Морок
Шрифт:
Жадные, — уже в слух повторил я, и развил тему. — А если они узнают, что мы хотим молдаван подкупить? Мол, денег им дадим, чтобы ушли из лагеря.
Витор погрузился в раздумья. Покачал головой и молвил:
— Идея не бог весть какая, но может и сработает. Габриэль Баторий молод и горяч. Да. Точно сработает.
За полчаса мы вчера придумали план.
И вот сегодня…
Наша вчерашняя приманка сработала. Мы сделали так, что конный разъезд «северных» вчера натолкнулся на два трупа наших донцов(пришлось переодеть двух умерших недавно в нашей лекарне). Враги должны были найти на них письмо для
И вот мы с Вайсом с небольшого холма наблюдаем, как драгунский полк(500 всадников), усиленный артиллерийской батареей, выезжает на равнину с южной приморской стороны Тилигульского лимана. Он «по письму» должен привести для молдаван восемь подвод с серебряными монетами.
Прикидываю сколько там врагов в поле. Тысяч пять валашкой и трансильванской конницы. Татар не взяли, чтобы не делить с ними добычу. Пятитысячная орда разгоняясь полетела толстой «колбаской» в сторону нашего обоза. Возницы со всех наших телег запрыгнули на свободных лошадей. Драгуны, не слезая, дали залп с расстояния в сто шагов в сторону надвигающейся лавы. Весь первый ряд и часть второго — несколько десятков лошадей и всадников рухнули на песчаную почву, вызвав заминку и остановку в следующих рядах. Гвардейский полк воспользовался паузой и смог разогнаться на прибрежной дороге уходя от противника. Остановившиеся враги, увидели лишь пустые «безденежные» телеги и брёвна-обманки вместо стволов пушек.
Смотрю в трубу. Один из вайсовских драгун, наверное, раньше был скоморохом. Потому, как он встал в седле, сняв штаны и начал вилять перед врагами то оголённым задом, то передом. Враги и без таких «трясок» бросились бы за драгунами, но этот плевок в лицо валахско-трансильванской знати, что составляла основу конницы, был последним пределом. Послышались яростные крики и пятитысячная орда рванула за удаляющимися драгунами. А наши уже въехали на морской песок на самую узкую часть дороги. Там не что что пятеро в ряд, трое вряд на рысях с трудом проедут.
Наши драгуны относительно споро проехали узкое место, а вот у противника вышла заминка. Никто не хотел уступать и получилась куча-мала, а на соседний холм уже выкатывались наши пушки, заряженные картечью. Начали бить картечью по «хвосту» колонны и там получилась гора из кровавых тел, через которую не хотели перепрыгивать лошади, чтобы вырваться из западни.
Двадцатилетний князь Габриэль Баторий дал их войску команду «вперёд в наступление». За небольшим поворотом у лимана стояли наши пять пехотных батальонов. Дальний залп из двух тысяч мушкетов основательно проредил первые ряды. Второй залп в упор стал последним для сотен храбрых конников. Кровавая куча мала всё увеличивалась под огнём картечи и мушкетов. Через пять минут всё было кончено. Наш засадный драгунский полк пленил всех кто смог выбраться из этой мясорубки.
Вечер. Празднуем победу. Допили бочонок венгерского. Вайс отчитывает Мамая:
— Ты зачем штаны снимал? Мог же себе простудить на ветру. Чем бы потом девушек ублажал?
Аскер щерится и отвечает:
— А они как на меня посмотрят так сразу и раздеваются. Я даже не прошу, а они уже ноги раздвигают.
Корейка Аня, что принесла вино, поначалу хотела развернуться и уйти, но передумала поставила вино на стол. Строго посмотрела на Мамая. И плюнула ему под ноги…
Глава 8
Англичанин мудрец, чтоб работе помочь, Изобрёл за машиной машину. А наш русский мужик, как работать невмочь, Он затянет родную «Дубину».
Отрывок из популярной в Российской империи песни.
Место действия: степь, правобережье Волги около Саратова.
Время действия: апрель 1610 года.
Иштерек, ногайский бий(Правитель).
Бью ногой по подушке и та улетает в дальний угол юрты. Судя по кривой тени падающей от дневного света входной двери — полдень уже прошёл. Этому меня отец научил. Дверь юрты всегда смотрит на юг. И в полдень тень прямая.
Ещё раз перечитываю письмо астраханского воеводы Ивана Хворостинина. Он поклялся разбить моё войско, как его отец бил степняков в битве при Молодях. Написал, что мою отрубленную голову отвезёт с Москву в чане с крепким вином, «чтобы ПРЕДАТЕЛЬ не испугал своим видом нашу юную царицу».
Предатель… Да, они все, русские — предатели. То крест одному целуют, то второму, то третьему вообще поляку. И царица Марина сначала была католичкой на московском троне. Ей тоже вся Россия крест целовала.
А я считаю, что не предатель я. Просто нужно выбирать победителя. Не выдержит Россия войны за Крым. Войско хорошее, а в Москве ПРЕДАТЕЛИ. Так войну не выиграть…
В прошлом месяце пришло письмо от Великого султана из Стамбула. Он предложил мне стать Крымским ханом. Для начала я должен был заблокировать всю торговлю возле Астрахани. Мои отряды взяли город в осаду. Я с отрядом отборных нукеров и ордой лучников-пастухов прошёлся по волжским деревням до Саратова. Взял хорошую добычу и спалил городок.
Теперь жду сообщения от султана о выступлении его огромного войска на Крым. Да, русские, пользуясь случаем смогли захватить ханство и земли осман. А хватит ли сил удержаться? Сомневаюсь. В Крыму большинство населения настроены против русских. Как только войско султана приблизится, то участь русских будет решена. Либо плен, либо смерть.
Отец учил меня — нужно всегда быть на стороне сильных. Слово Правителя, всего лишь слово. Сегодня присягнёшь русскому царю, завтра османскому султану. Главное всегда быть на стороне победителя. Османы уже сотни лет всё расширяют и расширяют свои владения. Для султана собрать в любом месте стотысячную армию не составляет проблем. А у русских в Крыму и Таврии уже начались проблемы со снабжением. После ухода шведских полков и запорожцев, царские войска размазаны по крепостям тонким слоем. Не выдержать им удара янычар! А я для начала нападу на волжско-донскую переволоку. Дам коней и сабли крымским татарам и помогу им вернуть Родину. Они же будут моими слугами, а я их Ханом! Да будет на это воля Аллаха!
Место действия: Стамбул(столица Османской империи).
Время действия: май 1610 года.
Виктор Вайс, герцог Виргинский, князь Себежский, попаданец.
Отпускаю лекаря. Смотрю на лилово-фиолетовый синяк на моей груди. Повезло. Пистольная пуля попала аккурат в медную нательную иконку, что подарила мне Дашка на день рождения. Мне из Себежа управляющий раз в месяц отчёт присылает и листок с новостями. Так вот Дашка между ними медную иконку и положила. Тяжёлая. Толщиной, наверное, с линию(авт. 2,54 мм). Я поначалу носить не хотел. Больше двух талеров веса. А потом вспомнил, как Дашка слушала мои сказки, и повесил "гирю себе на грудь. Не зря. Пуля в центр иконки попала. Погнула, но не пробила. Я потом минут пять в себя прийти не мог. Вывернуло с непривычки. Но, ничего. Кому пироги и пышки, кому синяки и шишки.