к чему, и провел тайными тропами. Друзья расположились в зале за большим столом и что-то бурно обсуждали. Увидели нас, обрадовались.
Обедали мы тоже вместе. Эридейле предложила поговорить, но Тир отложил разговор на завтра. Он понимал, насколько неадекватен сейчас Лир. Держался маг уверенно, но давалось ему это с трудом. И после обеда мы отправились отдыхать.
Забрались в постель, замерли. Я привычно положила голову Лиру на плечо, прислушалась к дыханию. Он почти сразу уснул, успокоенный моим обещанием не покидать без него дворец.
Вечером, когда Лир еще спал, в покои заглянул Рокот. Лимфил прыгнул янтарным шариком ему в ладони, позволяя покормить себя принесенными для него орехами.
— Вчера к эльфам прилетела моя сестрица с мужем. Они хотят с тобой познакомиться.
— Завтра, — шепотом сказала я, не желая покидать Лира.
— Они надолго сюда прибыли, — улыбнулся дракон.
Мы немного помолчали, наблюдая за Лучиком.
— Ты ведь уже все решила, — неожиданно сказал Рокот.
Посмотрела ему в глаза, поражаясь, насколько сильно сейчас они напоминают расплавленный янтарь.
— Отправишься к оркам.
— Там отец Арана. И там, возможно, находится и мой папа. В крайнем случае, добуду сведения.
— У меня есть одна идейка, — заметил Рокот, не удивляясь моим словам. — Просто так информацией эти хитрецы делиться не будут.
— А деньги их случайно не интересуют?
— Своих полно. Оркам нет равных в воинском искусстве, они главные поставщики оружия.
— К ним может обратиться Совет магов и…
— Не без этого.
Мы некоторое время помолчали, подкармливая Лучика.
— Что за идея?
— Отправляться к ним и напрямую выспрашивать — гиблое дело. Не знаешь, на что нарвешься, а рисковать нам нельзя.
Хм…
— У орков в первый день осени устраиваются соревнования в честь всех богов. Участвуют в нем парами. Состязаний — четыре. Принять участие может любой.
Я задумалась, затем задала вопрос о состязаниях.
— Их меняют. Были кулачные бои, выпечка торта, танцевальный конкурс…
— Ты что, участвовал?
— Да. Никто не запрещает надевать иллюзии. Можно сойти хоть за крестьянина, хоть за аристократа. Правилами разрешается.
Не знаю, что меня удивило больше — сам факт, что Рокот так развлекался, или его предложение нам с Лиром поучаствовать. Какой из меня боец? Эти сомнения я ему и высказала. Оказалось, парой участвуют лишь в двух соревнованиях, в остальных, наоборот, в одиночку.
— Каков приз?
— Разговор с жрецом. Он ответит на любые вопросы. И знаешь, самое главное — не сможет солгать и кому-то рассказать, о чем спрашивали. Магия такая. Единственное, количество вопросов ограничено десятью, но вам с Лиром хватит.
Сначала бы победить… Но Рокот прав, вопросы надо продумать заранее.
— А о чем спрашивал ты? — заинтересовалась я.
— Ты даже не сомневаешься, что я выиграл, — ухмыльнулся Рокот, проказливо подмигивая. — О семье. Молния, моя сестричка, недавно родила дракончика. Племянника назвали Ветром, уже дышит пламенем. Жрец мне и о встрече с сестрой по крови рассказал, о тебе, как оказалось. Только я тогда многое не понял. А Гром, муж Молнии, расспрашивал о будущем.
Соблазн был очень велик.
— Думаешь, Лир согласится? — засомневалась я. — Он ведь с меня пылинки сдувает. Кроме того, если умрет кто-то один…
— А есть еще идеи? Время же потеряем. Ты ему расскажи, как проснется, глядишь, и легче эту идею воспримет, чем если бы я или Тир предложили.
Так вот зачем он ко мне пришел!
— Я постараюсь.
— Не забудь напомнить ему, что те пять вопросов, которые он задал жрецу, были частично и о тебе, — ухмыльнулся Рокот.
— Лир участвовал в состязаниях? — ошеломленно спросила я.
— А кто, ты думаешь, был моим напарником, когда эти состязания только появились? Там мы с ним и познакомились и сдружились. Когда прикрываешь спину друг другу, иначе и быть не может.
— А что жрец сказал обо мне? — заинтересовалась я, совсем переходя на шепот и поглаживая лимфила, который снова превратился в кота.
— Что я тебя встречу, Ари, — ответил Лир, открывая глаза.
Разбудили…
— Все слышал? — не удивился Рокот. — Откажешься?
— Я бы с радостью. Даже кого другого бы попросил в пару, да только, полагаю, кто-то снова сходил за советом к морской ведьме, да? И будь у нас выход…
— Ари бы я не стал подставлять под удар.
Лир вздохнул, а потом заметил:
— Как же меня раздражает, когда ты так ее зовешь! Словно что-то ценное крадешь…
Рокот фыркнул и сверкнул глазами.
— А ты не расслабляйся! На ужин придете?
— Нет, — ответил Лир. — В наших покоях поедим.
Едва за драконом закрылась дверь, как Лир притянул меня к себе.
— Что тебе еще сказал жрец? — поинтересовалась я. — И о чем ты его спрашивал?
— Во-первых, встречу ли я суженую и как скоро. Уже давно знаю, что алитэйя и что — навсегда. Еще о судьбе дяди, Тира и отца.