Чтение онлайн

«Она умеет давать отпор, в отличие от тебя.»– твердил внутренний голос, который в этот раз я решила послушать.

Когда ужин был приготовлен, я позвала бабушку и Района, что заводил лошадей в конюшни. Наложила каждому порцию сырного супа и налила натурального яблочного сока.

Сегодня мне удалось найти вакансию официанта. Место было не совсем приятным, но времени для выбора как такого не было. Оно было на исходе.

– Как ты себя чувствуешь, бабушка? – спросила, присаживаясь рядом с ней за стол.

– Если не считать треклятого кашля, готова творить чудеса.

Я смеюсь, делая глоток сока. Яркий, янтарный взгляд останавливается на мне.

– Дитя, ты не обязана так изводить себя в поте лица, – нежно проговорила Джорджия, кладя свою морщинистую руку поверх моей, – Мы можем…

– Не надо, бабушка, – перебиваю её, зная куда может завести этот разговор. За последнее время их было более, чем достаточно. – Я должна спасти наш дом, иначе возненавижу себя. Мы обязательно справимся и ты победишь болезнь.

Она кивает, целуя меня в обе щеки и нос, отчего на душе становится теплее. В такие моменты мне поистине хотелось сжаться калачиком на коленях бабушки, забыть о грядущем и просто спрятаться.

– Верно, дитя. Справимся.

Дарю ей улыбку, слыша как входная дверь открывается, сообщая, что Район через минуту присоединиться к нам.

– Мы против всего мира, – шепчу, крепко обнимая её, пока оставалось время побыть наедине.

– Всегда и навечно, – договаривает Джорджия девиз семьи Ловетт.

Сглотнув ком, застрявший в горле, отстраняюсь с улыбкой на лице. Я была счастлива, хоть и беспокоилась о предстоящих проблемах. Может в моем кармане было не так много денег, но я была поистине богата тем, что имело стоимостью выше баксов.

У меня были любящие люди.

«И, у тебя есть я!» – Добавил внутренний голос.

К сожалению, черт тебя, побери… Хотя кого я обманываю, с ним внутреннее одиночество не имеет значения, поэтому он вообще существует.

Вайолет

Сходя рано утром на собеседование, чтобы устроиться официанткой, я была безумно рада, что получила эта работу. Завтра первый рабочий день.

Провожу рукой по шелковистой, черно-белой гриве Беллы на что получаю радостное ржание. Она придвинула мокрый нос давая прикоснуться к ней для ласки.

Лошадь была белоснежной, напоминая первый снег или же яркий свет Луны. С выразительными светло-голубыми глазами, как ясное небо, не затронутое тучами.

Бабушка часто любила давать имена животным в зависимости от их внешности или же характеристики. Эта лошадь славилась покладистостью, надежностью и своей чарующей красотой. Любимица бабушки.

– Красавица Белль, – шепчу с улыбкой на губах, протягивая ей кусочек яблока.

Рядом слышится недовольное ворчание Энцо, который считает себя обделенным в ласке. Качаю неуверенно головой, сдерживая смешок.

– Не ревнуй, – произношу, наливая воду в металлическую поилку. – Ты-то уж точно не обделен любовью, врунишка.

Конь стукнул копытами по сену, явно оспаривая мое заявление. Он отвернулся к стене, напоследок хлестнув хвостом по ограде. Его стойло находилось напротив Беллы

– Поворачиваешься ко мне задницей? – удивленная выходкой бормочу, складывая руки на груди.

Черная, как смоль морда поворачивается, высовывая язык, а затем отворачивается. Я смеюсь, поднимая кусочек сена, чтобы кинуть в нахала для профилактики.

– Вот и дуйся.

Закончив наливать воду в поилки, перехожу к наполнению сена и овса в стойлах.

Кто бы мог подумать, что в двадцать один год я буду души не чаять в животных? До того, как отец ушел от мамы, мы жили в Нью-Йорке и только изредка приезжали навестить бабушку, которая с ума сходит по своему ранчо или как это можно было назвать? Ведь, здесь не было других животных, помимо лошадей и всеми любимого кота Носферату. Но ничего в этой жизни не может быть вечно. Некоторое рушиться, чтобы потом заново восстать в новом облике, что-то так и остается разрухой. Так что жить на отшибе Кабо Сан Лукаса еще не так плохо и звучит.

Будто услышав мои мысли, Энцо обернулся с некоторой грустью на глазах. Он фыркнул, подходят ближе ко мне, а после толкнул носом в лоб. Его длинная шея выходила за пределы ограды, но он явно не ощущал дискомфорта на коже, в которую упиралась твердая поверхность.

– Поняла, поняла, – поднимаю руки вверх. – Я и не собиралась уезжать отсюда, Энцо.

Удовлетворенно кивнув, Энцо опять отвернулся хлестнув хвостом. С моих губ вырвался резкий смех. И, как можно говорить, что животные глупые создания?

– Снова разговариваешь с животными, – вопрос, который прозвучал словно утверждение. Обернувшись на исходящий звонкий голос, замечаю Района.

Заправив прядь волос за ухо, я была немного потрясена нарушением своего личного пространства.

– А ты вновь подглядываешь за мной? – открывая стойло Энцо, заметила я.

– Не совсем, – оттолкнувшись от косяка, с легким смешком ответил парень, – Миссис Ловетт старшая сказала, что тебе не помешала бы помощь. Я закончил с садом и с удовольствием могу ее оказать тебе.