Чтение онлайн

— Я использую щенка.

Суши недовольно мяукнула и спрыгнула с ее коленей. Уверенность Сары немного уменьшилась к тому времени, как она подъехала к дому Салливана. Несомненно, если бы она позвонила предупредить его, что приедет вместе с собакой, он просто бы сказал «нет». Конечно, он и без этого мог сказать «нет». Она начала понимать, почему Салливан не любил собак. Опыт общения с собаками у Сары был очень незначительным. Очарование милого щеночка, понимающие глаза, огромные лапы, кудрявая черная шерсть, испарилось через пять секунд. Щенок был буйный. Его приветствие было слишком восторженным. Он был огромный, ветеринар сказал, что, возможно, в нем течет кровь ньюфаундленда или бувье, а возможно, и обеих пород, поэтому он такой большой, несмотря на то что ему всего четыре месяца.

Он чуть не сбил Сару с ног, так сильно он радовался ее приходу. Ее брюки для йоги теперь были разорваны от бедра и до голени. Щенок дернул за поводок, так что у нее чуть не вышло плечо из сустава. Оказавшись в машине, она нашла коробку салфеток в бардачке и за короткую дорогу к Салливану использовала их полностью. Салливан намекнул, что она понятия не имеет о реальной жизни. Щенок, казалось, пытался доказать его правоту. Поэтому Сара уже поставила под вопрос разумность своей идеи.

Тем не менее она сейчас была здесь, и возвращаться было невозможно. Поэтому, игнорируя биение сердца, распутав свои ноги от поводка уже раз в двадцатый, она поднялась по лестнице.

Дом Салливана не был похож на ее дом или дом его сестры. Там не было ни цветов, ни качелей на веранде. Все было в идеальном порядке, но приветливого ничего не было. Ни горшков с цветами, ни ковриков, ни уличной мебели. Это потому, что он никого не ждет, напомнила она себе. Он отталкивает. Вот почему она была здесь. Вновь вспомнив о своей миссии, она глубоко вдохнула, приказала собаке сидеть, причем была успешно проигнорирована ею, и позвонила. Он не открыл дверь, поэтому она позвонила снова. Она уже решила, что затея потерпела неудачу, но услышала какой-то звук внутри. Она снова позвонила несколько раз. Потом раздраженно пнула дверь ногой. В результате она чуть не упала внутрь, когда дверь внезапно открылась. Оливер Салливан стоял перед ней, одетый только в полотенце, на его груди блестели капли воды, а волосы были прилеплены к голове, подобно растаявшему шоколаду. Сара сглотнула, когда он осмотрел ее холодным взглядом, завел собаку внутрь дома, широко расставил ноги и сложил руки на груди.

Белизна полотенца, низко повязанного на бедрах, оттеняла его золотистую кожу. От его разгоряченного тела шел пар. В тот первый день, когда он появился у нее в саду, она глупо гадала, как пахнет его кожа после душа. Но теперь она видела, что реальность и фантазия шли друг другу навстречу. Запах был пьянящий, мужской, яркий, чистый. До нее дошло, что ее приход был очень плохой идеей. Потому что Сара еще не видела мужчину, менее нуждающегося в спасении. Он полностью уверен в себе.

Она опустила взгляд, что нисколько не помогло ей. Уставившись на его мокрые красивые ноги, она почувствовала себя совсем слабой и неуверенной. Сара заставила себя посмотреть ему в лицо. Его взгляд был жестким. Она открыла рот, и ни одного звука не вышло. Щенок же, узнав его, завизжал, рванул поводок и метнулся к Салливану. Он вскочил на задние лапы, уперся передними лапами о его грудь, скуля, умоляя о внимании. Одна из его лап скользнула и запуталась в полотенце.

Прямо на глазах у испуганной Сары собака дернула запутавшуюся лапу. Кусок махровой ткани, сорвавшись с талии Салливана, упал на пол.

Взгляд Сары приклеился к белоснежному полотенцу на полу веранды. Салливан произнес три слова, универсальные выражения мужского недовольства. Потом его ноги исчезли из ее поля зрения. Салливан использовал щенка как заслон и попятился назад в дом. Входная дверь закрылась с грохотом. Сара осмелилась поднять глаза. Ей хотелось рвануть с веранды и попасть домой, заползти в свою кровать и натянуть одеяло на голову. Спасать Оливера Салливана? Она с ума сошла! Ей нужно было валить отсюда!

Но оставался еще вопрос о собаке, что она привезла с собой. Было очень соблазнительно оставить собаку здесь, на милость человека, который говорил, что не любит собак, и сбежать домой.

Так как присесть было не на что, она села на ступеньки дома, уперев подбородок в ладони. Через несколько минут дверь открылась нараспашку. Сара вскочила и развернулась к нему лицом. Он надел джинсы, но его торс был по-прежнему голым. Не сказав ни слова, он передал ей поводок, сложил руки на груди и вопросительно поднял бровь. Она не знала, что случилось в доме, но Салливан, безусловно, доказал, что он доминантная особь в стае. Пес был усмирен. Он спокойно сидел и глядел на него в немом обожании.

— Что тебе надо?

Он неудачно поставил ударение на местоимении тебе. Казалось, он был бы больше рад видеть кого угодно: продавцов пылесосов, девочек-скаутов с печеньем, старых женщин с религиозными брошюрами.

— Э, — сказала Сара, задвинув прядь волос за ухо и рисуя на полу узоры носком кроссовки, — на телешоу тебя попросили взять собаку с собой на интервью.

— Я, похоже, пропустил запись, где ты назначила интервью.

— Оно на самом деле назначено на завтра в шесть часов вечера, но, учитывая, как ты относишься к собакам, я подумала, что вам стоит привыкнуть друг к другу для начала.

— Привыкнуть, — уныло сказал он.

— Мне не хотелось бы, чтобы это стало очевидным для зрителей во время интервью. Будь так добр, — сказала она с надеждой в голосе. Она рискнула поднять на него глаза. Ее вдохновило то, что он не ушел обратно в дом, хлопнув дверью. — В Вестсайде есть парк для собак. Я подумала, что, может быть, ты мог пойти туда и покидать с ним палку. Так, чтобы вы казались друзьями во время интервью.

— Казались друзьями, — сказал он все еще унылым голосом, вся его поза была неприветлива, — с собакой.

Она кивнула, но ничто в выражении его лица не давало ей надежды.

— Это ненормально, — сказал он.

Внезапно она вспомнила, почему она здесь. Только то, что она увидела его почти голым, не было причиной отступать от цели. Он был отчаянно одинок в этом мире. Она здесь, чтобы спасти его от самого себя.

— Ну и что, если это ненормально? — сказала она, подняв подбородок. — Неужели все должно быть нормальным, по расписанию? Разве все должно быть у тебя под контролем?

— Ты говоришь, как моя сестра, — сказал он безрадостно.

— Разве ты не можешь быть спонтанным?

Он гневно уставился на нее:

— Я могу быть самым спонтанным человеком в мире.

— Так докажи это. Ради величайшей добродетели, — напомнила она ему.

— Пожалуйста, не говори этого.

— Чего?

— «Кеттлбэнд нуждается в тебе».

— Я не буду этого говорить. Но пойдем на собачью площадку. На один час. На самом деле это часть твоего соглашения участвовать в интервью. Я даже скинула тебе с четырех интервью до одного. Я выручила тебя в момент необходимости. С твоими племянниками.