Чтение онлайн

Он повернулся к остальным и расхохотался, а приятели разразились одобрительным улюлюканьем. Однако женщина даже не улыбнулась. Она подошла к Делли, внимательно разглядывая ее.

— Ты — женщина. Дюдермонта, так? — спросила она.

— Нет, — честно созналась девушка, но она так тряслась от страха, что прозвучало это довольно не искренне.

Несмотря на то что следующие несколько минут обещали стать самыми страшными в ее жизни, Дел ли боялась не столько за себя, сколько за Кэлси.

—А Дюдермонт — твой мужчина? — ухмыляясь, снова спросила женщина.

— Нет, — чуть увереннее произнесла Делли.

Женщина с такой силой ударила ее по лицу, что Делли даже отступила на шаг. Однако мерзавец верзила сразу толкнул ее обратно.

— Она нежная, — прогундосил он. — Сначала позабавимся. А потом съедим!

Его приятели захохотали, и один из них неприлично завращал бедрами.

У Делли ноги подкосились, но она сжала зубы и собрала в кулак всю свою волю, поскольку долг был гораздо важнее ее собственной участи.

— Можете делать со мной что угодно, — сказала она. — Я не стану сопротивляться, если только вы ничего не сделаете моему ребенку.

Женщина посмотрела на нее с прищуром — ей явно не понравилось, что жертва пытается ставить какие-то условия.

—Повеселитесь позже, — обратилась она к спутникам, медленно переводя взгляд с одного на другого. — Теперь идите за добычей. Или вы думаете вернуться к хозяйке с пустыми руками?

Державший Делли мерзавец напрягся, но не отпустил ее. Приятели его, наоборот, заметались, что бы поскорее исполнить приказание.

— Прошу вас, — обратилась Делли к ней. — Я ведь ничего для вас не значу, я не причиню никаких хлопот. Только, пожалуйста, не трогайте ребенка. Вы же женщина, должны меня понять.

— Заткнись, — грубо оборвала ее пиратка.

— Сожрем обоих! — радостно завопил стоящий за спиной девушки великан, по голосу командирши решив, что она дает добро.

Шагнув вперед, Гейзель замахнулась, и Делли дернулась. Но ударила женщина не ее, а великана позади. Потом она еще раз внимательно поглядела на девушку.

— Насчет ребенка подумаем, — бесстрастно сказала она.

— Умоляю вас…

— С тобой все решено, сама знаешь, — не обращая на нее внимания, продолжала женщина. — Но если расскажешь, что в доме ценного, мы, может, и сжалимся над ребенком. Может, я даже заберу ее себе.

Делли не смогла сдержать дрожь при мысли об этом.

Незнакомка наклонилась ближе, разглядывая малышку, и широко ухмыльнулась:

— Надеюсь, она не выдаст нас страже, а?

Делли понимала, что нужно сказать нечто особенное, справиться с ужасом и ощущением безумия происходящего и уговорить женщину не причинять вреда девочке. Но это оказалось не по силам Делли — ожидание близкой смерти, полная беспомощность и невозможность спасти ребенка действовали отупляюще, поэтому она, промычав что-то, так ничего и не вымолвила.

Женщина размахнулась и сильно ударила ее кулаком в лицо. Делли отлетела назад, а пиратка в этот момент выхватила Кэлси у нее из рук.

Даже падая, девушка простирала руки к ребенку, но ее потянул громила сзади. Она больно ударилась спиной о пол, а этот мерзавец мигом навалился на нее.

Рядом вдруг раздался грохот и звон, все на мгновение повернулись в ту сторону и увидели, что один из великанов стоит в груде разбитой вдребезги по суды — между прочим, цены немалой.

— Идиот, ищи что-нибудь, чтобы унести это отсюда! — заорала женщина. Она обвела комнату глазами, остановилась на длинной тяжелой портьере и показала на нее верзиле.

Неприязненно поморщившись, она пнула ногой великана, придавившего Делли.

— Убей эту мерзавку, и кончено, — велела она.

Великан нагло поглядел на нее и помотал головой.

К ужасу девушки, незнакомка лишь махнула рукой, уступая.

Делли закрыла глаза и попыталась представить свое тело как нечто отдельное, не принадлежащее ей.

Тот громила, что уронил посуду, протопал через всю гостиную к портьере и сильно дернул. Он уже — повернулся, чтобы собрать то, что не разбилось, как вдруг заметил прятавшуюся за портьерой странную статую. Это была фигура эльфа в натуральный раз мер, одетая как странник и сделанная из какого-то темного материала — черного дерева или мрамора.

Глаза статуи были закрыты, а руки с кривыми саблями скрещены на груди.

— Гм, — озадаченно хмыкнул здоровяк и протянул лапу, но коснулся не камня, а теплой кожи.

Статуя вдруг распахнула лиловые глаза, уставила на гиганта пронзительный взгляд, и великан замер на месте. Несмотря на тупость, он понял, что это его последние секунды.

Ожившая статуя стала с такой молниеносной скоростью размахивать саблями, что у остолбеневшего мерзавца пошли круги перед глазами. С полуразворота дроу ударил его сразу обоими клинками и рас сек от плеча до бедра. Темный эльф быстро зашел за спину падающего великана, выдернул правую саблю и всадил ему в спину, проломив позвоночник, а другой рассек сухожилия обеих ног.

Дзирт отступил, и мертвый полуогр тяжело грохнулся на пол.

— Лучше бы ты с нее слез, — обратился темный эльф к негодяю, лежавшему на Делли, раскрыв рот.

Пиратка даже не успела крикнуть «убейте его!», как третий великан ринулся к Дзирту. Но что-то большое и черное бросилось на него из открытого окна, когда он пробегал мимо. Страшные когти и зубы вцепились в него, и он не смог даже приблизиться к дроу.

Великан неистово замахал руками, но пантера была чересчур сильна для него. Гвенвивар вцепилась зубами ему в предплечье и рванула, оторвав кусок мяса и раздробив кость. Передними лапами она раздирала ему лицо, так что он даже не мог заслониться другой рукой. Крепкими задними лапами, глубоко вонзив когти, громадная кошка упиралась ему в бедро и живот.

Третий полукровка мигом скатился с Делли и вскочил на ноги. Он поднял свой тяжелый широкий меч и ринулся к дроу, рассчитывая разрубить его напополам одним ударом.

Меч разрубил только воздух, потому что ловкий темный эльф легко уклонился от удара, ткнул Сверкающим прямо в брюхо противника и отступил на шаг.

Полукровка зажал рану левой рукой и тут же снова замахнулся мечом.

Дзирт легко парировал Ледяной Смертью, шагнул вперед и снова полоснул великана по ребрам.

Урод взвыл и крутнулся на месте, с размаху рубанув мечом, готовый рассечь Дзирта пополам. Но перед ним была пустота.