Чтение онлайн

— Дэвис, — я открыто и умоляюще посмотрела на него, вкладывая в свой взгляд максимум просьбы. — Это неразумно.

— Значит, все, что говорят о тебе и Дарене правда! — неожиданно нахмурился он, недовольный. — Этот хитрый старый волчара, который в детстве катал меня на коленках, действительно смог тебя охмурить?

— Что говорят? — осторожно поинтересовалась я. Мало ли, о чем он? Как он Дарена обзывает… Я мысленно закатила глаза. «Хитрый. Старый».

— Говорят, что вы спите теперь каждую ночь вместе, что и днём тяжело расстаётесь, что вас не узнать, вы будто двое влюбленных голубков.

Я промолчала, не зная, что ответить на это, а Дэвис неожиданно потащил меня в ванную комнату, которая была рядом с кабинетом. Шокированная, я торопливо вышагивала за ним, гадая, что он задумал.

Он поставил меня перед огромным зеркалом и произнес:

— Зеркало здесь только в ванной, поэтому я привел тебя сюда, не бойся. А теперь посмотри на себя.

Я посмотрела в зеркало.

— Мне тяжело отказаться от этой женщины.

Я перевела на него хмурый взгляд в отражении. Он был очень красив. Одет в праздничный фрак моего бледно-голубого цвета, со стальными вставками под цвет серебристых глаз.

— Пока я отступлю, так и быть. Я тоже не железный, чтобы видеть тебя и не трогать, не целовать. С каждым разом выдержка дается мне труднее. Но через два года ты станешь моей, — холодно процедил мужчина. Тяжёлая ладонь легла мне на шею и слегка сжала ее. Он стоял сзади и продолжал внимательно смотреть на меня. Я ответила хмурым непокорным взглядом.

— Вы говорили, что после истечения срока брака я смогу уехать, — тихо произнесла.

Ладонь властно спустилась на грудь и осторожно погладила сквозь тонкую кружевную ткань. Я вздрогнула, но не пошевелилась, а император продолжал осторожно ласкать грудь через ткань.

— Есть одно обстоятельство, — хрипло прошептал он. — Все зависит от твоего мужа. Насколько он предан своей Земле. На кону судьба Берингии. Если он кое-что выполнит, то я вынужден буду… отказаться от тебя.

Он плотно прижался ко мне сзади и уже положил вторую ладонь на вторую грудь. Сжал и отпустил. Жадно провёл ладонями вниз по талии, обхватив пальцами. Я чувствовала его желание и видела безумное вожделение в стальных глазах.

— Стойте! Хватит! — сипло прошептала.

— Анна, почему ты так жестока? — каким-то незнакомым голосом спросил император. Тоскливым что-ли. — Почему так холодна?

— Потому что вы готовите мне участь своей подстилки, малаэрд, — жестко ответила я.

— Участь фаворитки, любовницы, любимой женщины, — очень серьезно возразили мне. — Ты хочешь, чтобы я на тебе женился?

— Нет, что вы? — искренне удивилась я. — Но у меня другие планы на жизнь, не связанные с согреванием чьей-либо постели.

Мы смотрели друг на друга через отражение в зеркале, и я видела, как играли желваки на скулах Дэвиса Аркарта. Но и мой взгляд стал вызывающим. А что он хотел?

— Я всегда получаю то, что хочу.

— Я очень рада за вас, — спокойно ответила, не возражая и не нагнетая обстановку. — Но сейчас я ещё и чужая жена.

— У вас магический договорной брак. Разве ты считаешь себя чём-то обязанной Дарену?

Дэвис Аркарт прищурился, губы сжались в тонкую линию, руки на моей талии стали тяжелыми. Он прижал меня к себе и наклонился к уху, нежно прикусив мочку, от чего дрожь возбуждения все же прошла по телу. Нежные губы прошлись по шее, а большая ладонь стала поглаживать живот по гладкой шелковой ткани. Глаза оборотня не отрывались от моих, и он заметил, как мои стало заволакивать дымкой. Его желание я тоже почувствовала и внутренняя «оборотница» завозилась: все же император оборотней был очень сексуальным мужчиной, а я все ещё не научилась полностью усмирять сексуальные желания.

— Пока я жена другого, я не могу допустить, чтобы на репутацию мужа падала даже тень позора по моей вине, — севшим голосом хрипло прошептала я. — Отпусти.

— Ладно, отложим этот разговор на потом, — хрипло прошептал Дэвис в ушко, а сам нагло стал целовать его. — Сегодня ты настроена по-боевому.

«Я? Да я почти сейчас соглашусь на все». Я постаралась надавать себе мысленных оплеух и завозилась в объятиях, пытаясь освободиться.

Дэвис развернул меня к себе и с сожалением посмотрел на губы.

— Испортим макияж, — недовольно пробурчал.

— Да, — тихо ответила. — Испортим.

— Однозначно, — тяжело вздохнул император.

Он с таким откровенным желанием жадно смотрел на меня, что мне не удавалось выглядеть безучастной и холодной: жар стал подниматься по всему телу. Я поняла, что щеки мои пылают.

— Стоит ли судьба Берингии безумно желанной женщины, Анна? — вдруг спросил Дэвис со странным выражением лица, в глазах снова появилась тоска, как раньше в голосе.

— Конечно. Тут нет сомнений, — серьезно ответила я.

— И у меня их не было, пока тебя не увидел, — он нежно провёл кончиками пальцев по щеке, скуле, шее.

— А можно ли отдать желанную женщину другому, если пообещал?

— Что значит «отдать»? — нахмурилась я. — Она же не ваза, не книга.

— Да, она не ваза и не книга, — странно грустно усмехнулся Дэвис. — Но я — император, — вызывающе произнес, — и могу распоряжаться своими подданными.

Я промолчала, внимательно наблюдая за ним, — то, что речь шла обо мне, стало понятно. И от этого тревожно. Кому он собрался меня отдать?

— Ты делаешь меня слабым и романтичным, — вдруг жестко и недовольно произнёс император и отстранился от меня. — Чуть не лужицей растёкся уже. Пойдем!

Он вышел из ванной. Я пошла следом.

— Что мне нужно от тебя сейчас? — уже сухо, без всяких намеков на недавнюю романтичность, произнёс Дэвис. — Ты должна сиять, сверкать, очаровывать и ослеплять. Всех и каждого.

— И среди всех между прочим затеряется император Марилии? — осторожно поинтересовалась я.

— Откуда ты знаешь? Дарен сказал? — сузил злые глаза император оборотней.