Мокруха
Шрифт:
– Она помогает мне быть сильной, Роберто!
С этими словами Фелисия подошла вплотную к Бобу, крепко обняла и сочно поцеловала в губы.
– Ну как, чувствуешь мою силу?
– Пожалуй, да, немного.
Фелисия поцеловала его еще раз.
– Вот теперь чувствую!
С Эстеваном происходило что-то наподобие видения майя. Перед ним на бортике джакузи стояла обнаженная Лупе. Ее мокрое темно-коричневое тело и груди глянцево мерцали в приглушенном освещении. Эстевана охватило благоговение, будто ему явилась богиня. Он оттолкнулся, проплыл в горячей воде до противоположного бортика, чувствуя, как изнутри его подогревает текила, и посмотрел на Лупе снизу вверх. Мать Мексика!
Она стояла над ним с глиняной миской в руках, наполненной свежим гуакамоле. Подношение от богини майя. Именно в тот момент его осенило. Эстеван понял, что любит ее.
– Это тебе добавка.
Эстеван зацепил пальцем гуакамоле и сунул в рот.
– Лучше тебя его никто не готовит!
– Вердад?
– Сьерто!
Неожиданно для самого себя Эстеван зачерпнул гуакамоле всей пятерней и размазал салатовую массу по животу Лупе. Она не оттолкнула его руку, не отпрянула, не запротестовала, оставаясь невозмутимой, как и полагается богине.
Эстеван зачерпнул еще горсть и намазал ей груди. Потом поднес гуакамоле на кончиках пальцев к рту Лупе и стал кормить, ощущая кожей, как ее горячий язык слизывает авокадо. Она тихонько застонала.
– Обожаю гуакамоле!
Лупе легла на теплый кафель, и Эстеван принялся слизывать густую зеленую массу с ее живота, постепенно подбираясь к грудям, пока совсем не выполз из джакузи, оказавшись поверх нее. Он чувствовал под собой ее тело, сильное и податливое. Он чувствовал, как скользит и прилипает к ней животом, потому что остатки гуакамоле растеклись между ними клейкой жижей. Он чувствовал, как его кожа горит, будто под жарким полуденным солнцем Мексики.
Мартин ударил по тормозам. Мать вашу, как быстро переключили светофор! Желтый только мигнул! Почему они сделали его таким коротким, долболобы хреновы? Мартин обратил внимание, что рука Амадо по инерции высунулась из-под сиденья. Край пленки отвернулся, и стали видны два пальца. Ну нет, будь я проклят, если дотронусь до них!
Мартин покрутил головой и увидел справа от себя ресторан «Бургер-кинг». Мозг автоматически отреагировал на броскую красно-оранжевую вывеску. Сработал условный рефлекс, нервные клетки быстро, если не хаотично, передали срочный сигнал желудку, и тот послушно ожил и заурчал, предвкушая пищу.
Включился разрешающий свет, но Мартин не двинулся с места. На него внезапно напал приступ голода. Желудок требовал пропитания.
Какой-то козел на внедорожнике начал сигналить и тем самым вывел Мартина из состояния ступора. Он надавил на педаль газа, круто свернул в проезд вокруг «Бургер-кинга» и резко затормозил у доски с меню. Изучая длинный список, Мартин вспомнил, что накануне решил отказаться от говядины и другого красного мяса, так как в новостях по телику опять говорили насчет коровьего бешенства. Однако, чего они тут только не понаписали! Но больше все какая-то жареная мелочь, да еще жареная мелочь, начиненная другой мелочью. Детские сэндвичи, печенье, лучок. Металлический голос из громкоговорителя потребовал, чтобы он выбирал побыстрее, но Мартина па голос не возьмешь.
– Ничего, подождешь!
– Хотите «эконом-бургер»?
– Не знаю. Дай посмотреть!
Где тут у них долбанный гриль? Мартин скользил взглядом по меню. Вот пошла курятина, куча всякой жратвы с курятиной, потом рыба… Сэндвич с рыбой! А может, просто ограничиться чипсами? Опять раздался тот же голос.
– Сэр, вы задерживаете очередь!
В зеркале заднего обзора Мартин увидел за собой две машины, стоящие с включенными двигателями. Он сразу заказал, выбрав наобум первый попавшийся сэндвич с курятиной, пакетик чипсов и рутбир. Почему у них нет в продаже алкоголя? Он бы сейчас залудил чего-нибудь покрепче!
Мартин проехал вперед к раздаточному окну, получил свой заказ и вырулил на улицу. Быстро готовят, черти! Как это у них получается? Даже в микроволновке разогреть ушло бы больше времени!
Держась одной рукой за руль, Мартин сунул вторую в горячий кулек и достал сэндвич. Чипсы выпали, опрокинулись на сиденье, попадали на пол, на торчащую из-под сиденья руку. Мать твою, час от часу не легче!
Он с жадностью набросился на сэндвич.
На плите пускала пар кастрюлька с овощным рагу. Дон и Мора целовались, сидя на диване. В какой-то момент Мора освободилась из объятий Дона.
– Сегодня я купила себе пистолет.
Дон не сразу сумел переключиться и вникнуть в значение сказанного.
– Что?
– Пистолет купила! «Кольт»!
– Зачем тебе пистолет?
– Захотелось!
У Дона не нашлось возражений против этого аргумента. За долгие годы службы в полиции он стал свидетелем бесчисленных несчастий, причиненных людям в результате случайного или преднамеренного применения оружия. И все же, по его глубокому убеждению, право хранить и носить с собой оружие должен иметь каждый свободный человек.
– Ты хоть раз в жизни стреляла из пистолета?
Мора кокетливо прикусила нижнюю губу и прижалась к Дону.
– Я надеялась, что ты введешь меня в курс дела.
Дон улыбнулся. Он не раз видел, как другие детективы приводили на стрельбище своих жен и приятельниц. То-то заработают языки в полицейском участке, когда Дон явится на всеобщее обозрение с такой сногсшибательной женщиной!
– В любое удобное для тебя время!
– Мне отдадут его только через десять дней.
– Это недолго.
– А мне кажется долго. Неужели есть необходимость проверять меня столько времени?
– Проверка твоего личного досье займет несколько минут. Десять дней тебе дается на то, чтобы остыть.
Мора посмотрела на него непонимающим взглядом. Дон стал объяснять правило.
– Пистолет нарочно не сразу дают в руки, чтобы, к примеру, если тебя уволили и ты слишком огорчена по этому поводу, тебе за десять дней расхотелось покупать пистолет и стрелять в своего босса. Этот период даже название имеет – «отстойный срок».