Мой мышонок лорд преисподней
Шрифт:
— А тебя что, на спорткаре подвозят? — хитро прищурился Виктор.
— Эм… нет, — не сразу поняла девушка к чему клонит школьник.
— Ну и здорово! Значит, там точно больше одного пассажирского сиденья, и для меня наверняка найдется местечко!
От подобного заявления Дана сперва изумлённо распахнула веки, а потом не сдержалась и тихо прыснула со смеху в кулачок.
— Ну ты и наглец, господин ВДВ, — тряхнула она своими угольно-черными локонами. — А казался таким приличным мальчиком.
— Не, я ж не настаиваю именно на этом! — расплылся в обезоруживающей улыбке юноша. — Ты можешь предложить что-нибудь своё. Ну давай, что мне для тебя сделать?
Крылова оглядела одноклассника с ног до головы, и Виктор всерьез напрягся. Почему-то подумалось, что ему сейчас прилетит категоричный от ворот поворот, от которого самооценка до самой пенсии не оправится.
— Ну ладно, будь по-твоему, — благосклонно кивнула Дана. — Угостишь меня кофе, и мы в расчёте.
— Идёт! — поспешно согласился мальчишка. — Тогда на большой перемене и сходим, да?
— Лучше после уроков. Не люблю ни торопиться, ни опаздывать.
— Договорились! С вами очень приятно сотрудничать! — шутливо воскликнул Василевский и, не веря в то, что он это делает, протянул первой красавице школы раскрытую ладонь.
Ой-ё-ёй! Что же он натворил? Зачем так резко полез сокращать дистанцию? Они ведь с Крыловой и не знакомы толком. Рано, слишком рано… В плавании за фальстарт сразу дисквалификация положена, и второго шанса не дают. А, впрочем, жизнь — это не соревнования, тут строгих правил нет. Пан или пропал!
Девушка, явно колеблясь, рассматривала протянутую руку, но пока не спешила её пожимать. Виктор уж было расстроился и сделал движение чтобы стыдливо спрятать ладонь. Но тут собеседница его опередила и очень изящно прихватила Василевского за кончики пальцев.
«Блин, какая же у неё всё-таки гладкая кожа!»
Весь остаток учебного дня Витёк боролся с глуповато-мечтательным выражением, которое норовило наползти на физиономию. И когда прозвенел звонок, ознаменовавший окончание шестого урока, юноша вскочил со своего места самым первым.
— Василевский, вы куда собрались? Домашнее задание уже записали? — заметил его рвение учитель.
— А, да, задание… точно!
Мальчишка, не желая искать дневник, выхватил первую попавшуюся тетрадку и торопливо начиркал на последней странице номера параграфов. Вокруг него снова пронесся шумок легких смешков. Но на сей раз они казались Виктору какими-то добрыми, что ли? Будто бы одноклассники уже смирились с тем, что их новый товарищ слегка чудаковатый.
— Да ты никак сбежать хотел? — обернулась к нему Крылова.
— Ты что-о-о, ни в коем случае! — оскорбился юнец. — Уже решила, куда пойдем?
— Да, есть тут неподалёку местечко, — туманно изрекла она и чуть ускорила шаг, указывая дорогу.
Школьники вышли из гимназии. Прошли по той самой галерее, где совсем недавно Кубовский пытался унизить Виктора. Миновали уже половину футбольного поля. Но всё это происходило в гнетущем молчании. Парня так и подмывало завести разговор на какую-нибудь тему, но он никак не мог определиться. Ну о чем вообще можно с Даной поговорить? Он же ничего о ней не знает! Равно как и не имеет понятия, с чего начать расспросы. А ведь еще и навязчивым не хочется показаться…
— Не боишься со мной рядом находиться? — вдруг подала голос одноклассница, видимо, почуяв, что тот никак не решается заговорить.
— А с чего это мне нужно бояться? — недоуменно нахмурился подросток.
— Ну, как ты сам сказал, со Стасом у тебя уже произошел конфликт из-за меня. История вполне может повторится снова. Ни с Кубовским, так с кем-нибудь другим.
— А, вот ты про что… да не, не страшно! — смело отмахнулся юноша. — Если что-то захотят предъявить, пусть в очередь выстраиваются!
— Хм… а ты мне в первые дни учёбы показался другим, — то ли осуждающе, то ли просто задумчиво произнесла Крылова.
И Виктор тут же устыдился. И в самом деле, чем он бравирует? Чужой силой и умением? Ведь в победе над Кубовским его заслуг ноль целых, хрен десятых. Если кого и нужно благодарить, так это Адастара…
— Если честно, я еще не определился, каким мне быть, — печально вздохнул мальчишка. — Слишком много стресса на меня свалилось в новой школе.
— Знаешь, но ты всё равно молодец, — неожиданно приободрила его спутница. — Обладая такими умениями, ты держался и ни с кем не конфликтовал. Хотя поводов для этого было хоть отбавляй. И судя по историям о том, как ты отделал Стаса, сил бы у тебя хватило поколотить каждого парня в нашем классе.
— Хе… спасибо… — покраснел от похвалы Виктор. Хотя, наверное, его больше смутило то, что он её не заслужил.
— Позволишь дать совет? — тактично поинтересовалась Дана.
— Ну конечно!
— Не ищи, кем бы тебе прикинуться. Просто будь собой. Любая маска, как бы профессионально ты её не носил, рано или поздно надоедает. И в такие моменты удерживать её становится невыносимо. Иногда она может спадать совершенно самопроизвольно, ввергая в смятение окружающих. Они ведь полагают, что знают тебя. А тут вдруг вместо привычного и понятного им человека появляется какой-то чужак.
— Ого! Не ожидал настолько серьезного напутствия… — обескураженно почесал затылок Виктор. — Я думал, вас наоборот учат притворяться и прикидываться, чтобы…
— Кого это «нас?» — резко перебила его Крылова.
— Э-э-э-э… да так, никого! Извини…
— Нет-нет, давай уж, договаривай!
Василевский напряженно выдохнул и сморщился, будто ему в лицо светил нестерпимо яркий луч. Эх, ну и дал же он маху! Вот и как теперь выкручиваться? Правду, может, сказать?
— «Вас» — в смысле, золотую молодежь, — выдавил подросток, ощущая себя невероятно глупо.