Чтение онлайн

– Я ходил за вещами, только и всего, — отвлекаясь от поцелуев, Макс хрипло шепчет на ухо, прикусывая мочку, сильнее раззадоривая мое изголодавшееся по нему тело. — А вопросы я решал с Лехой.

— Ты залез на меня болтать? — стягиваю мешающее нам обоим полотенце, повязанное вокруг его бедер.

Испытываю чистый кайф рядом с ним, наполняясь им и даря себя без остатка, без стыдливого румянца, без ограничений. Лишь с полным ощущением любви, оба срываемся в пропасть глотая обоюдные стоны, становясь одним целым…

Максим

— И чего ты не спишь? — тихо спрашивает Марго, ступая в пятно света, отбрасываемого уличным фонарём. — Снова кошмар?

Шлепает босыми ногами по остывшей от дневного солнцепека плитке, рефлекторно натягивая футболку пониже, закрываясь от свежести порывистого ветерка. Будто хлопчатобумажная вполне лёгкая ткань может согреть, натяни она её себе до пяток.

Маргарита обходит свободное кресло и садится мне на колени, крепко прижимаясь к моей груди, слегка передернувшись от ночной прохлады. Её тело такое горячее, всё ещё хранящее уютную температуру после расставания с одеялом, так ярко играет на контрасте с моими чуть продрогшими руками, которыми я охотно обнимаю свою девочку. А она благодарно кутается в объятия, тоже крепко стискивая руки.

Ближе жмётся и я чувствую знакомую смесь шампуня, геля для душа и крема. Особенный запах, давно проникший в меня и осевший надолго.

— Не переживай, бывает иногда, — хочу поцеловать, но получается лишь вскользь коснуться волос, Маргарита юрко изворачивается, убирая голову с моего плеча.

— Уже вторую ночь подряд, — чуть отстраняется, пытаясь заглянуть мне в лицо с немым укором или любопытством в собственных глаза, а в тех отражается и моя усталость и, раздражение к таким вот бессонные ночам. И к тайнам, которые я не решаюсь открыть. — Это же неправильно.

— Я привык и это не доставляет мне никакого дискомфорта, — разговор сворачивает в совершенно ненужную тему. Запретную, болезненную и я пока не готов обсуждать нюансы, вдаваться в подробности. Потому-то прячу волнение в ложбинке между ее ключиц, целуя и скользя к шее, которую Маргарита любезно мне вверяет, слегка отклоняя голову, соблазнительно предоставляя доступ к пульсирующей жилке.

— А мне доставляет, — констатирует она, бездарно пытаясь не обращать внимания на мои ласки.

— И чем же?

Спрашиваю, впрочем, не наседая сильно, а просто поддерживая нить разговора и обдумывая куда можно соскочить с неприятной темы, ведь ясно же хитрюга сдаваться не намерена. Станет методично капать на невыспавшийся мозг, требуя ответы на все вопросы, какие только взбредет ей в голову задать.

— Ты ворочаешься, иногда очень сильно пинаешься. Стонешь и нередко кричишь, — сделанным усердием уворачивается от поцелуев, тем не менее, изредка уступая и подставляя губы, пахнущие чем-то сладковатым.

— Так ты тоже в последнее время не тихоня. Много и часто стонешь.

Игриво прикусывая Маргарите, обиженно оттопыренную нижнюю губу, чувствую, как она языком щекотно скользит по верхней моей. Дразня и соблазняя, заставляя привороженно ослабить хватку.

— С твоими кошмарами надо что-то делать, — задумчиво стирает влагу со своего рта.

— Надо, уставать надо, — целую кончик её носа, подмечая что он слегка прохладный, и Марго им тут же прячется в вороте футболки. — А мы с тобой только и делаем, что попы на шезлонгах протираем. Вот вернёмся домой…

— Кстати, о доме, — перебивает меня, но продолжать не спешит, будто подбирает слова или боится ляпнуть то, что сейчас волчком крутится на её языке.

На моем вертится лишь одно и я смело заявляю: — Я не отказываюсь от своего предложения и больше тебе скажу, струсишь переезжать ко мне, — ввинчиваю слова в подсознание Марго, усердно ввинчиваю, чтобы там успешно укоренилось моё желание, плавно перетёкшее в навязчивость. — Я перееду к тебе.

Маргоша молчаливо смотрит широко распахнутыми глазами, моргая с невероятной частотой, что своими взмахами ресниц может соперничать с ветерком, приносящий с моря влажный остывший воздух.

— Чего ты испугалась? Спать вместе? Жить вместе? — накидываю варианты, но разговорить не получается. Всё та же непробиваемая маска удивления на лице. — Терпеть мои вредные привычки? Мириться с ночными кошмарами и недосыпом из-за них?

— Я боюсь привыкнуть к хорошему, — раздаётся шёпот, настолько тихий, что я едва слышу. — А отвыкать всегда тяжелее, — горько усмехается, непривыкшая к сладкой жизни Маргарита, отчаянно сопротивляется перспективе обрести что-то хорошее.

— Ты ещё и порог моей квартиры не переступила, а уже думаешь о плохом и возможном расставании, — сейчас я ощущаю легкий флёр злости из-за недоверия Марго. Ко мне, к искренности моих чувств, к нашим отношениям. Хочется коснуться её подбородка, приподнять его, чтобы отчётливо видеть реакции. Но ладонь юрко ныряет под футболку. — Где я так накосячил, что ты мне не доверяешь?

Спрашиваю в открытую, не видя смысла что-то вуалировать или замалчивать. И будь что будет после её ответа.

— Ты сам так часто отталкивал меня под всевозможными предлогами, — апеллирует к фактам, имеющим место в нашей жизни "до". — Что теперь очень страшно шагнуть в совместную жизнь. Плюс твоя скрытность, меня всё это пугает. Одно дело встречаться, — Марго вполне ощутимо вздрагивает, когда я пальцами прохожусь вдоль её позвоночника, остановившись на пояснице. И в данный момент я сам напряжен, как и её спина, ровная, донельзя выпрямленная. — Другое жить — двадцать четыре на семь, бок о бок.

Тут я полностью согласен, мне не приходилось раньше жить с кем-то, такой расклад в новинку для меня, я силен лишь в непродолжительных любовных связях. Но концентрированное удовольствие от предвкушения просыпаться каждое утро рядом с Крайновой, стирает тонкую грань. А пронзительное желание, замешанное на похотливых мыслишках, каждую ночь безрассудно любить ее, сносит с тщательностью выстроенные заслоны к чертям. Утягивая в пучину эмоций, уговаривая наконец-то попробовать взрослую жизнь, уже с полной ответственностью за свою женщину.