Шрифт:
1
Мое имя Кай. Но обычно, я слышу в свой адрес: «исчадия ада», «коварный демон», «искуситель», «нечисть», хм… и даже «распутный монстр». Мне удается, словно по щелчку пальцев, совратить самых неприступных красавиц и заставить их страдать. Я питаюсь сексуальной энергией, а позднее и их болью от неразделенной любви. Мое самое любимое блюдо — молоденькие, красивые, безгрешные девственницы. Ммм… прекрасно. Вкусные, чистые, сладкопахнующие души. Моей задачей не является убить, по крайней мере, сразу. Совращая, я привязываю жертву к себе и могу годами питаться её энергией. Впоследствии, превращая в никому ненужную, пустышку. А что уж она будет с собой делать потом: вешаться, вены резать, а может с крыши кинется, мне не интересно.
В сонме всех демонов, я нахожусь на особом месте. Такого как я, больше нет. Я демон-соблазнитель. Я — инкуб.
— Властелин?
Верховный демон обернулся, и его пронизывающий до костей взгляд, вонзился в меня.
— Кай! — его рокочущий голос отозвался громким эхом по пустынному залу.
Я поклонился и стал ожидать, когда мне разрешат выпрямиться в полный рост.
— Подойди!
Подняв голову, встал во весь свой немалый рост, и медленно направился к Властелину. Подойдя к нему, в который раз убедился, что для того чтобы просто взглянуть на него, мне, с моим-то огромным ростом, все равно приходится задирать голову.
— Ты знаешь, что ты всегда стоял на особом счету, Кай! Но в последнее время, ты ищешь легкие пути. Те души, которыми ты завладеваешь, безусловно, чисты, но этого не достаточно. Я никогда не призывал тебя к убийству, для этой работы есть более низшая каста. Но ты слишком мягок со своими жертвами, — он нахмурился и посмотрел на меня своим цепким, укоризненным взглядом, — для тебя есть два варианта. Либо ты ужесточаешь свои рамки, чтобы получать больше энергии…
— Мне хватает, Властелин…
— Мне не хватает, Кай! — жестко оборвал меня высший демон и грозно нахмурился.
Я остался стоять на месте, ничуть не испугавшись его устрашающего вида. Властелин, заметив это, удивленно вздернул брови, затем усмехнулся и хлопнул меня по плечу. От этого действия, мое тело пошатнулось, но на месте я устоял.
— Либо, — продолжил верховный демон, — я буду вынужден пересмотреть твое присутствие в моём мире.
Моя голова дернулась, как от удара, и я воззрился на прямую, удаляющуюся к камину, фигуру Властелина. Прищурив глаза, я смотрел на полыхающий в огромном камине, огонь. В голове роем проносились тревожные мысли. Думай, Кай! Думай!
В последнее время, я действительно все чаще стал избегать земных девушек. А ведь именно они дают ту колоссальную мощь и энергию, которая так нужна Повелителю. Я не любил насилие. Все соблазненные мною красавицы, отдавались мне добровольно. Я питался ими, но никогда не убивал, тем более сразу после свершившегося акта.
Я знал, что есть только один выход, который позволит Властелину иметь постоянный поток мощной энергии, исходящий от меня. Но для меня это будет сродни смерти, гибели всего того, чем я всегда жил.
Татуировки на моей спине вспыхнули белым пламенем, совершенно не обжигая кожу. Кулаки сжались так сильно, что казалось, кости вот-вот затрещат. Но я не чувствовал боли. Я чувствовал, словно меня загнали в угол. Загнали, как бешеного, отчаявшегося зверя. Мотнув головой, вперился взглядом в могучую спину демона.
— Не смотри так на меня, сын! Я дал тебе выбор! Иди! У тебя три месяца.
Развернувшись на каблуках, я решительным шагом направился к выходу.
— Ах да! Воздержись на время, от пользования своих рабынь! Лучше всю свою энергию потрать на новые чистые души!
Выходя, я все еще слышал издевательский, раскатистый смех отца.
Ну что ж Властелин, посмотрим кто кого!
ВЛАСТЕЛИН.
Стоило Каю выйти за дверь, как моя улыбка тут же сползла с лица. Повернувшись к огню, я громко сказал:
— И как долго ты здесь торчишь?
Послышался еле уловимый шелест, затем незваный гость остановился рядом и скрестил руки на груди.
— Владыка!
— Что ты слышал?
— Всё!
Я повернулся к своему верному слуге, демону Ундалемаху. Его бычья голова тут же склонилась в поклоне. Ундалемах служил мне верой и правдой на протяжении многих веков. Он всегда чутко чувствовал, когда может понадобиться, поэтому находился поблизости.
— Ну, тогда ты знаешь, что нужно делать! Не выпускай его из виду.
Ундалемах поклонился, взмахнул правой рукой, открывая портал, и скрылся в нем.
— Ты слишком молод, сын мой! Пора бы тебе научится уму! — сказал я в тишине, и, щелкнув пальцем, растворился во тьме.
2
АЛИСА.
Вот ведь дерьмо! Это ж надо! Нет, ну каков урод-то, а?! Завалить мне последний экзамен. Этот жирный упырь, еще поплатиться! Да кто ему преподавать разрешил?!
— РРРррр…
Я шла и сокрушалась на чем свет стоит. Этот грязный, толстый извращуга-препод завалил мне экзамен. Теперь придется переть на пересдачу. А вот еще раз видеть эту наглую, сальную рожу, ой как не хочется. Меня сегодня, чуть на его стол не вывернуло, когда увидела, как эти маленькие, свиные глазки, гуляют вдоль выреза моей блузки. Фу! Мерзость! Меня передернуло от ужасных воспоминаний.
Завтра общага опустеет, так как сессия закончена и все разъедутся по домам на каникулы. Но только не я! Я буду корпеть над конспектами, чтобы этот образина не смог до меня докопаться.
Подходя к зданию общежития, я уже заметила многих студентов с чемоданами, которые уезжали домой. С грустью толкнула дверь и вошла в просторный холл здания.
— Здравствуйте Любовь Петровна! — поздоровалась я с комендантшей.
— Здравствуй, Алиса! Ну? Сдала?
Я скорчила грустную мину, давая понять что провалила.
— Ну, ничего, пересдашь! Я в тебе не сомневаюсь, — сказала ангел-хранитель нашей общаги, а я зашагала к лифту.
— Лиса!
Я обернулась и увидела бегущую ко мне Ленку, с четвертого курса нашего факультета. Подбежав ко мне, она всем своим немалым весом прыгнула на меня, пытаясь обнять. Или убить?! Хрен ее разберешь…