Чтение онлайн

— Я слышала, Элспит была на волосок от смерти, и ее повезли в Перлис. Так мне сказал Лайрик.

Король побледнел.

— Что с ней случилось?

— Почему это так вас волнует? Она ведь ваш враг?

Он помрачнел, не зная, что сказать.

— Меня это волнует. — И больше никаких объяснений. — Она жива?

— Да, — ответила Валентина. — Но это все, что я знаю.

Уил, погруженный в мысли об Элспит, машинально поставил на стол бокал и стал теребить мочку уха. Он не заметил, как вытянулось при этом лицо королевы. Скорее всего Элспит была с Крисом Доналом, решил Уил. Валентина кивком подтвердила его соображения, когда он спросил об этом. Уил не мог знать, что она потеряла дар речи, заметив у Кайлеха ту же привычку, которую уже наблюдала у четырех человек, начиная с Уила Тирска.

— Валентина, — начал Кайлех, но королеву больше не интересовала та странная игра, в которую они играли друг с другом.

Она вдруг встала и напрямик спросила:

— Почему Нейв сидит рядом с вами? Он принадлежит Уилу Тирску и смотрит по-доброму только на тех людей, которых любит Уил. Почему он согласился вас сопровождать?

Уил уже не мог выдерживать все нараставшее напряжение между ними. Он тоже встал, оказавшись лицом к лицу с женщиной, которую любил. Она стояла совсем близко и была на голову ниже его. К ее чести, Валентина не испугалась. Любая друга женщина подняла бы крик, призывая стражников, но вызов в глазах королевы только еще больше разжег его желание, и он обнял ее и прижал к себе. В этот раз он поцелует ее как мужчина, и плевать на последствия.

Валентина не сопротивлялась. Она все равно не смогла бы ему противостоять, даже если бы захотела. Ей было абсолютно безразлично, кто ее целует — Уил Тирск, Ромен Корелди или даже Илена Тирск, — потому что Кайлех, король горцев, обладал обаянием, создававшим вокруг него особое притяжение. Если рядом с Роменом у нее учащался пульс, то сейчас сердце буквально рвалось из груди, если ее тело жаждало прикосновений Ромена, то сейчас она была готова упасть на пол прямо перед камином и потребовать, чтобы Кайлех взял ее немедленно, как варвар, каковым его считают. Страсть, когда-то испытываемая к Ромену, была ничем по сравнению с диким желанием, возникшим при встрече с этим золотоволосым мужчиной. Огромные руки обхватили ее плечи, и они оба почувствовали, как в них разгорается любовное пламя.

Уил наконец нашел в себе мужество. Он решился поцеловать Валентину и мгновенно ощутил в груди испепеляющий огонь и необходимость утолить давно мучивший его голод.

Огонь в камине почти погас, но они не замечали холода. Их обнаженные тела все еще были сплетены, Валентине казалось, они стали одним целым. Ее стройные ноги начинали движение, а мускулистые ноги Кайлеха заканчивали его. Молодые люди лежали лицом друг к другу, девушка гладила золотые волосы возлюбленного и думала, что готова провести в его объятиях всю оставшуюся жизнь. Кайлех смотрел на нее так, что сердце Валентины переполняло от счастье.

— Наверное, сначала я должен поинтересоваться? — спросил он.

Она засмеялась, чувствуя радость и покой, которые уже и не надеялась испытать.

— Видимо, да, потому что у меня это было в первый раз.

— Я убью себя, если причинил вам боль! — воскликнул Кайлех.

— Не таких слов я ожидала от короля-варвара.

— Мы не варвары, — сказал он, убирая руку.

На лице Валентины появилось виноватое выражение.

— Кайлех, нет, я не хотела вас обидеть. Это была шутка. Просто…

— Просто что? — мягко спросил он, возвращая руку на изгиб ее спины и останавливаясь в мягкой впадинке, с которой начинались ягодицы.

Валентина почувствовала, как в нем вновь разгорается желание, и победоносно улыбнулась, осознав, какую власть женщина может иметь над мужчиной. Даже король становится слабым. Никакого оружия, угроз, крови, одно только женское тело делает вражеского короля мягким и податливым. Селимусу следовало приехать и поговорить с ней, прежде чем обсуждать эту проблему на севере — она и ее женская сущность могли в одно мгновение справиться с любым препятствием. Но этот человек не враг, подумала Валентина, радуясь, что именно ему отдала свою невинность. Она не хотела, чтобы первым ее мужчиной был Селимус.

— У меня такое впечатление, что я с вами давно знакома, — рискнула она вернуться к давно мучившим ее мыслям.

— Так и есть, — мягко ответил Кайлех, испытующе глядя на нее.

Она села, представив на обозрение высокую округлую грудь.

Уилу хотелось себя ущипнуть, чтобы убедиться, что он действительно находится здесь, рядом с любимой, и она не просто принимает его любовь, но и отвечает на нее, вместе с ним получая удовольствие. Он тоже сел и потянулся к девушке, но она взяла его руку и заговорила.

— Мы знаем друг друга меньше двух часов, Кайлех, и больше половины этого времени любили друг друга. Без всяких вступлений, ласковых слов и романтических жестов. Невозможно, чтобы королева Бриавеля вела себя подобным образом, просто невозможно! Но я чувствовала дикое желание с первых минут нашей встречи. Еще раньше, наблюдая за вами из окна, когда вы стояли на мосту в окружении солдат, я слышала, как бьется мое сердце.

— Валентина, я…

— Нет, подождите. Я должна это сказать. — Она улыбнулась и внезапно застеснялась, завернувшись в платье, которое он часом раньше помогал ей расстегивать. — У меня в голове полный сумбур. Я почему-то вспоминаю то, что говорили знакомые мне люди. Например, мальчик по имени Финч, которого я обожаю. — Валентина заметила, как при упоминании о Финче по лицу короля горцев пробежала тень, но не придала этому особого значения, так как спешила высказать то, что так долго ее мучило. — Он однажды сказал мне нечто малопонятное, и я сочла это детской фантазией. Теперь понимаю, что ошибалась. Затем, после того, как меня предал мужчина, которого я любила, Ромен Корелди, Элспит советовала открыть сердце кому-нибудь еще. Ромен плохо поступил со мной, но я никогда не переставала его любить.

И вновь Уил попытался сказать что-то, и опять Валентина не позволила ему это сделать, на этот раз, прижав к его губам руку. По ее щекам текли слезы.

— Илена Тирск пришла ко мне с предложением помощи, а затем принесла себя в жертву ради того, чтобы Селимус отвел легионеров от границы с Бриавелем. Вы были там, в Фелроти, Кайлех, и могли ее встретить. Это неправда, что я послала Илену. Она сама пожелала отправиться в логово дракона.

Кайлех кивнул, и девушка увидела, что на его лицо опустилась печаль.

— Где она теперь? — спросила Валентина, предчувствуя беду.

— Она умерла, Валентина, продемонстрировав мужество, достойное своего имени. Тирски всегда были преданы Моргравии, но Илена и Уил посвятили себя вам. Они оба любили вас, правда, каждый по-своему.

Его слова заставили королеву заплакать.

— Кто ее убил?

— Я, — прошептал он.

Она непонимающе посмотрела на Кайлеха.

— Вы?

Он кивнул так печально, что сомнений не осталось.

— Это был несчастный случай. Я спас ее от Селимуса, готовившего для нее ужасную смерть. Мне не хотелось бы вам рассказывать об этом. Достаточно будет сказать, что король Моргравии намеревался поступить соответственно своим стандартам жестокости и унижения. Аремис и я увезли ее из Фелроти в Скалистые горы.