Чтение онлайн

Мартин послюнявил языком край папиросной бумаги, приклеил его и закурил самокрутку. Он набрал полные легкие дыма и задержал дыхание, пока в груди не появилось жжение. Сразу пропала боль где-то позади глаз. Мартин выпустил облако дыма и почувствовал, как все тело блаженно обмякло. И тут его осенило.

Он вдруг понял, что им надо найти другую руку, подложить ее вместо той, что когда-то принадлежала Амадо, а водитель «гольфа» доставит ее по назначению. На первый взгляд, план сумасшедший, но на самом деле вполне реальный. Главное, все будет шито-крыто. Никто ничего не заподозрит. Они выйдут сухими из воды. Остается только убедить этого парня помочь им, но это уже дело техники.

Мартин подбросил свою идею Эстевану и услышал в ответ, что у него голова набита одним дерьмом. С какого хрена они должны доверять водителю «гольфа»? Отпустят его в Паркер-сентер и не успеют глазом моргнуть, как окажутся в наручниках. И потом, где им взять вторую руку? Эстеван назвал план Мартина тонто и добавил по-испански, что у него нет времени на всякие глупости. Он всегда переключался на испанский, когда злился на Мартина.

Мартин задумался – пожалуй, Эстеван прав. Гораздо быстрее и проще пришить парня, сжечь руку и дело с концом. Вот если б вторая рука неожиданно подвернулась, тогда еще можно успеть провернуть комбинацию. Заплатить водителю «гольфа» или надавить на него как-нибудь. Ну, сколько он зарабатывает? Да не так уж много. Отстегнуть ему десять кусков задоставку подложной руки, и они в расчете! Мартин вдруг осознал, что затрачивает слишком много нервной энергии, переживая за судьбу какого-то сраного курьера. Но у него имелись на то свои причины, и одна из них – плохая карма.

Дон пришел к себе на службу в отдел криминальной информации, как обычно, со стаканчиком двойного, экстрапенистого капуччино на соевом молоке без грамма жира и со свежим номером газеты «Лос-Анджелес тайме» под мышкой. Впрочем, было сегодня что-то особенное во внешности Дона. Он всегда шагал легко и пружинисто, но этим утром его походка казалась еще энергичнее. Остановившись у импровизированного кофе-бара, Дон совершил поступок, уж совсем из ряда вон выходящий – взял с подноса с выпечкой пончик с хрустящей корочкой и кремовой начинкой! Он впился в пончик зубами и удивился – какой вкусный! Сладкий, сдобный! Недаром подносы с пончиками встретишь по всему полицейскому участку. Копам нравятся пончики, а Дону нравится быть копом.

Он расположился за своим столом, слизнул с пальцев сахарную пудру и стал просматривать лежащие перед ним бумаги. За соседний стол уселся толстый мужчина средних лет с темно-коричневым лицом уроженца Центральной Америки. Надпись на его нагрудной карточке гласила: детектив сержант Флорес. Он сказал, указывая на остатки сахарной пудры на столе Дона:

– Ты же вроде никогда не жрал это дерьмо?

– Я жру любое дерьмо!

– Вот, что делает привычка лизать задницу начальству! Начинаешь жрать дерьмо!

Очень остроумно! Дон предпочел промолчать. Он, конечно, мог бы съязвить в ответ, учитывая, что именно Флорес слыл в отделе величайшим лизоблюдом и постоянно афишировал свое латиноамериканское происхождение, используя расовый козырь для продвижения по службе. Но Дону не хотелось затевать свару и портить себе день дворцовыми интригами. Поэтому он переменил тему и заговорил о деле.

– Та рука уже здесь?

– Оторванная конечность?

– Да.

Флорес посмотрел на какие-то бумаги, будто искал в них ответ на вопрос Дона.

– Еще нет.

– Известно, когда привезут? Флорес помотал головой.

– В течение дня.

Дон удовлетворенно кивнул. Его это устраивало, поскольку давало возможность завершить срочную бумажную работу. Он вообще относился к оформлению документации с большой ответственностью и гордился таким подходом. Слишком часто ему доводилось наблюдать, как отпетых злодеев отпускали на свободу всего лишь из-за неправильно заполненных бланков. Будто от этого они переставали быть злодеями! К примеру, какой-то отморозок подъезжает к твоему дому и открывает пальбу из пулемета по окнам. Затем по собственной воле признается в содеянном. А на суде его освобождают только потому, что недоумок-полицейский наделал ошибок при оформлении документов! Вот, что по-настоящему злило Дона! Поэтому он приучил себя не отрывать задницу от стула, пока не подготовит должным образом все необходимые бумаги. И если ему выпадал шанс упрятать каких-нибудь сволочей за решетку, они обязательно попадали за решетку и надолго оставались там, за решеткой!

Макс Ларга энергично стучал проволочным веничком, стараясь вбить как можно больше воздуха в яичные белки. Они должны загустеть, но не слишком, чтобы придать блюду нужную воздушность. Кроме того, необходимо сделать процесс приготовления простым, посильным для любой домохозяйки. Именно в простоте кроется секрет читательского успеха хорошей поваренной книги. Можно, конечно, составить подробное, до мельчайших деталей, описание последовательности хитрых приемов и замысловатых компонентов, но подобные инструкции никогда не будут продаваться. Если честно, именно по этой причине возникли проблемы с реализацией двух новых сочинений Ларги. Люди пугаются трудностей. Издатель шутливо обозвал Макса Джеймсом Джойсом среди авторов кулинарных рецептов и вычеркнул его самую последнюю книгу из плана публикаций.

В ответ Ларга обвинил читающую публику в филистерстве. Но больше всего его задело то, что люди с удовольствием приобретали сборник «легких и быстрых рецептов для гурманов» Марты Стюарт. В разговоре с Ларгой Марта назвала свою стряпню «элегантной простотой». Макс только рассмеялся, но на душе у него было горько. Ну, что понимают в элегантности домохозяйки где-нибудь в Коннектикуте или Нью-Джерси? Он-то поездил по миру, обедал в лучших ресторанах Европы! Знает вкус любого сочетания съедобных ингредиентов, известного кулинарам! Ему доводилось заказывать даже такое редкое блюдо, когда жареное утиное мясо продавливают через пресс, чаще используемый для приготовления обычного яблочного пюре, и то, что сцедится, подают в серебряной чашечке. Вот это действительно элегантно!

Ларга сверился со своими записями. Этот рецепт дал ему друг, знаменитый шеф-повар. А шеф-повара, по убеждению Ларги, только и заслуживают называться друзьями. Лишь они будут обращаться с тобой, как с особой королевской крови, задабривать дорогими винами и изысканными кушаньями. Имея таких друзей, ты окажешься среди избранных, в кругу посвященных. А в обмен от Ларги требовалось всего лишь сослаться на имя шеф-повара или название ресторана в своей еженедельной газетной колонке.

Он убедился, что сыр маскарпоне достиг нужной, комнатной температуры – самой подходящей для смешивания со взбитыми яичными белками. Ларгу беспокоило то, что сей ингредиент могут счесть слишком экзотическим. Не завернут ли его рецепте безапелляционной резолюцией: «Такого в Канзас-сити недостать!»? Он пожал плечами, решив, что до этого моста сначала надо добраться, а там он просто сожжет его за собой. Сейчас важнее узнать, получится ли по упрошенному рецепту съедобное блюдо. А после обеда наступит пора собираться на урок мастурбации.

Норберто ощущал себя в «хранилище» очень неуютно, а потому неохотно приезжал сюда и каждый раз старался убраться как можно быстрее. Не то, чтобы здесь действительно было неуютно. Наоборот, это был образцовый пригородный дом, целиком обставленный мебельным гарнитуром от Итана Аллена, и вообще, оборудованный и сданный «под ключ». Однако Норберто ненавидел сидеть на фирменных стульях, не высыпался на роскошной кровати и не мог избавиться от скованности в великолепных комнатах. Все здесь казалось ему нереальным, будто снилось. Дом являл собой воплощение грез любого мексиканца, живущего на Эль-Норте, а потому создавал впечатление подделки.