Monster
Шрифт:
Бонни, на негнущихся ногах, шагнула вперёд, только сейчас осознавая, что оказалась в морозильной камере, по периметру которой были развешены огромные туши выпотрошенных свиней. Девушка поморщилась. Она выбрала не самое красивое место, чтобы умереть.
Прижавшись спиной к ледяной стене, но при этом, даже не замечая её холода, Беннет медленно скатилась вниз, обхватывая колени руками и прижимая их к груди. Она обречена. Обречена…
– Бонни! – голос Малакая раздался где-то совсем рядом, он наверняка уже был на кухне, обыскивая каждый ящик, каждый уголок, зная, что в итоге, всё равно найдёт. И прикончит.
– Господи, прошу, помоги мне, – Бонни возвела застеленный пеленой слёз взгляд к потолку.
Но вот только вряд ли ей стоило ожидать помощи хоть от кого-то, ведь в этом мире, созданным ею самой, существовали только она и Кай.
– Бонни, не заставляй меня злиться!
Девушка сжалась в комок, глотая горькие слёзы. Она действительно была напугана. Она не хотела умирать, да ещё и так. Здесь. От руки сумасшедшего маньяка убийцы. Но все карты были против неё.
– Я хотел быть хорошим, Бонни! – голос Кая сорвался на крик. – Этот чёртов Люк делал меня хорошим, но ты не пожелала дать такому выродку как я второй шанс! Почему его заслужил Деймон? Почему его заслужил твой драгоценный вампир-бойфренд, но почему его не заслужил я!?
Резкий удар о металлическую дверь был настолько силён, что она пошатнулась, а прямо в центре образовалась вмятина. Бонни всхлипнула, зажимая рот ладонью. Казалось, её сердце остановилось и вовсе.
– Прошу, Кай… – голос был тих и слаб, но Беннет знала, что острый вампирский слух сможет уловить и его.
Паркер ликовал. Он сломал девчонку. Растоптал её саму, и её чертову гордость, что бесила его так долго. Губы Кая растянулись в хищном оскале.
Положив ладонь на ручку двери, парень почувствовал, как она начала медленно плавиться от воздействия его магии. Ещё чуть-чуть, и он сможет войти внутрь, чтобы закончить то, что должен был сделать уже очень давно.
Дверь, с тихим скрипом давно не смазанных петель, отварилась, впуская внутрь морозилки тусклый свет. Кай шагнул вперёд, внимательно оглядываясь вокруг, пытаясь взглядом отыскать маленькую хрупкую фигурку, дрожащую от страха. Он улыбнулся собственным мыслям. Ему нравилось причинять боль другим, но больше всего он любил причинять её этой маленькой вредной ведьме. Ведь что может быть слаще, чем упивание болью той, кто так отчаянно пыталась дать тебе отпор, но в итоге с треском проиграла?
– Милая, выйди на свет, – Паркер крепче сжал в ладони рукоять ножа. – Давай же, я сделаю это быстро.
Бонни замерла. Кай находился всего в паре метров от неё, и лишь спасительная тьма, ещё не позволила извергу её найти. Девушка крепко прижала ладонь к губам, боясь издать хоть каплю звука. Да, она не сможет прятаться вечно, Паркер всё равно сможет её найти, но ведьма из-за всех сих пыталась выиграть себе ещё хоть немного времени.
Неожиданно, взгляд девушки переместился на большой крюк, висящий прямо позади Кая, что продолжал внимательно оглядываться по сторонам. Каковы шансы, что она сможет его за него подвесить? Ох, они были чертовски малы, но попробовать стоило. Всего одна попытка.
Бонни стремительно вскочила на ноги, выставляя вперёд руку.
– Motus!
Кая резко отшвырнуло назад, и острый крюк с ужасным звуком пронзил его плоть насквозь. Это был единственный шанс для Бонни, чтобы бежать. Впрочем, это она и сделала. Побежала так быстро, насколько была способна.
Паркер же крепко стиснул зубы, морщась от боли.
Чёртова сука!
Это стало последней каплей. Теперь еретик был действительно зол. Как никогда. А дикая жажда, заставила сеточку вен пробежать под его налившимися кровью глазами. Впервые за всё то время, как он стал полуведьмаком, полувампиром. Еретики не сходили с ума от жажды крови, как это происходило с обычными вампирами, она была для них больше, как… лакомство? Да, как десерт. И Бонни Беннет станет самым сладким из них.
Девушка же бежала так быстро, что лёгкие саднило. Коридор, ещё один, и везде закрытые двери. Ей не выбраться, отсюда нет выхода!
Бонни тяжело дышала. Нужно спрятаться, найти укрытие, и придумать, что делать дальше. Это было единственным, что она могла сделать в данной ситуации. Толкнув очередную дверь, ведьма с облечением обнаружила, что она не заперта. Внутри было темно, но так даже лучше, ведь с недавних пор, тьма стала её другом и…
– Ааа!
Бонни застыла, чувствуя, как острое лезвия прижалось к её горлу, а горячее дыхание обожгло щёку. Она могла поклясться, что слышала его улыбку.
Кай же действительно улыбался. Хищно, опасно, сумасшедше. Держа одной рукой нож у горла ведьмы, другой он обхватил её за талию, прижимая к своей груди. Паркер чувствовал, как Бонни дрожит, а его чуткий слух улавливал звук биения её сердца. Девчонка была напугана. Правильно. Она должна бояться.
– Поймал, – наконец, выдохнул он.
Беннет ахнула, чувствуя, как острое лезвие заскользило по её горлу, царапая нежную кожу. Ноги девушки подкосились, и, наверное, она бы рухнула вниз, если бы не рука Кая, так крепко держащая её за талию.
– Не надо, – прошептала ведьма вмиг пересохшими губами.
Паркер хмыкнул.
– Помниться я говорил тебе тоже самое, когда ты бросала меня тут совсем одного?
Бонни крепко зажмурила глаза, стараясь не расплакаться от страха и отчаяния, что целиком и полностью завладели ей. Ну уж нет, она не доставит этому сучёнышу такого удовольствия. Он не увидит её слёз.
– Бонни, Бонни, а мы ведь могли стать друзьями, – Паркер тяжело вздохнул, будто ему действительно было жаль. – Или любовниками, – он хмыкнул. – Как считаешь?
Девушка поджала губы. Одна только мысль о том, что он и она… нет, ей не хотелось этого даже представлять. Впрочем, Кай и не ждал ответа на свой вопрос.
Слишком неожиданно, парень толкнул девушку к стене. Бонни поморщилась от боли, что волной прошлась по её телу после столкновения. В тот же миг комнату озарил тусклый свет одной единственной лампочки, висевшей под потолком. Теперь Беннет могла разглядеть лицо своего мучителя, что стоял слишком близко, тем самым перекрывая любые пути к побегу. Стоит дёрнуться, он одним движением руки сможет её остановить.