Монады, Пригов Дмитрий Александрович

Монады

на обложку

Пригов Дмитрий Александрович

Шрифт:

1 |00125 Мальчик, мальчик, грамотей, Пионер-отличник! Расскажи-ка мне скорей, Что со мною станет? Он ответил: Ты поймешь Дяденька мой милый, Подскользнешься и попадешь Вон под тот автобус1 |00126 Вот, скажем, Пушкин не знал Фета, А я знаю, едри его мать. Я знаю всех поэтов, И не только взад, но и наперед. Но последний, вон там, проклятый, Не виден, едри его мать! Он меня знает, проклятый, А мне лица его не видать. 1 |00127 Розовые облака плывут, Как гигантских младенцев тельца, Сколько же Годуновых тут, Затеяли кровавое дельце. Но я шучу, само собой, А все-таки неприятно как-то Идти с непокрытой головой, И все время сверху что-то каплет.1 |00128 Земля родная, земля родная! За что? – ума не приложу: В тебе такая зима сырая, И с псом по лужам я хожу. Он проваливается в пустые сугробы По брюхо грязный, как злодей, И что-то чует своим носом, И что-то страшное – ей-ей! 1 |00129 Посадили муху Д’на черемуху. Посадили жука навозного Д’на дерьмо колхозное. А меня, поэта Диму, Д’на кол посадили. И поем мы все втроем, Весело поем.1 |00130 Я болен был. Душа жила. Глотал таблетки аспирина. И только в чем душа жила? — Был слабже тушки херувима. Когда же стал я поправляться, Решил поправить я дела, Ах, ножки, ножки, ваша слабость Чуть-чуть меня не подвела. 1 |00131 Я устал уже на первой строчке Первого четверостишья Вот дотащился до третьей строчки А вот до четвертой дотащился Вот дотащился до первой строчки Но уже второго четверостишья Вот дотащился до третьей строчки А вот и до конца дотащился1 |00132 В Большом театре на дощатой сцене Бьет балерина упрямым копытцем, А я в зале, и мне удивительно, Сейчас аплодисментами бы разразиться. А на улице снег и холод, и голод, А мне тепло, я гляжу на сцену, Где еще теплее и женщины голые Танцуют и себе знают цену. 1 |00133 Дли-ии… ох, да дли-ии-нный путь Дли-ии… эх, да дли-ии-нный путь Дли-ии… ах, да дли-ии-нный путь Дли-ии… ух, да дли-ии-нный путь Дли-ии… ох-ох, да дли-ии-нный путь Дли-ии… э-эх, да дли-ии-нный путь Дли-ии… ах-ах-ах, да дли-ии-нный путь Дли-ии… да что там! длинный путь1 |00134 Вот какое дело Что моя шуба поседела. Вот какая жалость Что кожица на ботинках сжалась. Вот какая жуть Что вчерашние следы жмуть. Вот какая пора Что пора мой друг пора. 1 |00135 Весел я и невесом Со своим гуляю псом. Весел я и невспотелый Со своим гуляю телом. Весел я и округляем Со своей душой гуляю. Весел я и незаметен Со своей гуляю смертью. Весел и непризнан Со своей гуляю жизнью.

40 банальных рассуждений на банальные темы

1982

Предуведомление

Будучи в Ленинграде, читая стихи, было мне объявлено Ольгой Александровной Седаковой (поэтессой, но московской): «Говорю вам от имени всех мертвых, что осталось вам всего год, чтобы избавиться от наглости и сатанинства».

Судорожно начал я припоминать известные мне из истории демонические личности: Байрон, Лермонтов, Аттила, Наполеон. И понял, что я весьма даже банален в сравнении не только с ними, но и с многими, живущими бок о бок со мной (той же Ольгой Александровной Седаковой). И соответственно банальности моей натуры породилась соответственная структура стиха как банального рассуждения. В подтверждение чего и приводится настоящий сборник.

Банальное рассуждение на тему: если нет Бога, то какой же я штабс-капитан

1 |00136 Разве зверь со зверем дружит? — Он его спокойно ест Почему же это люди Меж собой должны дружить А потому что они люди Бог им это завещал Ну, конечно, коли нету Бога – так и можно есть

Банальное рассуждение на тему: наши и немцы

1 |00137 Вот острова заняли аргентинцы А англичане кулаками машут Коль аргентинцы – это немцы То англичане – это наши Но если аргентинцы – наши То значит англичане – немцы Коли одни, выходит – немцы Другие уж, выходит – наши Точно

Второе банальное рассуждение на тему: быть знаменитым некрасиво

1 |00138 Когда ты скажем знаменит — Быть знаменитым некрасиво Но ежли ты незнаменит То знаменитым быть не только Желательно, но и красиво Ведь красота – не результат Твоей возможной знаменитости Но знаменитость результат Есть красоты, а красота спасет! А знаменитым быть, конечно, некрасиво Когда уже ты знаменит