Шрифт:
Бабушкам и дедушкам, которые рассказали мне об особенной любви.
– Привет, дорогая, – мужчина открыл глаза в незнакомой квартире, поцеловал сонную жену и встал с кровати.
В комнате пахло новой мебелью – древесиной и свежей краской. Чистые простыни приятно похрустывали от каждого движения. После долгого перелёта мышцы были ещё очень напряжены, и женщина устало застонала, приподнимаясь на кровати.
Кирилл сидел на подоконнике, как подросток, поджав ноги к груди и мечтательно глядя на горизонт. Там, прямо над крышами пятиэтажек, рождался рассвет. Его первый рассвет в Лос-Анджелесе за долгое время.
Для такого момента Вера издала слишком громкий звук и теперь застыла без движения, надеясь, что муж её не заметит.
– Эти старикашки занимаются аэробикой в 6 утра, по-ихнему, – после небольшой паузы уточнил мужчина, взглянув на часы.
Кроме них и трусов-боксёров с изображением перцев чили на нём ничего не было, и Кирилл задумчиво потёр колено.
– Подумать только! Они вообще слышали что-нибудь про артроз?! Посмотри, ты только посмотри! – он ткнул пальцем в стекло, целясь в конкретного пожилого мужчину в спортивном костюме. – Он задирает ноги, как двадцатилетний! Во даёт!
Вера подошла ближе и выглянула в окно.
– По-моему отличная аэробика.
– Отличная! – усмехнулся мужчина. – Скажешь тоже! Я бы никогда не встал в такую рань!
На телефоне, прислонённом к окну, шла запись видео, и тайм-код в углу экрана показывал 60 минут.
– Ты что-то снимаешь?
– Да, – Кирилл махнул рукой, как всегда делал, если его заставали за особым проявлением чувств. – Это называется таймлапс, я видел такую штуку на YouTube. Это когда долго что-то снимаешь, а потом, в специальном приложении, ускоряешь видео.
– Неплохо, – женщина улыбнулась и посмотрела на экран. – Думаю, твой смартфон неплохо справляется.
– Ну так, – гордо кивнул он, не сводя глаз с процесса аэробики в соседнем дворе. – Смартфоон!
Когда у Кирилла сильно упало зрение, сын подарил ему телефон с большим экраном и такими же большими кнопками. Недолго думая, мужчина прозвал его "смартфон" и вот уже который год не соглашался ни на что менять. "Мой смартфон лучший!". Теперь этот телефон вёл запись самого зернистого и нечёткого таймлапса на свете, но Кирилл был счастлив.
– Когда Дима увидит, на что способен этот аппарат, он и себе такой захочет!
Вера тронула мужа за плечо, и Кирилл замер. Его взгляд стал блуждать по пейзажу за окном, коснулся красного рассвета, холмов на горизонте и, когда женщина убрала руку, он выпрямил ноги, убрал телефон и спустился с подоконника. – Ты права, я занимаюсь ерундой.
Вера удивлённо взглянула на мужа.
– Я… я просто имела ввиду, что…
Кирилл поморщился, не желая дальше слушать. Его кисти сжались и тут же разжались, он пробежал пальцами по воздуху и взглянул на жену.
Он стоял перед Верой самый настоящий и честный и так же прямо смотрел в глаза, как на первом свидании на берегу океана. И Вера сразу поняла, что он чувствует. "Карим глазам нельзя верить", – как-то сказал Кирилл, но её они ещё ни разу не обманули. Ни разу, за все 45 лет знакомства.
– Думаю, твой таймлапс вышел отменным, – она вымеряла каждое слово, как сапёр, шагающий по минному полю.
– Не уверен, – буркнул он себе под нос. – Я уже ни в чём не уверен.
Бах!
Кирилл прошёл мимо неё, по-старчески шаркая ногами, и это походка никак не была связана с возрастом. Он был скорее одним из тех пожилых людей, кого можно увидеть рано утром с палками для скандинавской ходьбы в руках. Собственно, это и был он. Каждое утро Кирилл просыпался раньше жены, тихо выходил в коридор и начинал делать зарядку. Где-то во время третьего подхода его дыхание становилось громче, и Вера просыпалась. Она всегда продолжала лежать в кровати, чтобы не спугнуть его утро. Каждому человеку нужно время только для себя.
К слову, это были верины самые любимые 30 минут. Тонкие занавески колышутся в такт утреннему ветру, солнце рисует силуэты окна на полу их светлой спальни. Она лежит в кровати и слушает его дыхание. Шумное, живое, близкое. Это осознание тоже не пришло к ней с возрастом. Она всегда умела ценить то, что он дышит. Часто это было единственным, что спасало её, вытаскивало из трясины отчаяния.
И поэтому сейчас, когда он вышел из комнаты, ссутулившись и тяжело дыша, она заволновалась.
На кухне зашумел чайник, заиграла музыка, послышались постукивания. Он сидел за столом, и его тонкие пальцы нервно бегали по столешнице.
"Отличная квартира", – подумала Вера, оглядывая спальню.
Они запланировали эту поездку очень давно, когда ещё не было сервисов по бронированию квартир и тренда на съёмку таймлапсов из путешествий. Они запланировали эту поездку, когда волосы Веры были гуще и пышнее, а Кирилл не носил очки с толстыми линзами. 45 лет назад они точно знали, что снова окажутся здесь. Вместе.
Вера несколько минут побродила по комнате, прислушиваясь к звукам на кухне. Вода мерно налилась в кружку, ложка звонко размешала сахар. Кирилл сел за стол, выпрямив спину и поставив стопы параллельно друг другу. Только тогда женщина открыла дверь и вышла из комнаты.
– Тоже хочу чай, – как бы ненароком бросила Вера, проходя мимо мужа.
Кирилл недоверчиво посмотрел ей в спину, и женщина дёрнула плечом, отгоняя лишние вопросы.
– Чай, Кир, чай. Говорю же, больше никакого кофе. – Прямо как сказал тот любезный доктор?
– Да, – ехидно ответила женщина. – Он меня убедил.
Она поставила чашку и села за стол.
Прямо напротив окна высоко к небу тянулись пальмы с узкими зелёными листьями. Небо отливало тёплой синевой. Вера посмотрела вокруг себя и в который раз попыталась осознать, что всё это не шутка.
– Мы в Лос-Анджелесе, дорогой…
Под столом она нащупала его ладонь и нежно прикоснулась. Кирилл замер.
Несколько секунд Вере казалось, что всё хорошо, и сердце уже принялось наполняться радостным теплом, когда мужчина вдруг закашлял, убрал руку и встал из-за стола.
Конец ознакомительного фрагмента.