Чтение онлайн

— Как вы там? — тихо спрашивала она, украдкой озираясь, чтоб прохожих не было. — Комфортно ли в пакетике? Есть чем дышать? А дети ваши как поживают? Ещё не выросли. Ну, ничего, вырастут ещё, вы только потерпите немного.

Правда, она так и не придумала, где их лучше выпустить на волю. Где ареал обитания вольных апельсинов в Мрачново? Потому притащила их на работу. Пусть пока тут поживут в качестве домашних питомцев. А как окрепнут, так сразу она их на волю и выпустит.

Вернувшись в кабинет администрации, Ядвига с твёрдым намереньем потянула центрально-распределительный поселковый рубильник, который располагался в подвале дома Агаты Карловны.

Казалось бы, спасение для фруктов пришло незамедлительно! Врывайся в магазины, бери, сколько хочешь, и освобождай, освобождай!

Но вмешалась сама Агата Карловна.

— Так! Что за дела?

— Апельсинки спасаются.

— Что за чепуха? Никто мне мероприятие не нарушит! — заявила она, даже не думая спускаться в подвал и проверять рубильники. — Разберись с освещением!

— Но… как? Апельсинки же. Свет — враг свободы! Я если и включу свет, то только ради того, чтоб всем квитанции за него распечатать. Чтобы от руки не писать.

— За свет я за мрачновцев всегда платила!

— А теперь не будет света. И платить не надо, — повеселела Черепушкина. — А если и заплатят, то мы всё равно подумаем, давать или не давать.

— Поздно тебя что-то на тьму потянуло. Но никто не знает, когда кровь заговорит. — пробурчала Агата Карловна, вышла на улицу и принялась за ПРИЗЫВ. — Но зачем мне мрачновская родня, если самой всё приходится делать?

Даже без света вечер в посёлке выдался не по-мрачновски светлым. Из леса на призыв банши прилетели болотные огни. Несмотря на то, что болот в округе давно не было, огоньки всё водились по старой памяти.

Они даже в лесу обитали, но с тех пор, как там развернули революционное движение суслики с белками, стало тесно и революционно-неуютно для миролюбивых светлячков. И теперь огоньки потихоньку перебирались в посёлок.

От людей и нелюдей беспокойства меньше, чем от мохнатых бунтарей.

— Всё что не делается, то… делаем, — бурчала Агата Карловна, открывая мероприятие и без света, успешно распределяя массу светлячков по секторам.

— Какая я молодец. И апельсины в безопасности, — улыбнулась Ядвига. — И фонари не обязательно зажигать. На электричестве можно экономить.

Болотные огни прекрасно справлялись с задачей освещения. Не зря мозгоправ с ними работу провела. Мозгов, правда, у огоньков обнаружить Агате так и не удалось, зато светимость после сеанса связи повысилась. А в ауре дело или личных предпочтениях — не так уж и важно. Банши просит — надо делать.

Некоторые светлячки ещё и цвет с зелёного на красный научились менять. И Ядвига тут же прикинула, что их можно смело ставить светофорами на перекрёстках подрабатывать. В посёлке всё равно все монстры чёрте как ездят, смешав велосипеды, автомобили, тележки и ролики. Так что если и будет много аварий, то сразу это не заметят. Спишут на процесс оптимизации.

Со светом каждый регулировать может. Ты без света попробуй.

В любом случае, на празднике в честь годовщины посёлка огоньки были задействованы в качестве основной иллюминации. Правда, фонари из них вышли непоседливые, скакали по столбам, заглядывали в окна домов, отчего жители не могли понять, день за окном или ночь? А, впрочем, какая разница?

Огоньки светились как маленькие солнышки. Вот, только что был день, а теперь ночь. А нет, снова день. А чтобы узнать, чего там на самом деле на улице со временем твориться, жители высунулись из своих коттеджей. И волей-неволей никто праздник не пропустил, даже те, кто и не думал идти.

А стоило жителям выйти на улицу, лишившись интернета, кабельного и гаджетов после отключения света, как музыка классических инструментов и общая атмосфера веселья уже не позволила отсиживаться дома.

В центре посёлка прямо на площади ещё с утра установили сцену, и теперь на ней выступить мог любой желающий. Отсутствие слуха и голоса в современном мире давно не считалось помехой для творчества. Главное, креативный подход.

Агата разумно посудила, что шанс прославиться должен быть у каждого, вне зависимости от того, гэкает он, акает или ещё агукает. Главное, чтобы желание было, и кто-то рядом с камерой на батарейках стоял. А талант она им на сеансах психотерапии откопать поможет. Правда, иногда такие таланты попадались, что лучше бы их, напротив, поглубже закопать… Но то дело вкуса.

Сцена, занявшая главную и единственную площадь посёлка, оказалась такой большой, что видно её было со всех уголков Мрачнова. И даже немного из леса. Но желающих выступить без света в посёлке теперь собралось так много, что музыкантам пришлось выстроиться в очередь. Когда же стало ясно, что продвигаться очередь не желает, репетиции начались прямо посреди улиц.

Поднялась такая какофония звуков, что хоть истребитель рядом заводи — не расслышать.

— Всё равно я громче всех мочу! — прогорланила на весь посёлок Мара и, снова открыв рот, загудела низким басом. — Я девочка простая. Я других не знаю. Я леди без прикрас, У-Би-Ва-Ше-Чка для ва-а-ас!

Музыка вдруг стихла. Девочка-монстр оказалась такой басовитой, что стоящий рядом динамик затрясло, затем подкинуло, а после и подбросило, и ожидаемо разбило.

Из него выскочил оглушённый суслик. Зверёк перекувыркнулся в воздухе, но приземлился на задние лапки, и даже мини-каску не потерял.

— Атака! — вскрикнул он на сусликовском. — Началось, братцы! Не время нынче за щёки припасы прятать! Они с таким рёвом всё заберут! Люди близко! Монстры ближе! Бежа-а-ать! — заявил он и, петляя, сам помчался в сторону леса.

Тактическое отступление.

Только среди ценителей музыки не нашлось переводчиков с сускликовского и для всех это прозвучало как «пи-пи-пи». А для многих так и вовсе не прозвучало. Потому что царили тут звуки погромче.

Шпион, однако, отлично справился со своей работой, до последнего оставаясь незамеченным. А там уже Оспе решать, что делать с полученной информацией.

— Басы сестры тащат, — заметил Даймон. — В том числе и сусликов в лес. Не надо ей петь. Пусть мычит. Всех и так растрясёт не слабо.