Чтение онлайн

Я помню, мне казалось, что мои виски вот-вот взорвутся, и поэтому, когда Лукас сказал, что ему нужно выполнить поручение своего брата, я предложила подвезти его.

Я помню, как шел на парковку и открывал машину, чувствуя, как моя голова становится все более туманной и тяжелой.

– Я же говорила тебе, что у меня болит голова, ” бормочу я, мое дыхание становится поверхностным.
– Вести машину было слишком больно.

На лбу Лукаса выступают капли пота. Он ничего не говорит. Он смотрит на меня так, словно увидел привидение. Неподвижный, как статуя.

– Ты забрал у меня ключи. Ты сказал, что мы быстро заедем в лодочный сарай, а потом ты отвезешь нас домой.”В висках у меня начинает пульсировать, как в ту ночь. “Я не знаю, почему ты потерял контроль над машиной. Я... ” Я пытаюсь собрать все воедино. — Лекарство, которое ты мне дал, к тому времени подействовало...

“Я не накачивал тебя наркотиками”, - выпаливает Лукас, его лицо бледнеет. “Господи, Кейси! Ты думаешь, я накачал тебя наркотиками?

– Ты накачал меня наркотиками, ” говорю я рассеянно, едва замечая его отрицание. — Так вот почему ты предложил подвезти...

“Нет, я сел за руль, потому что ты была не в настроении”, - протестует он.

“—а потом ты каким-то образом потерял контроль, и мы оказались в озере. И ты оставил меня в машине и убежал.

– Нет, - стонет Лукас.
– Все было не так.

В ушах звенит. Внезапно я чувствую вспышку боли, расцветающую во лбу, результат удара головой о приборную панель. Фантомная боль вспыхивает в моей груди из-за диагонального синяка, оставленного ремнем безопасности, который удерживал меня в ловушке, когда вода поднялась вокруг моих ног и платье превратилось в жидкость.

Я едва чувствую свои губы, когда говорю.
– Тогда как это произошло?

– Я думал, ты мертв.

Его признание, пронизанное страданием и невыносимым стыдом, эхом разносится по коридору. Это вызывает прилив ярости, раскаленной добела и сырой, вибрирующей

в моих кончиках пальцев.

– Что произошло в той машине, Лукас?

“Это началось еще до машины”, - говорит он со сдавленным стоном. Он начинает ходить взад-вперед, двигаться беспорядочно. Глаза метались, как будто он мог убежать или наброситься на меня в любой момент. “Гейб торговал на танцах, но Мила была с ним повсюду, и он хотел пойти с ней домой. Переспать, неважно. Он должен был встретиться с Фенном, но его телефон разрядился, поэтому он попросил меня передать Фенну, что его планы изменились. Он отдал мне свою заначку и попросил отнести ее в лодочный сарай. Он обычно прятал свое барахло под сломанной половицей, когда приезжал в Баллард.

Лукас перестает расхаживать, останавливаясь прямо передо мной. Каждый инстинкт подсказывает мне держаться от него подальше, пока я могу, но я хочу знать, что еще он может рассказать мне о выпускном вечере. И я в ужасе от того, что может случиться, если я уйду, а он будет преследовать меня.

– Я позаимствовал у него куртку, и все было готово к отъезду. Я не смогла найти Фенна, поэтому набирала сообщение, в котором просила его не встречаться с Гейбом, но я так и не отправила его, потому что ты прервал меня, а потом я забыла. Ты спросил, куда я направляюсь, и сказал, что идти пешком до лодочного домика слишком далеко, и предложил подвезти меня. Ты сказал, что все равно хочешь уехать, потому что у тебя болит голова.

– Потому что ты накачал меня наркотиками, - выплевываю я.

– Я этого не делал. Его лицо морщится от боли. Кулаки сжаты. “Клянусь Богом, я этого не делал, Кейси. Что бы ты ни приняла или что бы тебе ни дали, это произошло до того, как мы с тобой сели в ту машину вместе. К тому времени, как мы тронулись в путь, ты уже была в полной заднице. Еле ходишь. Не могла держать глаза открытыми. Честно говоря, сначала я подумала, что у тебя мигрень. Ты все время прикрывала глаза, как будто им было больно от света. Я посадил тебя на переднее сиденье, просто чтобы ты не упала в обморок на парковке, и всю дорогу до лодочного сарая пытался не дать тебе уснуть.

Он ударяет себя обоими кулаками по лбу, явно встревоженный. “У меня внезапно возникло неприятное предчувствие, что ты страдаешь не только от мигрени. Я даже подумал, может быть, ты каким-то образом получила сотрясение мозга на танцах. Я все время тянулся, чтобы похлопать тебя по щеке, уговаривая не ложиться спать. На улице было слишком темно. Я сбился с пути, машину занесло, и внезапно через лобовое стекло хлынула вода”.

Лукас опускается на пол, прижимаясь к шкафчикам.

“По твоему лбу текла кровь. В машине лилась вода. Ты не двигался. Я пытался нащупать пульс, но ничего не было”, - говорит он, прижимая колени к груди. “Даже не дрогнуло, Кейс. Я думал, ты умер.

Я в шоке отодвигаюсь от него на дюйм.

“И я сильно запаниковал. Мой отец буквально убил бы меня, если бы меня арестовали за то, что я врезался в машину с одурманенной мертвой девушкой на выпускном. И они бы сказали, что я надул тебя или что-то в этом роде. Я имею в виду, что, черт возьми, я должен был делать? Он издает захлебывающийся звук. “Вода прибывала так быстро. А тебя уже не было. Во всяком случае, я так думал. Я снова и снова проверял пульс, клянусь. Я бы никогда не оставил тебя, если бы знал, что ты жив.

Он бросает на меня отчаянный взгляд с оттенком печали. Я стою, прижавшись к противоположной стене шкафчиков, грудь напряжена, дыхание поверхностное. Теперь я словно приклеен к месту. Не могу пошевелиться, даже если бы захотел, из-за призрачного ощущения воды, поднимающейся по моим ногам.

“Моя куртка зацепилась за ремень безопасности и не поддавалась, поэтому я просто снял ее. Я схватила сумку Гейба и убралась оттуда ко всем чертям. Пробежала так быстро, как только могла, всю дорогу до главной дороги и поймала Uber за воротами Балларда. Когда я вернулся в общежитие в Сандовере, отец поймал меня, когда я выходил с лестницы. Я был насквозь мокрый и выглядел чертовски виноватым. Он заставил меня открыть пакет — и что я могу сказать в тот момент? Я сказала ему, что наркотики принадлежали Гейбу.

Лукас сильно прикусывает нижнюю губу. У него такой вид, будто он вот-вот заплачет.

“Я не собирался опускаться до такого дерьма. Ни за что на свете. Но я знала, что Гейб разозлится на меня, поэтому я умоляла папу не говорить ему, что это я его сдала. Я не знаю, что он ему сказал. Гейб ушел, а я была здесь. И ты.… Я думала, ты умер.

– Красный свет, - шепчу я.

Он поднимает голову.
– Что?

“Ты когда-нибудь видишь красные огни?”

– О чем ты говоришь?
– спросил я.