Чтение онлайн

— Где Мерир? — спросила Моргейн.

— Уехал. — Рох показал вдаль. Он говорил на эндарском и был побрит, умыт и выглядел так, как положено дай юйо, которым он был, и у него снова было оружие. — Похоже, никто ничего не делает. Говорят, шию обложили нас с обеих сторон, а старики по-прежнему занимаются тем, что чешут языки. Если никто так и не пошевелится, к вечеру мы попадем в лапы к Хитару.

— Идите со мной, — сказала Моргейн и соскочила с седла. — Коней оставим здесь. — Она набросила поводья Сиптаха на ветку, и Вейни сделал то же с конем, на котором он ехал, и с тем, которого вел в поводу.

— Идемте со мной, — позвала она остальных более строгим голосом.

Они выглядели неуверенными. Ларрел и Кессан поднялись, но старые эрхендимы медлили. Наконец Шарн поднялся, и все шестеро пошли, прихватив с собой оружие.

Куда бы они ни направлялись, Моргейн, похоже, знала дорогу. Вейни держался за ее спиной, чтобы Рох не мог идти слишком близко к ней, смотрел по сторонам и временами оглядывался на идущих позади эрхендимов. Тропа внезапно сузилась. Он испытывал беспокойство, потому что они были слишком беззащитными в этом лесу, несмотря на то, что у Моргейн было весьма опасное оружие.

За переплетением ветвей и лоз перед ними встала стена из серого камня — изъеденного лишайником, обветренного, расколотого во многих местах корнями деревьев, — и стена эта образовала наверху купол.

Вход в купол охраняли эрхе, по одному с каждой стороны дверного проема. Дверь была открытой, и эрхе не попытались преградить им путь.

Внутри разносилось эхо голосов, которое стихло при их появлении. Небольшое помещение освещалось пламенем факелов, в центре, на открытом пространстве, стоял Мерир.

Один из эрхе поднялся — невероятно старый кел, морщинистый, сгорбленный, опирающийся на клюку. Он вышел на то место, где стоял Мерир.

— Вы не здешние, — сказал он. — В это помещение никто не должен входить с оружием. Мы просим вас уйти.

Моргейн не ответила. На лицах всех эрхе было выражение страха… Старые лица, очень старые, древние.

— Если мы все призовем наше могущество, — сказал другой, — мы погибнем. Но здесь есть другие, обладающие таким же могуществом, что и мы. Пусть они уйдут.

— Милорд Мерир! — Моргейн пошла от дверного проема к центру комнаты, Вейни следовал за ней. То же сделали и остальные, занимая места перед советом. Он был обеспокоен тем, что она отошла от двери, подозревая, что тут есть стражники, эрхе, носители силы Врат. Если ей придется воспользоваться своим оружием, он должен находиться рядом, чтобы прикрыть ее спину, чтобы успеть сразить хотя бы одного из них…

— Милорды, — сказала она, оглянувшись. — Враги наступают. Что вы намерены делать?

— Мы не звали тебя на наш совет, — сказал старейший.

— Вы отказываетесь от моей помощи?

Наступило гробовое молчание. Посох старейшего стукнул по полу, разнеслось эхо.

— Милорды, — сказала она, — если вы отказываетесь от моей помощи, я покину вас. А если я уйду, вы падете.

Мерир сделал полшага вперед. Вейни затаил дыхание, потому что лорд знал, в точности знал, что она имеет в виду: разрушение Врат, которые давали им могущество. И, конечно же, он уже поведал об этом остальным.

— То, что ты носишь при себе, — сказал Мерир, — могущественней всей силы эрхе, вместе взятой. Но оно облечено в форму оружия, и это — безумие. Это злая вещь. Оно и не может быть другим. Полторы тысячи лет мы мирно использовали свою власть. Для защиты. Для процветания. Ты стоишь здесь, живая только потому, что все это было именно так, и говоришь нам, что если мы не уступим твоему требованию, то ты пойдешь против нас, и уничтожишь Нихмин, и оставишь нас нагими перед нашими недругами. Но если мы послушаемся тебя, что тогда? Поведай, каковы твои условия.

Какое-то время не было слышно ни звука, ни движения.

Внезапно по камням возле двери прозвучали шаги.

Леллин и Сизар.

— Дед, — произнес Сизар сдавленным голосом и поклонился. — Леди… вы просили меня сообщить, когда враги завершат переправу. Они ее уже завершили. Сейчас они движутся сюда.

Шепот обежал комнату и быстро стих.

— Не следовало тебе выполнять ее просьбу, — сказал Мерир.

— Я говорил вам, дед, что сделаю это.

Мерир медленно покачал головой.

Он посмотрел на Моргейн, на других присутствующих. Не в силах сдержать его взгляд, все, кроме Перрин, опустили глаза.

— Ты уже начала уничтожать нас, — сказал Мерир. — Глаза его были полны слез. — Ты предлагаешь либо свой путь — либо ничего. Мы могли бы, наверное, отразить шию, как когда-то отразили сирриндимов, но теперь нам придется иметь дело с таким войском, осаждающим нас, какого на этой земле еще не бывало.

— Леллин Эрирен сказал, — заявил старейший, — что он за нее. А следовательно, уверяет он, он будет выполнять ее приказы, а не наши.

— Иначе говоря, — сказала Моргейн, — совет потребует, чтобы я была глуха и слепа. Ибо только в таком случае Леллин и Сизар выполнят волю совета. Но служа мне — они служат вам.

Губы Мерира сжались в тонкую линию, и Леллин поглядел на старого лорда, медленно поклонился ему, затем Моргейн, и снова поглядел на деда.

— Я не могу требовать этого, — сказал Леллин, — но, дед, здесь нужны эрхендимы. Пожалуйста. Идите и посмотрите. Они покрыли берег реки, словно новый лес. Пойдите и посмотрите на них. — Он обвел раздраженным взглядом всех эрхе. — Если вам хватает смелости, пойдите и посмотрите на эту орду. Вы говорите о том, чтобы впустить ее в Шатан, о том, чтобы быть в мире с нею — таком, какой у нас с оставшимися сирриндимами. Пойдите и посмотрите.