Чтение онлайн

— Ух, какая, — пробормотал Фрай, довольно улыбаясь. — Хорошо, давай общаться лицом к лицу.

Он поднял руки, направляя раскрытые ладони к девушке. Та оскалилась, но не шелохнулась. Возможно, Фрай все же сам немного «связал» ее, чтобы она не дернулась. Некоторое время лицо его выражало сосредоточенность, но меньше, чем через минуту, она сменилась удивлением.

Фрай опустил руки, посмотрел на меня и выдохнул всего два слова:

— Это химера.

Глава 4

— Она гибрид.

Слова моей коллеги Маль Фостер еще звучали у меня в ушах, когда поздним вечером я вернулась домой. Невысокая и на вид хрупкая, но на самом деле гибкая и сильная, как я убедилась за годы совместной работы, девушка-каори заведовала у нас медицинскими вопросами. Она пришла к этому выводу после пяти часов исследований.

— Она наполовину хамелеон, в стадии обращения. Но на вторую половину она… — темные, миндалевидные глаза на чуть смуглом лице посмотрели на меня через стол. — Это ты.

Я тяжело сглотнула, а Фрай, присутствовавший на совещании, поскольку я уже успела втянуть его в это дело, заметил, повернувшись к Маль, рядом с которой сидел:

— Я же так и сказал. Просто мы называем их химерами: существ, которые созданы из других. Точнее, называли, пока заклятие Химеры не было утеряно вместе с ритуалом, в результате которого происходило объединение организмов. Теперь это легенды.

— Похоже, кто-то нашел то, что вы потеряли, и вернул легенду к жизни, — с этими словами Берт выложил на стол переговорной небольшой планшет. — Мы нашли эти записи в доме Карины Рантор. Все пока изучить не удалось, поскольку там месяцы видео и аудио записей, а также много текстовых документов и зашифрованных файлов. Но кое-что уже понятно. Проект, над которым работала Рантор, назывался «Ангел», а эту девушку, что мы нашли в ее доме, она звала Ангелиной или просто Линой.

— И в чем суть проекта? — с явным любопытством поинтересовался Фрай, глядя на меня.

Конечно, записи с планшета Берт поручил изучить мне, в этом и состояла моя работа: собирать и изучать информацию, делать из нее выводы. И именно из-за меня мы не успели продвинуться далеко: вместо того, чтобы быстро «перекапывать» файлы, как обычно, я подолгу «зависала» на просмотрах некоторых, следя за своим двойником. За тем, как она говорила, что и как делала.

— В создании суперсолдата и супершпиона. Ангелина — это сочетание не внушающей опасений внешности, незаурядного ума — простите, если это прозвучало нескромно, — и невероятной силы. За последнее, очевидно, отвечает природа хамелеона. Как и ящерицы, она почти неуязвима, ее регенеративные способности даже выше, чем у них. И еще… она безжалостна.

Я медленно выдохнула, вспоминая запись, с которой почерпнула большую часть озвученной информации. Рантор называла это «третьей фазой эксперимента», а со стороны это выглядело как бой без правил: девушка-гибрид против одного из наемных охранников. Ангелина была безоружна, у ее противника имелся нож.

Здоровенный парень, на голову ее выше и раза в полтора шире в плечах, поначалу был уверен в собственных силах и позволил себе несколько провокационных комментариев, от которых даже у меня вскипела кровь. Несколько раз ему удалось достать Ангелину ножом, но раны затянулись в считанные секунды, даже кровь толком побежать не успела. Когда противник оказался несколько обескуражен происходящим, Ангелина без труда сначала обезоружила его, а потом и обездвижила. На записи было слышно, как Рантор скомандовала: «Хватит», но Ангелина не послушалась. Она что-то прошептала бугаю, после чего резким движением свернула ему шею.

— Да, судя по всему, свою создательницу она же сама и убила, — согласилась с моим последним утверждением Маль.

Вообще-то имя у нее было еще более необычное, чем у меня — Малифисент. Распространенное среди каори, земли которых вошли в состав Федерации уже на моем веку, но редкое в наших краях. Каори пока предпочитали держаться на своих территориях. Однако Малифисент осталась сиротой и еще малышкой была удочерена одним из сотрудников Корпуса. Так она и оказалась в столице.

— На шее Рантор мы нашли ДНК гибрида, — пояснила она свое предположение.

— Другими словами, она — монстр, — резюмировал Антуан.

Вопреки своему заверению, он не дождался отчета Берта в пять и пожелал присутствовать на нашем совещании в три лично.

Услышав это, я непроизвольно стиснула зубы. С монстрами, как мы называли опасных существ с низким или отсутствующим интеллектом, в Корпусе Либертад разговор был коротким: изучение и уничтожение. И хотя умом я понимала, что Ангелина опасна, эмоционально мне было трудно смириться с тем, что девушку с моим лицом и моими воспоминаниями просто казнят.

Однако у моих коллег нашлись возражения против такого варианта.

— Все не так просто, Антуан, — первым заговорил Берт.

К совещанию он успел облачиться в форму и привести себя в порядок и теперь походил на того старшего следователя, которого мы привыкли видеть: высокий и подтянутый, с темными волосами, в которых уже хватало седины, хотя Берту не исполнилось еще и сорока пяти. Он не мог похвастаться военной выправкой, как у Маркуса, но форма военизированного сотрудника Корпуса все равно безумно ему шла, превращая из мужчины с довольно заурядной внешностью в настоящего красавчика.

— Ты сам слышал Нелл: Ангелина обладает незаурядным интеллектом. Ее интеллектом, — он кивнул на меня. — И что еще хуже: ее воспоминаниями. Мы не можем применить к ней стандартные процедуры. Она разумна. Она личность. Причем личность нам хорошо знакомая.

— Кстати, а почему так? — Антуан обвел нас всех пытливым взглядом. — Я понимаю, зачем Рантор были нужны внешность и разум Нелл, но воспоминания? Разве чистый лист не был бы для нее предпочтительней?

— Может быть, и был бы, — согласилась я, — но судя по тем записям, что я успела изучить, перенос воспоминаний стал для Рантор сюрпризом…

— Это потому что кто-то берется творить чудо, не изучив как следует матчасть, — Фрай фыркнул и выразительно закатил глаза. — Это магия крови, детки, а кровь — это нечто большее, чем ваши тромбоциты с лейкоцитами, на которые вы так стараетесь ее разобрать. Кровь — это эссенция жизни, к крови привязывается ваша энергия. Дух, если хотите.

Антуан с полминуты сверлил его взглядом и наконец спросил:

— Объясни внятно, как вообще все это возможно?

Фрай заметно смутился, что мне доводилось видеть нечасто.