Чтение онлайн

— Сейчас договорюсь с Зартоком, чтобы начал закупать продовольствие, — сказал я. — Даже если я его получу с Земли, это будет еще не завтра. А с их приходом цены на продукты могут взлететь.

Остаток дня до ужина я помогал жене выкладывать и сортировать золотой антиквариат. На глаз здесь было полтонны золота и лишь немногие предметы можно было без большого сожаления пустить на переплавку. Потом мы поужинали, и я объяснил пришедшим с дежурства Хонгу с Сардеем, что им сегодня придется спать в заваленной золотом комнате.

— Завтра все уберем, — пообещал я ошарашенным охранникам. — А пока постарайтесь ходить так, чтобы ничего не повредить.

После ужина Адель включила свет и с час читала «Волкодава», а я лежал рядом, думал о текущих делах и время от времени отвечал на ее вопросы. Вопреки моим ожиданиям, книга жену не захватила. Она читала с интересом, но не было никакого сравнения с тем, как читалась «Валькирия». Наконец она отложила книгу и занялась мной. Когда мы закончили, я впервые заметил, что живот у нее хоть и немного, но увеличился.

— Наконец–то! — сказал я и с нежностью его погладил. — А то я уже начал опасаться, что ребенок — это только плод твоей фантазии.

— Это я переела, — запротестовала Адель. — Вовсе он не увеличился!

— То умная, то глупенькая, — сказал я. — Чего ты боишься? Если хочешь знать, нет ничего прекрасней беременной женщины. Может быть, это для многих не так, но только не для любящего ее мужчины, особенно если в ней зреет плод его любви, а не чьей–то еще. Еще не толкался?

— Нет, — ответила она, уткнувшись мне лицом в грудь. — Еще рано. Кирен, скажи, я тебе действительно буду нравиться с животом, или ты так говоришь, чтобы меня не огорчать?

— Я вроде магией не закрываюсь, — ответил я. — Должна чувствовать, когда вру. Понимаешь, внешность очень важна вначале, когда еще нет любви. Часто в нее и влюбляются. А когда любовь уже есть, мужчина на многое закрывает глаза. Я бы соврал, если бы сказал, что мне все равно, как ты выглядишь. Но беременность — это естественно и необходимо. И это всего лишь на время. Вот если ты решишь растолстеть…

— У нас не бывает толстых женщин, — сказала она. — А в ангаре я одну видела. У нее было черное лицо и много жира. Я еще удивилась тому, как можно таскать такую тяжесть.

— Много и часто жрут и мало двигаются, — сказал я. — Ладно, давай спать, а то я тебя действительно не подниму.

Удивительно, но жена встала с кровати без применения крайних мер. Я ей помог одеться и открыл канал в комнату, где проходили переговоры. За столом скучал мужчина, которому я бы дал лет сорок пять. Он был почти в таком же камуфляже, как и мы, только вместо берета у него была шапка с козырьком, которая лежала на столе. Рядом с его креслом на полу стоял саквояж. Увидев нас, он вскочил с кресла и шагнул навстречу.

— Здравствуйте, — первым поздоровался он. — Иван Федорович Матвеев.

— Я принц Кирен, а это моя жена Адель, — представился я. — Естественно, тоже принцесса. У нас сейчас ночь, поэтому для визита сюда приходится работать семейно. Вы тот самый представитель правительства?

— Скорее, наблюдатель, — поправил он. — Мое дело ознакомиться с вашим положением и доложить, чтобы руководство могло решить, как вам лучше помочь.

— Фотографии у вас? — спросил я. — И еще должно быть нечто вроде прейскуранта.

— Все бумаги у меня, — ответил он, протягивая мне пакет. — Возьмите.

— Тогда берите свои вещи и идите в канал, — сказал я. — Сейчас отправим вас во что–то вроде офицерского общежития, а сами ляжем досыпать. Утром дадим вам знание языка и отправим с большим воинским отрядом навстречу беженцам. Окажитесь, так сказать, в гуще событий. В отряде будет четыре сотни хорошо вооруженных бойцов, но это вовсе не значит, что все они будут вас защищать. Оружие имеется?

— Взял пистолет, — ответил он. — Пока в саквояже.

— Ладно, дадим свой автомат, — сказал я. — Если не передумали, шагайте.

Жена открыла канал в спальню, и он первый в него шагнул.

— Следуйте за мной! — приказал я и повел его к дружинникам.

Когда я вернулся, Адель уже спала. Я бросил пакет на столик, быстро разделся и лег в кровать. Сон пришел почти тотчас без всякой магии.

Проснулся я за час до завтрака. Дисплей мобильного телефона, взятого у Гриффина, показывал восемь утра, поэтому я быстро оделся и неполноценным каналом ушел на склад, куда должны были поступить винтовки. Огромный штабель ящиков с оружием и патронами протянулся на половину склада, а за ним были сложены большие и маленькие коробки. Видимо, это были заказанные телевизоры и твердотельные накопители. Солнечных станций пока не было. Я достал телефон и вызвал Фрэнка.

— Я вас не разбудил? — спросил я, когда прошло соединение. — Забежал на склад проверить винтовки и решил позвонить. Послушайте, Фрэнк, вы не могли бы взяться за организацию одного дела? У меня есть пара сотен ювелирных и других изделий из золота. Нет, я не хочу их продавать. Понимаете, это все, можно сказать, шедевры ювелирного искусства, причем многие изготовлены с применением магии много сотен лет назад. Вот я и подумал, что если все это где–нибудь выставить… Общий вес всех изделий около трехсот килограммов. Я бы хотел узнать, как можно быстро организовать выставку, будет ли обеспечена сохранность этой коллекции и какой доход это может дать?

— Вы можете дать мне на время несколько образцов? — спросил Гриффин. — Одно то, что ваши изделия из другого мира привлечет к ним огромное внимание, но если правильно организовать рекламу и разместить вашу коллекцию в престижном выставочном центре, от посетителей не будет отбоя, охрана обеспечит сохранность всех экспонатов, а на доходы вы сможете покупать все необходимое, не тратя золота. По крайней мере, так будет первые год–два, пока сохраняется новизна.

— Сегодня заброшу в комнату прибытия, — пообещал я. — Примерно через три часа. Только смотрите, Фрэнк, чтобы их у вас не увели. Это не просто золото.