Чтение онлайн

— Джон, что такое? Что не так?

Джон понятия не имел, что имеет в виду видящий.

Что-то щёлкнуло в том пространстве. Может, просто запинка в хронологии, пустое место в его сознании, где вообще ничего не происходило.

Затем Джон оказался на полу.

— Джон! Боги… Джон, дыши. Дыши, мать твою…

Каким-то образом он очутился на полу.

Он не помнил, как туда попал.

Он не помнил, чтобы видел, как видящий пересёк комнату, или слышал его слова, хотя понимал, что тот говорил уже некоторое время. Он мог лишь стоять коленями на полу. Он постарался послушаться видящего и дышать, но и это ему не удавалось.

Каждый вздох получался неправильным, причинял боль его телу.

Врег встал на колени возле него. После секундной паузы он схватил Джона за руки, наполовину прижав к своему телу. Свет исходил из рук и пальцев мужчины…

Джон мельком ощутил там Мэйгара, Элли, Ревика…

— Джон! — Врег крепче стиснул его, прижимая к своей груди. — Дыши, мать твою!

Джон закрыл глаза. Он пытался дышать. Пытался.

Он больше не хотел здесь находиться.

Бл*дь, он просто хотел умереть.

— Джон! — Врег встряхнул его, и из его света выплеснулась злость. В голосе другого мужчины звучали слёзы. — Это не может быть вызвано моими словами. Не может. Боги всевышние… ты разве что не сказал мне в лицо оставить тебя. Я был уверен, что к этому моменту ты всё равно трахаешь Джорага… вдобавок к тому, что, чёрт подери, происходит между тобой и Нензом.

Джон издал сдавленный смешок.

Он превратился в рыдание.

Он прислонился к груди другого мужчины, закрыв глаза и до боли стиснув челюсти. Как и ранее тем же днём, он чувствовал себя сокрушённым, смятым, как будто кто-то сунул руку в центр его груди и смял свет, который некогда жил там.

Он плакал как ребёнок, будучи слишком потерянным, чтобы переживать об этом факте, или о причинах, или о том, что он делает это перед кем-то. Руками он обхватил себя, стискивая свою грудь, свои рёбра. Он закрывал руками тело и лицо, может, пытаясь компенсировать уязвимую открытость своего сломленного света… может, даже для того, чтобы защититься от мужчины, который его обнимал.

Вместе с тем он уткнулся лицом в грудь того же мужчины и плакал.

— Джон, — голос Врега смягчился. Он гладил его по волосам и спине, притягивая на свои колени.

Джон позволил ему и это.

— Скажи мне, чего ты хочешь, брат, — произнёс Врег. — Скажи, что тебе от меня нужно.

От его слов боль в груди Джона усилилась.

Он постарался заговорить, но мог лишь покачать головой. Боль ослепляла его, заставляла цепляться за одежду другого мужчины. Ожесточённость на мгновение пронеслась по его свету, но она тоже ощущалась ребяческой, как и желание ударить Врега кулаками по груди, может, чтобы пробить то, что для всего внутри Джона по-прежнему ощущалось слишком отдалённым, слишком неуязвимым.

В те несколько секунд он хотел причинить Врегу боль, но не мог заставить себя сделать это. Он не хотел делать Врегу больно. Он любил его.

Врег резко втянул воздух. Его руки напряглись на спине и плечах Джона.

— Джон, чёрт подери…

Он почувствовал, как та его часть снова треснула, оставив его в изнеможении.

— Чего ты хочешь? — повторил Врег. — Чего ты от меня хочешь?

Джон покачал головой.

— Чего тут хотеть? — выдавил он.

Он произнёс эти слова вслух, заставил себя сказать их, может, чтобы сделать их реальными для себя, услышать в той форме, в которой он мог их по-настоящему понять.

— Ты расстаёшься со мной, — сказал он. — Ты бросаешь меня.

— Бл*дь, не я из нас двоих ушёл! — прорычал Врег.

Эти слова вырвались из него вспышкой света, содержавшей так много боли и злости, что Джон вздрогнул. Но он не отодвинулся от другого мужчины. Он не разжал ладонь, которая сжимала его рубашку в кулаке, пропитавшуюся потом под его стиснутыми пальцами пониже места, где Джон положил голову на плечо другого мужчины.

После слов видящего Джон покачал головой, но не в знак отрицания.

Он чувствовал, как вздымается грудь другого мужчины, пока Врег пытался сдержать эмоции, а может, старался их как-то выразить. Он чувствовал, что Врегу хочется накричать на него, хочется ударить его. Внезапно он почувствовал от другого мужчины столько всего, что перед глазами всё померкло.

Комната померкла. И сам разум Джона исчез.

Каждая мысль, которая имелась или не имелась у него в отношении Врега, всё, что он якобы понимал о происходящем между ними прежде — всё это исчезло. Не просто эмоции, и даже не боль — образы заполонили его разум. Врег, плачущий в том доме в Сан-Франциско, согнувшийся пополам на полу и плачущий от такой сильной боли, что он едва мог дышать…

Этот образ врезался в Джона, едва не переломив его надвое.

Следующее, что он помнил — они целовались.

Джон осознал, что лежит под другим мужчиной, опять не совсем понимая, как он там оказался. Врег пригвоздил его к тому дорогому ковру, грубой рукой распахнув рубашку Джона спереди. Казалось, они целовались довольно долго — так долго, что этого было уже недостаточно, что Джон хотел большего, а потом эта боль едва не убивала его, разрывая его внутренности, заставляя его умолять о большем так громко, что ему показалось, будто он по-настоящему сходит с ума.

Врег остановил их. Его ладони ощущались как железо.

Придавив руки Джона, он сердито посмотрел на него.

— Нет! — рявкнул Врег. — Чёрт подери, Джон! Нет! Не вот так!

— Я этого не делал, — выдавил Джон. — Не делал. Богами клянусь… я никого и пальцем не тронул, Врег. Ни Джорага. Ни Ревика. Никого.

Он видел, как глаза Врега ожесточились, сделавшись похожими на кремень.

Ему не надо было читать его, чтобы понимать — другой мужчина ему не поверил.

— Я не делал этого, — повторил Джон с мольбой в голосе. — Клянусь богами, не делал, Врег. Ни разу. Дело вовсе не в этом. Дело никогда не сводилось к этому. Дело не в других людях. Дело во мне, Врег. Проблема была во мне.