Монолит Ангрона
Шрифт:
Библиариум выглядел оживленнее обычного — собрав всех подчиненных, Декарион велел им ещё раз перерыть обширные архивы ордена. Все они знали о видениях верховного библиария — по крайней мере, то, что им положено было знать, — и сейчас закапывались в пыльное прошлое, пытаясь отыскать там ключ к светлому будущему.
Разумеется, если бы в древних записях имелись намеки, способные пролить свет на образы, вспыхивающие в его разуме, Декарион обнаружил бы их давным-давно. Так или иначе, его подчиненным не оставалось ничего иного, кроме как продолжать поиски.
Советник магистра задержался на сообщении от полка Имперской Гвардии, размещенного в одном из городов-ульев Армагеддона. Они умоляли о помощи, оказавшись в осаде.
Послание было адресовано повелителю Кровавых Ангелов. Очевидно, что возглавить объединенные армии в Третьей войне за Армагеддон следовало лорду-командующему Данте, герою Второй. Почти тридцать орденов Адептус Астартес отозвались на его призыв к оружию, и Кровавый Ангел возложил на себя задачу по координации их усилий.
Получив зов Стального Легиона о помощи, Данте переслал сообщение нескольким магистрам, включая повелителя Реликторов, лично пометив его как «срочное». Это ещё не было приказом — пока что.
Реликторы сами выбрали себе миссию на Армагеддоне, и Артек Бардан сообщил Данте о принятом решении, но лишь после того, как воины ордена высадились в экваториальных джунглях.
В конце концов лорду-командующему пришлось отступить перед непреклонностью магистра, но это явно не обрадовало Кровавого Ангела. По его мнению, на Армагеддоне имелись угрозы куда более значительные и явные, чем необузданные толпы диких зеленокожих.
Бардан тогда предупредил библиария, что Данте так просто этого не оставит.
Положив инфопланшет на стол и потянувшись за стилусом, Декарион принялся сочинять ответ лорду-командующему. С глубочайшим сожалением… Операции в джунглях находятся на критической стадии… Уверены, что дикие орки представляют явную и прямую угрозу… Все силы ордена в настоящее время вовлечены в боевые действия…
И так далее. Закончив, библиарий подписался Артеком Барданом — не стоило Данте, да и любому постороннему, знать, что магистру ордена в настоящее время не до писем. Отложив послание в сторону, Декарион решил отправить его завтра. Если будет на то милость Императора, к тому времени на помощь улью Инфернус придет другой орден.
После этого библиарий попытался сосредоточиться на работе, но его окружало слишком много людей, их шаги эхом отдавались в по-прежнему звенящей голове. Видение все ещё рыскало в разуме Реликтора.
Декарион прожил долгую жизнь. Хотя геносемя и вживленные имплантаты не давали ослабнуть физической форме и энергичности библиария, порой он чувствовал себя на все четыреста с лишним лет. Решения, принятые за минувшие века, тяжким грузом лежали на душе Реликтора.
Он поднялся из-за стола, решив, что прогулка поможет очистить мысли.
Бродя по крепости-монастырю, Декарион остановился у окна в стене базилики. Выглянув наружу через витражное стекло — точнее, прозрачный композитный сплав, — он окинул взглядом парапеты и шпили северной четверти.
«Север», конечно, служил произвольным обозначением направления. Здесь не существовало магнитных полюсов для привязки сторон света. Домом для ордена Реликторов, изгнанного с родного мира пятьдесят лет назад и вынужденного странствовать по Галактике, служил звёздный форт типа «Рамилис», их «небесная крепость». Когда-то у гигантского корабля было имя, но очень немногие воины помнили его. Название просто вышло из употребления.
Реликторы тоже когда-то носили другое имя.
Через окно Армагеддон выглядел булавочной головкой света на фоне покрытого блестками звёзд полотна сегментума Соляр. Война, бушующая на континентах планеты, казалась мелкой, незначительной в сравнении с величием Галактики. Все дело в перспективе.
Мысли Декариона уплыли на десятки тысяч световых лет от Армагеддона и на полтора века в прошлое. Тогда он был облачен в тот же комплект терминаторской брони, только выкрашенный в гордые цвета ордена Огненных Когтей, оранжевый и чёрный. Его правый кулак, облаченный в громадную силовую перчатку, окутывали потрескивающие разряды энергии — и библиарий твердо знал, что сейчас умрет.
Штурмовое отделение Декариона взяло на абордаж захваченный космический скиталец, вошедший в систему Стигия. Огненные Когти теснили на безлюдных палубах корабля космодесантников Хаоса, пока, наконец, терпящие поражение предатели не собрались в громадном машинном отделении. И тогда в бой вступил их вождь.
Он, могущественный чемпион Хаоса, называл себя Обдирателем и владел мечом, откованным в огнях самого Ока Ужаса. Декарион сразился с врагом один на один — и проиграл. Демонический клинок расколол психосиловой меч библиария и сокрушил терминаторскую броню. Силовой кулак Декариона вырвал правую руку Обдирателя, но даже это едва замедлило предателя. Четверо братьев, четверо Огненных Когтей, отдали жизни, защищая командира, беспомощно распластавшегося на палубе.
В тот момент он поклялся, что их жертва не окажется напрасной.
Шарящая рука Декариона наткнулась на клинок, оброненный кем-то в бою, и он схватил меч, не задумываясь о прежнем владельце. Когда библиарий понял, что держит в ладони, было уже слишком поздно. Увидев, что Обдиратель вновь поворачивается к нему, Декарион нанес удар, собрав все быстро угасающие силы.
Единственное деяние, совершенное в отчаянный миг, но оно изменило жизнь библиария — и судьбу его ордена — навсегда.
— Слушай меня. Внемли мне.
Голос инквизитора де Марша — вот что он услышал тогда.
— «Есть лишь Император…». Повторяй за мной.
Демонический обитатель клинка бился в прогибающиеся врата его разума. Декарион чувствовал, как маслянисто-черные когти, просунутые в щели между прутьями, впиваются в его собственное «я».
— «Есть лишь Император, и Он — наш щит и охранитель».
Инквизитор сражался на его стороне, вспомнил тогда библиарий, и рухнул, пораженный мечом Обдирателя. Истекая кровью, де Марш держался за жизнь и не терял сознания. Так же крепко он вцепился и в колдовской клинок, но инквизитору не хватало сил, чтобы вырвать оружие из хватки Декариона.