Чтение онлайн

Кладу ладонь сбоку от его головы, опираясь на дверь за его спиной.

— Я знаю достаточно, чтобы очень сильно желать повторения того, что случилось в клубе. Парень, который может меня так завести, явно достоин внимания. Ты так не считаешь? — ухмыляюсь я.

— Ты был под кайфом, Роко, у тебя были галлюцинации, — шипит Дрон. — Всё это может быть ложью. Ловушкой или ещё того хуже. Ты же можешь пострадать. Тебя могут убить.

— Я буду в порядке, уверяю тебя. Но спасибо за то, что так сильно волнуешься обо мне, Дрон. Мы могли бы стать друзьями, — опускаю руку, огибая его плечо, но не касаюсь. Скольжу ей по стене рядом с дверью. Дрон шумно втягивает в себя воздух, а я делаю ещё один шаг, касаясь своим телом его.

— Да… я буду рад, — бормочет он, бегая взглядом по моему лицу.

— Вот и отлично, — улыбаюсь я, наклоняясь ниже.

Дрон задерживает дыхание. Он не отскакивает от меня, когда мои губы приближаются к его. Я даже вижу, как его зрачки начинают пульсировать от напряжения в его теле. От сексуального напряжения. Он хочет меня. Дрон меня хочет. Очень. Так же сильно, как и я его. Нет, он понятия не имеет, что я бы с ним сделал. Я бы вылизывал его каждую минуту своей жизни. Я бы просто касался его и подыхал от этого. У меня слишком много фантазий на его счёт.

Знаю, что Дрон ждёт поцелуя. Он приоткрывает губы, готовый к этому. Но я поворачиваю дверную ручку у него за спиной и открываю дверь.

— Тебе пора, — выдыхаю я ему в губы.

Он словно просыпается. Его щёки покрываются алым румянцем. Он срывается с места и убегает, а я улыбаюсь, наблюдая за этим.

Интересно. Очень интересно.

Следующие два дня я ловлю на себе напряжённые взгляды Дрона. Но я с улыбкой киваю ему и иду мимо, отвечая на сообщения. Эти сообщения совсем неприятного характера. Но я улыбаюсь, чтобы заставить Дрона выползти из шкафа. Он кончил. И он хочет меня. Дрон явно зол на то, что я вновь встречаюсь с несуществующим парнем. Видимо, у меня такая судьба, встречаться с выдуманными парнями.

— Босс, у нас есть кое-что очень интересное, — произносит один из охранников, которых я приставил к Дрону, и кладёт папку мне на стол.

Я открываю её.

— Мы не говорили сначала о них, чтобы не спугнуть. Эти парни следят за Дроном. Они знают, где он живёт и тренируется, и докладывают об этом вот этому человеку, — мне показывают фотографию мрази, от которой меня начинает мутить. — Они называют его Арсеном. Но ещё более интересно то, что это Арсен Григорян.

— Уверен?

— Да, босс, я лично слышал, когда один из них говорил с ним по телефону. Они собираются прийти за Дроном в ближайшее время. А также у этого парня есть ещё один поклонник, — мне на стол кладут следующую фотографию.

— Блять, Робертс. Он просто напрашивается, чтобы я убрал его. Какого хрена он делает? — шиплю я.

— Он тоже следит за ним, но я бы сказал, что он больше ваш поклонник, а не его. Нам так же удалось расшифровать запись в клубе, когда Дрон встретился с Робертом, сэр. Технари почистили его от музыки, и там, оказалось, много интересного. — Мне протягивают мобильный, и я включаю запись.

Я слушаю слова Робертса о том, что он подскажет Арсену, где прячется Дрон, и это меня так бесит. Он натравил на Дрона этого сукина сына. А Дрон ведь ни хрена мне не сказал. Вообще, ничего не сказал. Не понимаю я этого парня. Дрон же должен осознавать, что теперь он как на ладони, и его в любой момент могут поймать. А вдруг он сделал это… поцеловал меня и вытерпел мои трения о себя лишь для того, чтобы обезопасить себя, воспользовавшись моей слабостью? Если он уже знал об угрозе Робертса, и спокойно продолжал работать, то мог таким образом, если за ним следили, показать им, что трахается со мной. Теперь я чувствую себя каким-то жалким куском дерьма. И ведь Дрон мог имитировать свою ревность. Точнее, я мог принять его чувства за ревность. А на самом деле это была самая обычная злость на то, что я порчу его план. Если у меня появляется другой парень, то надобность в Дроне исчезает, и он снова становится уязвимым. Это явно не на руку Дрону, поэтому он так и вёл себя. А я такой дурак. Я же решил, что всё это из-за меня, и только из-за меня, а не потому, что у меня есть власть и возможность защитить его.

Идиот такой.

— Я понял. Спасибо. Продолжайте работать, — возвращаю все фотографии и отворачиваюсь.

Мне уже ничего не хочется. Это не первый раз, когда мной пытаются воспользоваться, потому что я сын босса мафии. Ох, этих людей было много. Они и клялись мне в любви, были готовы залететь от меня и резали себе вены у меня на глазах. Боль возвращается с неприятным, кислым привкусом.

— Дрон, зайди ко мне, как закончишь тренировку, — нажав на кнопку селекторной связи, произношу я.

Меня больше никто не будет использовать. Никогда. Теперь я просто буду делать свою работу. Безумную одержимость Дроном пора бы оборвать. Хватит. Я и так уже унизил себя. Я показал ему, что он может вить из меня верёвки, а ведь в его «признании» полно несостыковок. Почему я поверил ему? Почему так легко встал на его сторону? А если всё иначе? Если он просто очередное дерьмо, которое собирается поиметь меня?

— Роко? Ты звал? — Через два часа в моём кабинете появляется Дрон. Чистый, отмытый, и мне опять больно.

Сухо киваю ему.

— Сегодня в восемь часов вечера ты едешь со мной на ужин. Я хочу представить тебя одному спонсору. Его не было в городе на твоём официальном представлении, Рождество и все дела. Он один из самых выгодных спонсоров нашего клуба, — холодно произношу, не глядя на Дрона.

— Я…

— Машина заедет за тобой в восемь вечера. Советую тебе, одеться презентабельно. Поищи в словаре. Ох, забыл, ты же не умеешь читать. Но ничего, я тебе объясню, — расплываюсь в ядовитой улыбке.

Дрон прикрывает глаза, как будто я ударил его. Он актёр. Как человек может вздрагивать от любого прикосновения, повышенного голоса, шороха и кончить от петтинга со мной? Это ложь. Видимо, я протрезвел.

— Я знаю, что такое презентабельно, — цедит он сквозь зубы.

— Отлично. Тогда встретимся в восемь. Поешь дома, я кормить тебя не буду. Мы лишь выпьем воды и продадим подороже твою задницу. Надеюсь, что она не настолько раздолбана и понравится покупателю.

Губы Дрона подрагивают. Он опускает голову и качает ей.

— Зачем ты это делаешь? — тихо и горечью в голосе шепчет он. — Зачем ты причиняешь мне боль? Что я снова сделал не так? За что ты опять на меня злишься?

— Мне насрать на тебя. Я что, соврал? Нет. Тебе неприятна правда? — усмехаюсь я.

Он поднимает глаза, и от его взгляда, ранимого, побитого щенка, хочется вздрогнуть. Он актёр. Мне приходится напомнить себе об этом, чтобы не сдать назад. Он думает, что из меня можно верёвки вить.

— Хорошо. Ты прав. Прости, если я сделал что-то не так. Но ты не можешь таким бросаться мне в лицо, Роко. Это жестоко. Я не понимаю, почему ты опять слетаешь с катушек и срываешься на мне. Но не нужно так делать. Не поступай так со мной. Я доверился тебе, не используй мою веру против меня. Пожалуйста, Роко. Не нужно так со мной, — его глаза начинают слезиться.