Чтение онлайн

Наспех организованная погоня за похитителями принцессы результатов не дала.

Не в том даже дело, что «Черчилль» и по грунтовке ехал быстрее, чем были в состоянии бежать самые быстрые наши пехотинцы.

В конце концов, у нас в распоряжении имелся как минимум один быстроходный василиск и несколько «земляных жаб» (которые, как оказалось, вполне уверенно рысили со скоростью пятнадцать километров в час, не меньше, если погонщик колол их своей палкой с должным усердием).

Главное, дорогие мои друзья и подружки, мы не располагали никакими средствами, позволяющими не то что пробить броню «Черчилля», но хотя бы разорвать ему гусеницу!

В то время как на борту танка находились как минимум два пулемета и 75-миллиметровая пушка.

Поэтому наша погоня за охамевшими ниндзя продолжалась считаные минуты.

Как только из танка заметили пылящих по барханам «земляных жаб» (кроме погонщиков, они везли и нас с дядей Вовой, и Замеха с его лучшими бойцами!), они тотчас развернули башню и шмальнули по нам осколочно-фугасным.

Какова наглость, да?

К счастью для нас, танк «Черчилль» разрабатывался в 1940 году и последний раз модернизировался хорошо если в 1950-х, так что на нем не было даже плохонького стабилизатора вооружения.

А потому на ходу танк не смог бы уверенно попасть даже в стадо слонов.

Но после того выстрела испытывать судьбу нам сразу расхотелось.

Остальных мы с горем пополам отговорили. При этом, что несколько тешило наше пострадавшее самолюбие, Замех очень долго отказывался верить в то, что такие могущественные маги, как мы с дядей Вовой, что называется, «включили заднего» и не можем решить такую вот элементарную проблему. (Я же лично ничего элементарного в семидесятипятимиллиметровом снаряде не видел.)

Короче, пришлось вернуться в лагерь несолоно хлебавши.

А после сытного ужина из жареных каких-то, что ли, пончиков, которые подали с козьим сыром и вином (все это захватили в крепости Рог Вечности), состоялся военный совет.

Все, не исключая и нас с дядей Вовой, пребывали в лютом пессимизме.

Шень Ди попивал свой горький, отчаянно дымящий чай из хвостов летучей мыши.

Замех угрюмо жевал какую-то местную жвачку, не иначе как легкого наркотического свойства.

А Кадам – тот и вовсе не явился. Впрочем, по уважительной причине: дядя Вова шепнул мне, что после адского отжига в покоях принцессы наш боевой маг слег.

– Я слышал, он может даже того… дать дуба, – шепотом сообщил дядя Вова.

Я печально кивнул.

Хотя Кадам никогда не пролез бы в список моих закадычных друзей, хотя за все время совместной экспедиции мы с ним никогда не искали общества друг друга и ни разу не обменялись и десятком реплик, не касающихся общего дела, его болезнь меня огорчила.

Во-первых, Кадам был отличным воином, чье искусство не раз спасало наши шкуры. Я такие вещи чертовски уважаю.

А во-вторых… И так слишком много было плохих новостей!

В лагере было пустынно. Обессиленные солдаты залегли спать, а те, кого оставили в ночном дозоре, сидели тихо, как мыши.

Чувствовалось, что война надоела «черным верблюдам», что все они считают свою задачу практически выполненной и не прочь разойтись по домам, к своим верблюдихам…

Я, по местной традиции, пожелал собравшимся всего самого шоколадного и тихо уселся слева от Шень Ди. Рядом со мной примостился дядя Вова с пиалой верблюжьей простокваши.

Для начала нам пришлось выдержать бурный натиск нашего общего патрона – злого, как тридцать три гиены, Шень Ди.

– Я впервые вижу такую колесницу! – воскликнул он, разумея, конечно, сегодняшний «Черчилль». – Но я чувствую, что эта колесница живет магией той же природы, что и ваши огнетворные палки, Серу Гей и Вла Ди Мир!

Мы с дядей Вовой закивали – мол, верно чувствуете. То же самое чувствуем!

– И я хочу, чтобы вы сейчас же объяснили мне: откуда эта богами проклятая колесница взялась?! И, главное, почему она появилась в крепости Рог Вечности как раз тогда, когда мы опустили подъемный мост, сделав возможным ее въезд внутрь?

В те секунды узкие восточные глаза Шень Ди пламенели отменной чекистской бдительностью. Было видно, что за отсутствием под рукой доступных для расправы внешних врагов он охотно выявит и накажет внутренних, просто потому, что чешутся руки. Чекисты – они такие!

И в самом деле, картина получалась странная.

Мы проделали всю черную работу. Уничтожили солнечные пушки. Опустили, в конце концов, подъемный мост и открыли ворота.

И тут как по расписанию, с прямо-таки военной точностью, прилетает допотопный британский танк и всех нас оставляет с носом, захватив нашу Мадонна-Ротару! Подозрительно!

– Я хочу знать, кто предал нас? Кто сделал так, что добыча, которую все мы заслужили, я имею в виду принцессу Амиту, ускользнула прямо из наших рук? И, клянусь доверием Бин Назима, я не отступлюсь, пока не верну ее!

Я понял, что пора говорить. Импровизировать. И поубедительнее!

– О досточтимый Шень Ди! Ты совершенно прав! В тех местах, откуда мы родом, таких колесниц, как ты видел, хоть пруд пруди! Хотя стоят они дорого и мне, например, такие не по карману…

Замех, Шень Ди и прочие согласительно причмокнули. Как видно, услышанное хорошо согласовалось с их картиной мира. Впечатления богатеев мы с дядей Вовой ни на кого не производили.

Я тем временем продолжал:

– Мне знакомы такие колесницы. Но я клянусь, что не знаю, почему именно эта колесница, взявшаяся как будто из ниоткуда, проявила такой интерес к нашей принцессе! Посуди сам, если бы я находился в сговоре с ее владельцем, то я бы уже убежал вместе с нею! То же сделал бы и мой друг Вла Ди Мир! Зачем нам сидеть здесь, рядом с тобой? Зачем испытывать твой гнев?

Дядя Вова выразил свое согласие с моими словами геморройной гримасой, которая, я уже давно приметил, у него отвечала за откровенность.