Чтение онлайн

– Куда? – немного растерянно посмотрела на нее.

– На фабрику твоего отца, на встречу с Арманом! Ты что уже забыла? – она с предвкушением улыбнулась и захлопала в ладоши. – Я встречусь с самим гением, даже не верится! Если бы не ты, я бы и не подумала о подобном знакомстве. Как думаешь, он сможет сделать мне платье для приема Розенбергов?

– Разве мы собирались ехать сегодня? Отец ничего не говорил мне об этом.

– Дядюшка всегда очень занят, так что я решила позаботиться о нашей поездке сама. Не волнуйся письмо дяде и на фабрику я уже отправила, там все в курсе, что мы приедем.

Что мне делать? Отказаться? Скосила взгляд на Эллу, та все ещё стоит за мной с безучастным видом. Неужели ее так задела дурацкая фраза Сью? Я прочитала все книги в этом доме за пару дней, которые не успела прочитать Рианна, мне нечем здесь заниматься.

– На обратно пути заедем в книжный магазин? – отстранилась назад, когда Элла откатила кресло от стола. – Мне нужно прикупить новые книги.

– Как скажете, леди Рианна, – кивнула моя служанка, и я почувствовала себя как-то неловко. Она что злится на меня? Почему? Я же ее защитила. Что я сделала не так? Этот мир убивает мою логику.

Распрощавшись с кузиной, которая пошла переодеваться перед визитом на фабрику, отправилась наверх, где меня уже ждал Курт, с припрятанной жареной свининой. Запах от него шёл такой, что не пустить слюни было невозможно.

– Принцесса идет отдыхать? – подмигнул мне, выразительно касаясь кармана, из которого торчит пакет, набитый едой.

– Леди Рианна поедет с леди Сюзанной на фабрику, – сухо ответила моя «мамочка», все больше показывая, что она на меня злится. Да что я сделала-то?

– О как, а господин в курсе? – с сомнением переспросил Курт, и я впервые почувствовала себя не просто зависимой от этих людей, но и в ловушке. Ведь мало одного моего желания куда-то поехать или пойти, без Эллы и Курта мне этого элементарно не сделать.

– Сью его предупредила, давайте поспешим, – сказала, заставляя себя протянуть руку к Курту.

Мужчина ухватил меня на руки и понес наверх, Элла пошла следом. Все приготовления шли в абсолютной тишине, Элла даже не настаивала на косметике, хотя всегда говорила, что для леди это неприемлемо. Только на большой банке с кремом от солнца настояла.

– Ваши ежедневные прогулки с Куртом дали свои плоды, ваша кожа уже утратила благородную белизну. Так нельзя, вы так на простолюдинку стали похожи. Что о вас подумают остальные? – принялась она знакомо возмущаться, в этот раз куда суровей, чем обычно.

– Элла, разве их мнение так уж важно? – чуть улыбнулась ей и неожиданно наткнулась на ее вспышку гнева.

– Вам следует лучше следить за своим языком. Мне уже кажется, что я недостаточно вас воспитала, раз вы говорите подобные глупости.

– Что ты имеешь в виду? – прищурилась я в ожидании ответа.

– Приравнивать обычную служанку к леди и господину Карвалье? Вы в своем уме? Это не просто моветон, а неописуемый позор и оскорбление благородного рода Карвалье. Вам не стоит больше говорить подобные глупости! – принялась она говорить, убирая часть моих шпилек, чтобы прицепить на мою голову шляпку.

Она замолчала, а я серьёзно задумалась. Ее возмутила то, что я ее защитила и приравняла к члену своей семьи? Как-то это странно по меркам моего мира и воспитания. Мне казалось, такие слова должны быть ей приятны, и она будет чувствовать гордость за меня, а не стыд.

– Элла, а кто сказал, что ты не достойна быть членом моей семьи? – спросила у нее, смотря в зеркало. Моё отражение с легким загаром и смягчившимися скулами куда лучше того, что было раньше.

– Прошу прощения? – опешила моя служанка.

– Мой отец или я хоть раз говорили тебе о том, что ты нас недостойна? Или мы плохо относились к тебе, недостаточно уважительно? – продолжила на нее давить.

– Нет, что вы, леди, я…

– Так это ты сама решила, что недостойна меня и моего отца? – уточнила у нее, смотря на нее в отражении зеркала. Ее глаза на мгновение расширились, и я заметила ее настоящие чувства, а главное неуверенность.

– Я недостойна такой чести, – она склонила голову и продолжила копаться в моих волосах.

– Кто тебе так сказал? Я или отец?

– Нет, что вы. Но это – правда, общественные устои и мнение… Обычная служанка никогда не будет ровней господину и госпоже.

– Элла, спрошу снова: разве мнение чужих людей так уж важно? Ты боишься порицания и сплетен, но порицания и сплетни будут всегда, а вот счастье свое можно и упустить.

– Нет, госпожа, я… – она запнулась, взглянув на меня, мы обе знаем, о чем, а точнее о ком говорим. – Меня делает счастливой даже то, что я просто прислуживаю вам.

Она опустила глаза, а я вздохнула. Дальше любые попытки поговорить об этом она жестко пресекала. Надев на меня розовое платье, в котором из-за пышной юбки, что начиналась под грудью, я почему-то напомнила себе розовый зефир, мы все же спустились на низ. Моё походное кресло по-прежнему вызывало во мне интерес, ибо другого случая на нем покататься у меня за эти дни не появилось. Когда к нам вышла Сью, от ее красоты зарябило в глазах. Лимонное платье из тонкой шифоновой ткани искусно задрапированной и сложенной в несколько слоев, чтобы соблюдать все приличия, выгодно подчеркивало ее цвет волос и прекрасную фигуру. В этот раз мы поехали в карете, запряженной тремя скакунами, судя по гербу на дверце, карета принадлежит герцогу. Молчаливая служанка Сью открыла для нас дверь, а Курт внес меня в карету и усадил. Кресло сложили и оставили в багажном отделении. Сам мужчина уселся вместе с кучером. Элла зашла в экипаж вместе со мной и села рядом, напротив Сью и ее служанки.

– Дорога займет больше времени чем на машине, но папочка отказался мне давать ее сегодня, видите ли мачехе очень понадобилось пройтись по магазинам с детской одеждой, – фыркнула Сью, когда карета неспешно двинулась.

– На каком она сроке? – чуть улыбнулась, замечая на лице девушки неприкрытую ревность. Какой же она ребенок, никак не могу к этому привыкнуть.

– Весной рожать, а ее так разнесло, словно уже на днях. Совершенно не понимаю, почему герцог ее ещё не выгнал, а наоборот балует. Представляешь, она уже начала делать ремонт в одной из моих комнат! Они собираются сделать детскую для этого отпрыска в моей комнате! – она от возмущения даже топнула ногой, а я подавила улыбку от этого зрелища.