Чтение онлайн

Еще минут через двадцать они въехали на парковку ресторана.

– Пойдем… – Девушка вышла, обогнула машину, взяла его за руку, повела за собой. В полутемном зале нашла столик с двумя длинноволосыми девчушками в белых блузках, очень похожих на униформу. Пошепталась с одной, забрала у нее ключи, пошла обратно, не отпуская Викентия. Возле машины сообщила: – Теперь нам на «Славу».

– Может, дальше ты сама? – предложил реконструктор.

– У тебя голова в крови, – сообщила девушка. – И футболка в нескольких местах. Поедем, я тебя хоть отмою.

Викентий глянул в стекло на свое отражение, хмыкнул и сел за руль.

– Тут рядом, пять минут, – пообещала спутница.

Девушка не обманула. Через пять минут они вошли в чистенькую, пахнущую жасмином однокомнатную квартиру. Белые обои с лилиями, шкаф, трюмо, телевизор и широкая постель. Тюлевые занавески, вешалка с несколькими шарфами, курткой и плащом. Судя по скромности обстановки, квартира была съемной, и потому нажитым добром ее никто не захламлял.

– Давай посмотрю. – Скинув туфли, девушка провела его через комнату, посадила на постель. Присесть где-то еще было просто негде. – Снимай футболку.

Викентий послушался.

– Сейчас я губку влажную принесу, – потрогала пальцами рану на голове девушка.

– Подожди. – Молодой человек, поднявшись, удержал ее за руку. И расстегнул молнию платья на спине.

– Что ты делаешь? – Девушка передернула плечами, и одежда соскользнула к ее ногам. Она сделала шаг вперед, переступив опавшую кружком ткань, и оказалась в крепких объятиях викинга, легко оторвавшего ее от пола и уложившего на постель. – Обожди, я просто хотела поцеловать твои раны… Хотя какая разница?

Лифчик и трусики отлетели в сторону подоконника, их обладательнице осталось лишь смириться, закрыв глаза и позволяя грубым ладоням скользить по своему нежному телу, сильным губам целовать острые розовые соски и жесткой каменной плоти покорять горящее покорное лоно. Забыть про разум, планы и желания и провалиться в бездну, в страстный и бездонный омут сладкого безумия. Всплывать, хватать глоток воздуха – и проваливаться обратно, снова и снова, не в силах отличить реальность от пылающих грез.

Девушка дважды пыталась исполнить свое обещание и промыть рану на голове Викентия. Но каждый раз, когда ее обнаженные бедра оказывались перед лицом молодого человека – тот не выдерживал и через себя отправлял ее на кровать. К шести вечера дамочка смирилась и, отдохнув после очередной любовной схватки, поднялась, отправилась к трюмо, придирчиво себя осмотрела.

– Ты хоть понимаешь, что ты меня изнасиловал, призрак средневековой древности? – покачала головой она. – Если муж заметит синяки, он меня убьет.

– Ты замужем? – удивился Викентий.

– Не притворяйся, что разочарован. Я слышала вздох облегчения.

– Не притворяюсь, – усмехнулся реконструктор. – Я не суеверен.

– Черт тебя побери! Неужели нельзя было относиться ко мне хоть чуточку нежней? Не стискивать, а гладить, не кидать, а укладывать, не кусать, а целовать, не втыкать, а касаться губами?

– Когда началась драка, – хмыкнул Викентий, – тебе следовало позвать более гламурного бойца.

– Какие вы, мужики… неправильные. Если хорошо языком работаете, то и в постели, и в жизни. Если кулаком, то и в жизни, и в постели. А коли одного для жизни выбрать, а другого для алькова, то сами обижаетесь, – посетовала женщина. – Хочется ведь, чтобы в бурю каменной стеной становился, а под одеялом ласковым теленком. Вы же все наоборот норовите…

– Правда? – вскинул брови викинг.

– Только не говори, что ты принял это на свой счет. – Женщина подняла бюстгальтер, надела. – Ты, как я поняла, всех, кого встречаешь, или убиваешь, или насилуешь.

– Не всех, – покачал головой Викентий. – Некоторым удается удрать.

– Ну хоть чувство юмора у тебя есть, мой малыш, – усмехнулась она, наклоняясь за кружавчиками. – Как тебя хоть зовут, средневековый дикарь?

– Вик, – кратко представился реконструктор.

– Ну вот, ты еще и трусики порвал! – смяла в кулаке кружавчики красотка. – Будем надеяться, сегодня ко мне под юбку больше никто не полезет.

– Я провожу…

– Нет! – вскинула она палец. – Вот этого не надо. Мало ли кто заметит? Хватит с меня синяков. Ты лучше вот что, Вик… Я у Жени квартиру до семи просила, так что ключи отвезти уже не успеваю. Ты их дождись и впусти, ключи на полочке. Успеешь, кстати, душ принять, раз уж помыть тебя не удалось…

Она через голову накинула платье, оправилась. Реконструктор, поднявшись, застегнул молнию на спине.

– Ничего не забыла? – Она снова подошла к зеркалу, поводила плечами, выставила губы. – Перед домом покрашусь.

Девушка метнулась через комнату, но у двери замерла. Присела и осторожно развернула мешковину. Взяла в руки меч, взвесила. Потом расправила и попыталась поднять кольчугу. Крякнула от натуги:

– Тяжеленная-то какая! – Она уронила броню обратно на мешковину, положила меч сверху. Подошла к Викентию, закинула руки ему за шею. – Я думала, у меня от ужаса галлюцинации начались. Явился рыцарь с мечом, порубивший напавших на меня разбойников. Спасибо тебе, что ты не призрак, Вик. – Она крепко поцеловала молодого человека, растрепала ему волосы и пообещала: – Еще увидимся, мой герой.

Девушка подмигнула ему и выскочила за дверь.

Викинг закрыл замок, посмотрел на часы.

Если хозяйка должна прийти в семь, то в душ он действительно успевал.

Избавившись от запекшейся крови и освежившись, Викентий натянул штаны, вышел к трюмо, рассматривая через зеркала швы на спине. Пластырь, понятно, оторвался. Однако раны, по счастью, не открылись. Ни во время схватки с уголовниками, ни в любовных поединках с молодой женщиной.

– Спасибо, дядя Федя. У тебя золотые руки, – пробормотал викинг.