Чтение онлайн

После того, как Надя сервировала для нас стол к завтраку, я подозвал её к себе.

— Пожалуйста, поднимись в мою спальню и пригласи Дашу завтракать. Если она спит — разбуди её и скажи, что я жду внизу. Убедись, что она тебя поняла, она должна дать четкий ответ. Да, и… я вчера передавал Паше сумку девушки, захвати её с собой. Возможно, ей понадобится что-то из её вещей. Если возникнут какие-нибудь проблемы, набери мне.

— Не беспокойтесь, Олег Владимирович, я все поняла.

Надя ушла из кухни, а я остался ждать за столом, просматривая почту на лэптопе.

Даша спустилась через пятнадцать минут. Одетая, причесанная. Несмело подошла к столу, избегая смотреть мне в глаза.

— Доброе утро, Даша.

— Доброе утро, Олег Владимирович, — ответила девушка себе под нос.

— Для тебя просто Олег. И, пожалуйста, обращайся ко мне на «ты».

— Хорошо, — слишком легко согласилась она.

— Присаживайся, — указал кивком на соседний с моим стул.

Она снова беспрекословно подчинилась.

Надя принесла и поставила перед нами блюда со своим фирменным воздушным омлетом с помидорами и беконом, разлила по чашкам зеленый чай, и оставила нас наедине. К моему удивлению, Даша без лишних напоминаний сразу приступила к еде.

Мы позавтракали в тишине, после чего я планировал перейти в гостиную и вытянуть её на откровенный разговор, но внезапно девушка сама первой нарушила молчание.

— Я хочу извиниться за вчерашнее, — надломлено произнесла она, глядя в свою пустую тарелку.

— Тебе не за что извиняться, Даша.

Девушка вдруг подняла взгляд и стала смотреть мне прямо в глаза. Она словно боролась с собой, я буквально кожей чувствовал, насколько нелегко ей это даётся.

— Вы были добры ко мне, обещали заботиться, а я… Отплатила вам такой неблагодарностью. Мне очень жаль, что так вышло…

Было ощущение, что мне только что влепили увесистую пощёчину. Почувствовал себя таким редкостным дерьмом, что даже от самого себя затошнило.

— Мне не нужна от тебя никакая благодарность, — сказал слишком резко, она тут же съёжилась вся, и снова спрятала взгляд. — Я, наверное, слишком самонадеянный, но мне казалось, что я тоже нравлюсь тебе, Даша. Как мужчина. Именно поэтому ты здесь. Вчера я впервые допустил мысль, что это может быть не так. А потом, когда застал тебя на полу в слезах, окончательно в этом убедился.

— Вы все неправильно поняли, — замотала она головой, — Вы действительно нравитесь мне… Как мужчина. Просто я такая… Ненормальная. Не знаю, что на меня вчера нашло. Пожалуйста, простите меня за это.

Непроизвольно поморщился от её слов. Подобная великодушная жертвенность со стороны девушки не вызывала ничего, кроме раздражения. Если бы она меня обвинила в том, что это я довел ее до такого состояния, обматерила или даже послала куда подальше, я бы чувствовал себя гораздо лучше, чем после подобных заявлений.

— Прекрати просить прощения, Даша. Это я должен извиняться перед тобой.

— Вовсе нет. Вы не виноваты в том, что я такая дикая. Ведь близость между мужчиной и женщиной, которые нравятся друг другу — это нормально…

— Даша, посмотри на меня.

Девушка выполнила просьбу, и снова я видел, насколько тяжело ей даётся просто смотреть на меня.

— Скажи мне, тебя насиловали?

Ее лицо тут же вспыхнуло, глаза округлились, забегали, а после взгляд снова уткнулся в стол. Она могла ничего не отвечать, я уже и так знал ответ.

— Кто это сделал? — постарался произнести вопрос спокойно, но самому хотелось рвать и метать. Изнутри поднималось такое чувство бешеной ярости, какого я давно уже не испытывал.

— Меня никто не насиловал, — сдавленно произнесла девушка севшим голосом. — Просто я сама по себе такая дурная.

— Не ври мне, — строго посмотрел на неё. — Не нужно меня стесняться, Даша. Просто скажи, кто это сделал?

— Никто, я же говорю — никто! — взволнованно затараторила она. Но сомнений у меня не оставалось. Врать девчонка не умеет совершенно.

— Хорошо. Я и без твоей помощи узнаю, кто, и накажу эту мразь.

— Нет! — взвизгнула она испуганно. — Прошу вас, не надо этого делать!

В глазах девчонки плескался неподдельный страх, и я искренне не понимал, в чем может быть его причина. Наблюдать еще одну истерику в её исполнении хотелось меньше всего, поэтому усилием воли подавил внутри себя приступ злости, и постарался придать своему голосу максимальную мягкость:

— Успокойся, Даша. Просто объясни, почему я не должен этого делать?

Губы девушки сильно задрожали, по щекам побежали слезы.

— Они… Они сказали, если я расскажу хоть кому-нибудь, то они убьют маму… Они способны на это, я знаю! Пожалуйста, не нужно никого искать и ничего делать. Умоляю вас!

Теперь мне хотелось крушить и ломать. Убивать. Одному черту известно, чего стоило внешне оставаться спокойным.

— Они? — переспросил довольно сухо.

Девушка снова потупила взгляд и не произнесла больше ни слова.

Поднялся из-за стола, обошел сзади стул, на котором она сидела, положил ладонь на хрупкое маленькое плечико и легонько сжал. Я не знал, что говорить в таких случаях, какие слова могут подбодрить, поддержать девушку. Понятия не имел, как себя вести с ней дальше. Только одно я знал совершенно точно. Кто бы и при каких обстоятельствах с ней это не сделал — им не жить.

— Не переживай, Даша. Твою маму никто пальцем не тронет.

За последние два года вот уже третий раз жизнь Даши перевернулась с ног на голову. Сначала внезапная смерть папы… Горе, обида на весь мир, непонимание. Вынужденное отчисление из университета из-за невозможности дальше оплачивать обучение. Потом, едва они с матерью успели немного оправиться от шока после потери близкого человека, как Дашу поджидал новый удар.