Чтение онлайн

В ушах чуть ли не наяву задрожало ее рваное дыхание, ладони ошпарило прикосновением к горячей влажной плоти, и на языке ожил ее вкус. Я тяжело сглотнул и прикрыл глаза.

Мне нужно ее найти.

– Даррен.

Уже почти стемнело.

Я обернулся к Кайлу, замечая в кабинете незнакомца. Он сидел за столом с планшетом в руках, но его изучающий взгляд был устремлен на меня. Лысоватый непримечательный лабораторный крысеныш. Ему можно дать и тридцать, и сорок лет. Черты лица вообще не цепляли.

– Это Миуш Шанессонн.

Кажется, имя и фамилия были единственной отличительной особенностью мужчины. Ненавидел это в себе, но я либо сразу проникался человеком, либо отвергал и питал неприязнь. Этот явно записан во второй столбик.

– Мистер Джонс, – учтиво кивнул он, протягивая руку, – наслышан о ваших подвигах.

На фоне произошедшего ночью звучало неоднозначно.

– Никогда не трахали незнакомку, которую подцепили в клубе? – ответил на его рукопожатие.

Миуш смешно выпучил глаза и смущенно потер подбородок. Сбоку отчетливо усмехнулся Кайл.

– Я про ваши достижения с запуском Станции…

– Понятно, – уселся я напротив.

– Даррен, Миуш гарантирует, что мы найдем ее, – перешел сразу к делу Кайл.

Я вмиг подобрался:

– Как? – голос некстати охрип.

– Мы как раз недавно запустили сбор базы данных нескольких неблагополучных районов Лордона, где прячется много нелегальных иммигрантов, – Миуш развернул проекцию города на столе. – Люди этих районов прошли сдачу крови и ряд других биологических показателей, которые позволили присвоить им уникальные чипы…

– Программа чипирования? – нахмурился я, поворачиваясь к Кайлу.

Тот мрачно кивнул.

– Да, она в тестовом режиме, но уже работает, – продолжал Миуш осторожнее. – Мистер Грейв предоставил данные о маршрутах такси, которые уехали из района гостиницы утром. Их было немного, и два из них вели в те самые кварталы… – закончил он с опаской.

Стало понятно, что зря Грейв веселился утром над моими биоматериалами.

– И чего ждем?

– Не ждем – система уже ищет варианты совпадения…

Я прикрыл глаза, болезненно морщась. Знал, что Кайл сейчас смотрит на меня с интересом – еще бы, такой удар по доверию «моему» Правительству. Сам Грейв идеально балансировал между ненавистью к тем, кто протащил его через ад, и выгодным сотрудничеством. Пожалуй, это была лучшая почва для лояльности. Я же не имел таких надежных оснований, и эта информация о столь противоречивом процессе, вызывавшем столько волнений у людей, стала неожиданностью.

Сделали все за спиной. Но как кстати.

– Хорошо, – выдавил я. – Как долго?

– Думаю, еще пара часов, – пожал плечами Миуш.

– Мистер Шанессон занимается уникальным направлением, – хищно прищурился Кайл на Миуша, – исследованием социальных явлений, ключевых персон этих явлений и влиянием на них.

– Да, – слабо улыбнулся Миуш, – моя гордость – создание матрицы подбора группы людей для лучшего достижений той или иной цели. Я получил за него премию Калмнера.

Я скептически скривился:

– Неужели это возможно – подобрать… людей…

– Мои многолетние труды отвечают положительно на ваш вопрос, – смелее отвечал собеседник. – Мне удавалось так сформировать коллективы людей в различных областях их действий, что результативность увеличивалась на сто двадцать процентов.

– Максимальное использование ресурсов, – мрачно заметил я.

– Ну зря вы так, – высокомерно улыбнулся Миуш, – люди в таких коллективах работают с гораздо меньшими эмоциональными нагрузками. Они, проще говоря, рады заниматься любимым делом сообща. А в сложившейся экономической ситуации подобные навыки очень важны и двигают страну вперед, обеспечивая ей шанс на выживание в нашем мире.

Я не сразу обратил внимание, что Кайл буравит его взглядом. Может, тоже питает личную неприязнь? У нас с ним мнения о людях часто совпадали.

Но было плевать. Главное, что этот… Миу-миуш найдет ее…

Тяжелые ворота медленно поползли вбок, и я нервно сглотнула.

Каждый визит к дочери – будто маленькая жизнь. Ожидание встречи, радость двух коротких часов и смерть за углом дома. Я буду сидеть еще час на своем излюбленном кирпиче у мусорного бака и изучать новые дырки в бетоне рядом с ним, которые образовались за ту неделю, что я не видела дочь. Но это будет жизнь спустя – через два часа.

Дженни всегда встречает меня у ворот. И сегодня не стало исключением.

– Мама!

Я застыла, глядя на свое солнышко. Несется и светится. Глазки широко раскрыты, и, кажется, тоже плачет. И я реву каждый раз, хоть и обещаю себе, что сегодня сдержусь. Но снова не могу.

Схватила свою малявку, и вместе мы упали в мягкую траву дорогого газона.

– Мама! – вцепилась в меня дочка.

Я уткнулась ей в воротник, пахнувший печеньем, жмурясь:

– Я так скучаю, Джи, так скучаю, – шептала неразборчиво.

– Мам, ну так не уезжай больше! – крепко обнимала меня малышка. – Когда твоя работа уже закончится?

Я зло усмехнулась. Этот миф, что я всю неделю не могу ее видеть из-за работы, меня вынудил поддерживать бывший муж. Якобы, не мои деньги решили вопрос с возможность посещений, а его милость. Я поддерживала этот миф, как и многие до него. Что, к примеру, у мамы все лицо в синяках, потому что она попала в аварию и ударилась об руль. Или она хромает, потому что подвернула ногу…

– Привет, Лакиша…