Чтение онлайн

Ждать и догонять - труднее всего, но развязка наступит вот-вот, совсем скоро. Стрелковые позиции и сектора обстрела персонально каждому воину были определены заблаговременно. Принять участие в бою хотел даже Жок, но я его шуганул к маме, зато Хуа, в хладнокровии, собранности и умении которого больше не сомневался, опять вручили арбалет Иланы. Она же с рейлганом в руках заняла позицию на левом фланге, получив задачу запереть тылы и пресечь любую попытку побега противника вниз по тропе.

Невосполнимый боезапас, а в равной степени и ёмкости оружейных аккумуляторов, таяли, как снег у жаровни. За время путешествия, например, сто двенадцать снарядов к рейлгану и двадцать две иглы к игольнику, словно бык языком слизал. Но я нисколько не жалею, как средство достижения базисной цели моё высокотехнологичное оружие свою задачу выполняет качественно и в полном объёме. Сейчас даже по самым приближенным подсчетам на каждый затраченный снаряд приходится сорок золотых монет чистой прибыли. И это ещё не вечер, вон снизу приближается не менее интересный объект пополнения бюджета. Поэтому надеюсь, что к концу путешествия этот показатель значительно возрастёт.

– Рэд, их голова в трёхстах двадцати метрах, - раздался в наушниках голос Иланы, они с Гитой и Карой удобно устроились, лёжа на попонах и овчинных мешках у дальней скалы, периодически выглядывая на тропу, - В авангарде девять человек, вдоль колоны шесть и шесть в арьергарде. За хвост не беспокойся, я его сама отсеку.

– Принято, - ответил ей, - Хвост рубишь сама, а нам оставляешь девять воинов авангарда, плюс шестерых - вдоль колоны и пятнадцать ездовых, так?

– Здесь девочки утверждают, что можешь вычеркнуть ещё двух крайних ездовых, - добавила она.

– Принято, - я встал со своей попоны, на которой сидел в кругу наших воинов, и кивнул Хуа, - Будешь рядом со мной. Понял?

– Понял, господин, - ответил он, прижимая к груди арбалет Иланы.

– Напоминаю ещё раз тактику боя! Вышли на позиции и, не высовываясь, наблюдайте за моей левой рукой. Как только я взмахнул, вы приподнялись над камнями, нашли в своём секторе всадника, прицелились и выстрелили. На это вы затратите не более четырёх ударов сердца, затем перезарядились и добиваете всадников следующего правого сектора без команды. Это в том случае, если кто-то из ваших соседей промажет.

– С пяти десятков шангов кто промажет? У нас нет таких, - зашумели со всех сторон.

– И лишь потом бьёте ездовых, - продолжил, не обращая внимания на возмущённо-хвалебное бормотание окружающих, - После этого Илана с обеими воительницами, Лагос, Лудан и Руз перезаряжаются и остаются на месте контролировать территорию. Все остальные - на зачистку. Всё ясно?

– Ясно, ясно, - заговорили вокруг.

– Тогда всё, парни, по местам.

Площадка - территория нашей дислокации, была отделена от тропы невысокой каменной грядой и для организации засады оказалась местом вполне подходящим. Её единственный недостаток это то, что по фронту она вполовину короче, чем приблизительная длина вражеского каравана, поэтому стрелковая позиция Иланы была устроена в ста метрах от крайней левофланговой позиции нашего арбалетчика, на возвышающейся над тропой скале.

– Рэд, голова колоны проходит мимо меня, - прошептала она, - Хондар едет вторым.

– Принято, вижу.

Они втянулись в зону засады более, чем на половину, когда после порыва ветра, жеребец самого переднего всадника запрял ушами, повернул голову в нашу сторону и протяжно заржал. Из нашего лагеря ему стала вторить какая-то несдержанная кобылка степнячка. То, что они немного не дошли до намеченного мною места атаки, это плохо, но хорошо то, что они остановились.

Что делалось в арьергарде, не видел, но в авангарде воины противника были опытны и под крики "Засада! Засада!" сразу же схватились за оружие, а пятеро лучников, в том числе и Хондар, стали быстро натягивать тетиву и готовить луки к бою. Медлить было нельзя, счёт пошёл на секунды, и я решительно взмахнул рукой, отдельно продублировав команду для Иланы:

– Огонь!

С момента подъёма на эту площадку мы снаружи нигде не топтались и внешний вид припорошенной снегом тропы не нарушали, но упражнением "встать из-за камней - определить объект поражения - прицелиться - имитировать выстрел", Лагос всех задолбал. Данный тактический приём за прошедшие два дня был отработан несколькими сотнями тренировок, поэтому нет ничего удивительного, что оба болта каждого из пятнадцати арбалетов нашли свои цели. У кого более удачно, у кого менее, но я попал именно туда, куда целился: переднему всаднику в грудь, а Хондару в живот, при этом пришив ему болтом и правую руку.

– Илана?
– позвал её после того, как в наушниках услышал её длинный прерывистый выдох.

– Рэд, всех шестерых всадников и двоих, нет, четверых ездовых свалили в снег, - ответила она, - Двое крайних ездовых упали на тыльную сторону, их не видно, но они, похоже, ранены не смертельно.

– Ничего страшного, сейчас зачистим, но вы молодцы!

Перезарядив арбалет, оставил его сидевшему рядом со мной Рузу, младшему из внуков деда Котяя, открыл лицевой щиток и воскликнул:

– Вперёд, на зачистку!

Скальная гряда была обрывиста, и с неё так просто не спрыгнешь. Нужно было идти сто пятьдесят метров к выходу через ущелье, а затем метров двести возвращаться по тропе. Никто из парней, кроме меня, своих арбалетов не оставили, а разбившись попарно, следовали за мной. О тактике действия пары ранее не слышал даже Лагос, это уже я их обучил, теперь все прекрасно знали приёмы подхода к объекту, а так же кто из них стреляет-режет-колит, а кто прикрывает спину и контролирует обстановку. Лично моей напарницей была Кара (куда от неё сейчас денешься), а с некоторых пор стал обучать и Хуа.