Чтение онлайн

Словно угадав мои мысли, старик усмехнулся и продолжил:

— Александр Петрович принял подарок, и девушка предложила подбросить его до посольства на своей роторной колеснице. Она попросила господина Назарченкова не вызывать полицию и не составлять никаких протоколов, так как она боится, что это станет известно ее папе и, главное, дяде, подарившему ей спортивный кабриолет. Она пообещала, что за два дня «Тойоту» приведут в порядок, а на это время пригласила господина Назарченкова съездить с ней на Кануй, где у ее семьи есть вилла. Разумеется, вся поездка будет за ее счет. Александр Петрович от природы туповат. Он самоуверенно решил, что сам лично очень нравится девушке. Он предупредил начальство, что в выходные его не будет в Бангкоке, без труда наплел что-то жене, впавшей в эйфорию от полученного в подарок кулона, и примерно двадцать минут назад приземлился в аэропорту Кануя. Через несколько минут Дайана со спутником сядут за соседний столик.

— А эта Дайана тоже член клуба?

— Дэйв, отец Дайаны, здесь шеф-повар. А дядя — владелец клуба.

— Значит, Назарченкова приведет сюда ваша племянница.

— Пожалуй, что так… племянница… — с неожиданной странной грустью вздохнул старик.

В этот момент передо мной возникла тарелка дымящегося супа. На середину стола установили серебряное ведерко со льдом, в котором торчала запотевшая бутылка с белым эльзасским креманом. С легким хлопком бутылка открылась, и мой бокал наполнился ароматным игристым вином. От лопающихся на поверхности вина пузырьков исходил неповторимый аромат винограда сорта гевюрцтраминер. «Ну что ж, — подумала я. — Видимо, в моем молоке всегда будет шампанское!» И тут же стало очень тошно, когда я осознала, что не могу проверить, не пьет ли сейчас какую-нибудь бурду та дрянь, что кормит моего ребенка.

— Этот суп приготовлен в твою честь, — прервал мои размышления Большой Тао. — Том-ям а-лярус.

— Не поняла, — удивилась я и взяла в руку серебряную ложку с эмалированным золотым дракончиком на ручке.

— Вначале варится крепкий рыбный бульон из нескольких сортов рыбы. Дэйв обычно использует местную туну и парную норвежскую семгу, которую нам доставляют самолетом. Затем бульон процеживается, и сварившаяся рыба возвращается в него уже отделенная от костей и кожи. Отдельно готовят брез — пассеруют лук, мелко тертую морковь, чеснок, соленые огурцы, острый стручковый перец и томатную пасту…

— Но ведь так варят рыбную солянку?

— Правильно! Только Дэйв, после того как брез попадает в бульон, добавляет туда немного морепродуктов, корень лимонной травы, сок лайма и свежий имбирь. Это существенно дополняет и даже меняет вкус супа.

Я попробовала. Было потрясающе. Это и впрямь был том-ям, но в то же время типичный русский вкус тоже, несомненно, присутствовал. «Хорошо бы, чтобы и Маленькая Линя одобрила это огненное блюдо», — подумала я, заливая пожар во рту ледяным игристым вином.

— Наш с Дэйвом отец хотел, чтобы мы, как и он, стали поварами. Он начал учить нас обоих, но надежды оправдал только мой брат.

Большой Тао объяснил мне происхождение своих познаний в кулинарии, но сам при этом ничего не ел. Перед ним стоял большой хрустальный стакан, на дне которого плескалось его любимое виски. Вообще мой кавалер изрядно выделялся среди остальных посетителей клуба — на фоне элегантных мужских костюмов и женских вечерних платьев его зеленая шелковая рубашка, расписанная золотыми драконами, смотрелась странно. Хорошо еще, что голые костлявые ноги и его невообразимые тапочки не были видны из-под скатерти.

Наконец появились наши долгожданные соседи: высокий светловолосый красавчик лет тридцати от роду и ослепительная тайка в потрясающем вечернем платье в национальном стиле. Необыкновенный наряд девушки подчеркивал ее тонкие черты, достоинства фигуры и совершенство смуглой бархатной кожи. Только очень пристальный взгляд мог бы определить, что бедра ее, возможно, несколько узковаты. Но относительно узкие бедра и очень специфический подъем щиколотки являются известной отличительной особенностью тайских женщин и никак не умаляют красоты многих из них. Сверкающие на Дайане бриллиантовые украшения были отнюдь не громоздки, а, наоборот, соразмерны, изящны и элегантны. Она вошла в обеденный зал клуба, сияя красотой, в облаке какого-то неизвестного мне аромата. Мне до сих пор такой парфюм нигде не попадался. Вице-консул по всем понятиям был тоже очень хорош собой. Лично я не очень люблю высоких блондинов с пухлыми ярко-красными губами, но, думаю, что я здесь не в большинстве. Туповатое выражение лица, по мнению многих представительниц слабого пола, только украшает мужчину, так что наверняка женским вниманием Александр Петрович обойден не был. Судя по выражению лица тайской принцессы, она была в нескрываемом восторге от своего кавалера. Заняв место за столиком, Дайана скользнула взглядом по залу. Нас с Большим Тао она вроде бы и не заметила. Спутник же ее, напротив, уставился на меня в упор и даже ухитрился незаметно для окружающих подмигнуть. Обладая немалым опытом общения с подобными типами, я поняла, что господин Назарченков успел надраться за время короткого перелета из Бангкока. Мысленно раздев меня, Александр Петрович с брезгливым выражением на лице осмотрел моего спутника. Судя по всему, особенно не понравилась строгому дипломату легкомысленная рубашка с дракончиками. Будучи на все сто процентов уверен, что русского языка никто из нас не понимает, он пробурчал:

— Б…! А я слышал, что в это заведение не пускают старых обезьян!

Большой Тао улыбнулся уставившемуся на него молодому человеку одними губами. Лицо «старой обезьяны» оставалось умиротворенно-спокойным. Разумеется, старик ничем не выдал, что прекрасно все понял, и господин Назарченков соизволил повернуться к своей блистательной спутнице. Они продолжили уже, видимо, давно начатый разговор на английском языке. Насколько я расслышала, русский дипломат предлагал девушке поскорее направиться к ней домой и выяснял, можно ли будет побаловаться травкой. Если бы мне не было известно, что Большой Тао не знает английского, то я бы определила, что на его бесстрастном лице отобразилось некое подобие удовлетворения беседой наших соседей. Я перешла от супа к муссу из туны с чили и водорослями. Тао не спеша отхлебывал свой «Бомо», продолжая хранить молчание. Меня обслуживали очень быстро. Очевидно, персонал был предупрежден, что у нас немного времени. На десерт мне подали мороженое с зеленым чаем и мятой. От кофе с коньяком я отказалась и, осознавая себя кормящей матерью, не стала даже допивать до конца свой эльзасский креман. Показывая, что закончила ужинать, я немного отодвинула от себя пустой бокал и вазочку из-под мороженого. Тао допил одним глотком виски и встал. Он галантно подал мне руку, и мы удалились под удивленными взглядами членов клуба.

Я поблагодарила Большого Тао за великолепный ужин и попросила передать мою благодарность его брату — шефу. Тао согласно кивнул.

— Все идет как надо, — с удовлетворением отметил он. — Я даже не рассчитывал, что он такой дурак.

— Но они ведь говорили на английском, — удивилась я.

Тао кивнул.

— Но ведь вы, господин Тао, по-английски не говорите!

— Честно говоря, — улыбнулся старик, — это не совсем так. Во всяком случае, я на нем довольно неплохо… слушаю.

Я опять не без трепета припомнила нашу первую встречу.

— Да, маленький Мики ввел вас тогда в заблуждение. Я действительно предпочитаю не афишировать того, что знаю и умею. К тому же я терпеть не могу этого тупого немца, который непонятно с чего всегда мнил себя моим другом.

— А это разве не так? — улыбнулась я.

— У меня нет друзей, — печально отозвался Большой Тао. — Кроме Лини… Большой Лини… у меня не было здесь близких людей. — Он остановился и пристально посмотрел мне в глаза. — Когда-то я так не думал… Я считал, что у меня много хороших… верных друзей. Подобные заблуждения очень, очень дорого мне стоили.

Тем временем мы уже подошли к джипу Большого Тао. Мотор работал, и водитель, сжимая руль, сидел на своем месте. Похоже, он вообще не выходил из кабины. А рядом был припаркован мотоцикл, и возле него нас дожидался Мики. Теперь я уже знала, как зовут того парня, что встречал нашу гоп-компанию возле дома своего господина. Мики низко поклонился хозяину, после чего приветственно кивнул и мне. Тао сказал ему несколько непонятных мне слов, и мотоцикл немедленно умчал парня во тьму. Мы не спеша двинулись домой.