Чтение онлайн

Когда вместо тонкой перекладины я ощутила под ногами бетонный пол – невольно вырвался вздох облегчения.

– Отсюда нас не ждут, – раздался в наушнике ободряющий голос Ивана. И правда. Какой ещё псих рискнёт подниматься по трухлявой лесенке с чуть ли не самого углублённого отрезка метро?

Семён последним выбрался из люка и чихнул.

– Тише, – предупредила я. – А то лестница развалится…

– Надеюсь, больше не придётся её использовать, – успокоил майор.

А Семён уже доставал моток верёвки и кой-какое альпинистское снаряжение. Вместе с Иваном они занялись подготовкой нашего безопасного отхода.

Оставшись на «стрёме», я разглядывала комнату. Не иначе бомбоубежище под каким-то домом. И значит, до поверхности ещё метров семь-восемь.

Воздух – даже более спёртый, чем в метро. Запахов поменьше, а дышится труднее. Судя по ровному слою пыли на полу и на диванах вдоль стен – здесь очень давно не было ни души. Наверное, ещё со времён натовских бомбёжек. Неужели мы действительно первые?

Я осторожно тронула спинку дивана и тут же брезгливо встряхнула рукой – отложения пыли в целый сантиметр. Невольно почувствуешь себя археологом в гробнице фараона. Только мумии здесь и не хватало…

Впрочем, шагнув в соседнюю комнату, я убедилась – как раз насчёт этого полный комплект. В самом углу, между диваном и креслом, скорчилось нечто высохшее, почернелое… Зато дорогой костюм хорошо сохранился. Рядом валялось несколько пустых бутылок. И одна полная.

Семён, который вошёл следом, подобрал её, вытер от пыли и радостно заметил:

– «Наполеон»! Неужели настоящий?

– Наверное. Раз он его так берёг, – сказал Иван. – Не обижай мужика, поставь на место.

– Да, может, я с ним на брудершафт… – мрачно пошутил Семён. Но бутылку всё же поставил.

Мертвецы, конечно, самые безопасные существа. Но я бы предпочла как можно скорее убраться отсюда.

Мои напарники тоже не собирались мешкать.

В дальнем конце помещения ждала стальная дверь с массивным запирающим «штурвалом». Или он как-то по-другому называется, не знаю. Во всяком случае, когда я попыталась повернуть эту круглую штуковину, – ничего у меня не вышло.

Следующая попытка принадлежала Ивану. Тоже без особого успеха. Лишь когда подключился Семён с монтировкой, «штурвал» начал проворачиваться. Едва заметно, несмотря на то, что оба здоровых мужика пыхтели от натуги. Спустя минут пять они присели отдохнуть прямо на пыльный диван.

– Малость не рассчитали, – хмуро заметил Иван, переводя дух.

– Нет, расчёт верный, – не согласился Семён, сдвигая «ночные глаза» и утирая пот рукавом. – Теперь-то мы точно знаем, что три года здесь никто не ходил.

– Пока неясно, сможет ли здесь вообще кто пройти, – облизал губы Иван и кивнул на покойника. – Разве что кроме него. Он-то – хозяин.

Восстановив силы, они снова занялись дверью. И опять результат был более чем скромный.

– Как будто специально заклинили с той стороны, – вздохнул Семён.

– Может, и специально, – буркнул Иван и в сердцах пнул дверь ногой. Посмотрел на часы и выругался вполголоса. Я его понимала. Весь план грозил пойти насмарку.

Иван сорвал с себя «ночники», шапочку-маску и расстегнул куртку. Потом слепо стал шарить в темноте. По-моему, он искал бутылку «Наполеона».

– Осторожнее! – предупредила я. Только было уже поздно. Майор с размаху налетел на подлокотник кресла и неуклюже повалился, в аккурат на… Раздался отвратительный хруст.

– Твою мать! – в сердцах выпалил Иван. Он, конечно, понял, на что приземлился. Торопливо стал подниматься и вдруг замер:

– Кажется, что-то нащупал…

– Наверное, большую берцовую кость, – хихикнул Семён.

– Какой-то рычаг.

Я склонилась ближе. И вправду за креслом из стены торчало нечто вроде рукоятки.

– Попробуем? – спросил Иван.

– Надеюсь, это не сирена, – заметила я.

Он нажал рычаг. Ничего не произошло. Что само по себе тоже было неплохим результатом.

Я подошла, взялась за круглую рукоятку запора. И в следующую секунду без особого труда провернула её. А ещё немного спустя тяжёлая дверь подалась внутрь.

– Какая девушка! – восторженно выпалил Семён. – Спортсменка и комсомолка! А мы-то, доходяги, парились…

– Заткнись, – негромко посоветовал Иван. Он уже был на ногах, в «ночниках» и в шапочке. Пальцы майора лежали на рукоятке «барса». Аккуратно отстранив меня с прохода, он двинулся первым.

Ничего угрожающего по ту сторону дверей не было. Обыкновенная крутая лестница. На ступеньках тоже слой пыли. И ни одного следа.

Поднимались мы минуты три. Похоже, бомбоубежище было сработано на совесть. Не иначе, как под бывшим элитным домом.

Наверху оказалась крохотная комнатка. Два на три метра – не больше. И главное – ни малейшего намёка на двери. Сплошные глухие стены. А с одной стороны – неоштукатуренный кирпич. Явно именно здесь раньше был проход.

Семён неодобрительно окинул взглядом тесную комнатушку, пощупал кирпичную кладку и заметил:

– Вот так и начинают болеть клаустрофобией.

– Не болтай, – буркнул Иван. – Давай инструмент.

Парень торопливо извлёк из рюкзачка электродрель.

Иван взялся за дело. Дрель в его руках работала почти бесшумно. Он высверлил на стыках между кирпичами несколько маленьких отверстий – они образовывали что-то вроде прямоугольника в рост человека. Иван ловко заложил в отверстия совсем игрушечные на вид пластиковые цилиндрики.

Глянул на меня и улыбнулся:

– Как там твоё шестое чувство, Таня? Ещё ничего не подсказывает?

Я знала, что, несмотря на шутливый тон, спрашивает он всерьёз, и покачала головой. Я и вправду не ощущала чего-то необычного. Только лёгкое волнение.

– А теперь вниз!

Мы скатились по лестнице. Иван ждал, глядя на часы.

Ровно полвосьмого в компьютерный центр «Матрикс» должны войти трое наших. И ровно пять минут спустя должна вырубиться вся внутренняя система слежения.