Чтение онлайн

Хорошо, что Сьюзен улетела на вертолете. Хотя бы дочь выживет.

Продолжая двигаться по кругу, Санфайр знаком велела открыть проход со стороны леса. Она все так же ходила, напевая на неизвестном Клинту языке и жестикулируя, голос ее взмывал вверх и падал вниз. Холодно было страшно, и с небес полетели первые снежинки.

Они так и стояли, слушая непонятную песнь хиппи "Нью-эйджа", и дыхание повисало в воздухе вязкими облачками, такими же тяжкими, как чаяния собравшихся людей.

Из лесов выполз первый двойник.

— Молитесь за него. — Санфайр вплетала понятные людям слова в свою песню, продолжая двигаться по кругу. — Молитесь за них.

Клинт размышлял, сколько двойников может скрываться в лесу. Люди вокруг нет начали хором читать молитву Господню:

— Отче наш, сущий на небесех! Да святится имя Твое…

Санфайр продолжала ходить вокруг тел и напевать, все в ней: и голос, и движения рук и тела — приглашало двойника пройти в круг. Дабы посмотреть, что произойдет с первым, из леса высунулся второй двойник.

— Да придет Царствие Твое, да будет воля Твоя, и на земле, как на небе…

Появились еще два двойника, а первый тем временем присел рядом с телом старика. Снежинки полетели гуще. Клинт задавался вопросом: какой же из этих двойников его сын?

— Хобсон, — тихо позвал он так, чтобы его голос сливался вместе с голосами молящихся. — Хобсон Бернард Амос.

— Хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должников наших.

Вот уже девять двойников, один за другим, пробираются в круг. Сколько их было в холодильнике? Двенадцать? Если считать двух убитых, то за пределами круга остался только один. Клинт снова и снова повторял имя сына и никак не мог сказать, кто же из двойников мог быть Хобсоном.

— И не введи нас во искушение, но избавь нас от лукавого.

Показался десятый. Клинт подумал, что всего их было тринадцать, и еще один двойник пока что не являлся. Он не мог бы сказать, как понял это. Просто знал, и все.

Хобсон еще не приходил.

Клинт положил пистолет на землю, прошел в круг, сел между собравшимися двойниками у тела Стива Свиденского и раскрыл объятия.

— Ибо Твое есть Царство, и сила, и слава во веки. Аминь.

— Хобсон Бернард Амос, — сказал Клинт, и его сын, согбенный и маленький, окутанный меховой шкуркой и неистовством, вскочил ему на колени.

Санфайр закрыла круг, дети взялись за руки, а взрослые встали в ряд позади них, и над ними плыла песнь закатов, прыгающего лосося и исчезающих за горными вершинами птиц. Послышался уже знакомый Клинту хищный крик, и прямо на них с неба свалилась громадная скопа, привидевшаяся Клинту во сне. Широко расставив когти и рассекая воздух огромными крыльями, птица снижалась прямо в центр круга, где сидел Клинт.

Двойники забрались на тело Стива Свиденского, словно маленькие скорпиончики на спину матери. В руках Клинта забился некогда бывший Хобсоном двойник, стремясь присоединиться к новоявленным братцам, а громадный ястреб тем временем вцепился когтями в тело Стива Свиденского и взмахнул крыльями, вновь набирая высоту.

Клинт крепко сомкнул объятия, не желая в этот последний раз терять сына Прямо напротив него, в круге взрослых, с перекошенным лицом стояла Марджи, слезы струились из ее обведенных синяками глаз. Сверху вниз на него с жалостью, но непреклонно глядела Санфайр. Хобсон извивался, пытаясь вырваться.

Наконец Клинт посмотрел на Дамероу. Шериф покачала головой.

И Клинт отпустил сына.

На реке Уилламетт [52] , неподалеку от острова Саувие, рыбачили Клинт Амос и Барли Джон Диммитт. Ни тот ни другой в Свидене больше не жили. Там никто не жил с тех пор, как прошлой осенью огонь стер город с лица земли, наперекор всему разгораясь под падавшим с неба снегом. Пожар пришелся очень кстати, Моран приостановил расследование, и проблема недостающих тел тихонько замялась.

Марджи теперь жила с сестрой в Айдахо и говорила, что, может, однажды вернется. С ней вместе уехали Клинт-младший и Сьюзен. Клинт знал, что никогда их не увидит.

Он и Барли Джон все еще были вместе, потому что больше у них никого не было. Теперь они разговаривали даже меньше, чем прежде. Клинту нравилось бывать на воде. Отчасти потому, что здесь он порой то видел, то слышал скопу. К тому же от центра реки до деревьев было далеко.

Клинт закинул удочку, но грузило увлекло крючок на изрядную глубину, и поплавок ушел под воду. Потянув леску, он почувствовал, что крючок застрял.

— Черт.

— Возможно, — согласился Барли Джон.

Клинт слегка подергал леску — не сдаваться же так сразу, без боя. Она подалась, и Клинт стал потихоньку подтягивать к себе крючок, все еще отягощенный каким-то грузом — не рыбой, а явно чем-то неживым. Он с любопытством сматывал катушку.

Его добычей оказался старый, покрытый слоем ила и обросший ракушками револьвер. По-настоящему древний. Рукоятка слегка загнута назад, а когда Клинт потер находку большим пальцем, то из-под ила показался восьмигранный ствол.

— Как тебе находка? — спросил Клинт, показав пистолет Барли Джону.

— Проклят он. Точно так же, как мы.

Клинт пожал плечами и посмотрел на воду. Пронзительно крикнул какой-то пернатый хищник, может, скопа, может, птица поменьше. Клинт взял за рукоятку покрытое илом оружие. Знал он, кто стрелял из него. И куда стрелял.

— Теперь ты принадлежишь реке, — сказал он и закинул находку подальше в воду. — Как и все мы, — добавил он, глядя, как по его отражению в воде пробегает рябь от затонувшего пистолета.