Чтение онлайн

Колобок тут же откусил себе руки, как сухой хворост и освобождённо, избавившись от переплетений ремня, заскакал по кабине, припевая:

— Поискать ещё людей среди гор тех лебедей! А найдёшь хоть одного, ты своди его в кино! На последний сядь с ним ряд…

— … и отправь его ты в ад!!! — тут же допела густым басом уже не девочка-Мара, но Убивашка в сценическом образе.

От импровизированного выступления вертолёт тут же затрясло. И он поперхнулся веткой ели. Отчего в салоне тут же запахло хвоей.

— Отличные освежители, — заметил Даймон. — А почему вы вай-фай над лесом не раздаёте? Мне к подписчикам надо. А то скоро отпишутся. И что тогда делать?

— Не переживай, сын, — отмахнулся оборотень, вновь переключая внимание исследователя на себя. — Скоро у тебя тех подписчиков будет — хоть под луной жуй.

— Вы хотели сказать «хоть ложкой ешь»? — тут же уточнил Армагедоныч.

— Ну, можно и ложкой, — кивнул оборотень. — Но мы раньше как-то без столовых приборов обходились. И ничего. Все здоровые выросли. А чему сейчас молодёжь учим? Мясо нельзя, белое не носи, варенье не открывай, мёд не… хотя с мёдом у меня в семье всё в порядке. Никогда медовых ограничений не было.

Колобок приземлился в руки оборотню, словно тоже решил попозировать.

— Давай, друг мой, сольно зарисуемся, — предложил Михаэль.

— Соль на рану, кровь и яд. Другу я такому рад, — тут же согласился колобок. — Но не будешь ты кормить, могу руку отрубить. Я без рук могу бодаться. Ты — отец. Тебе впрягаться.

Михаэль немного подумал и ответил:

— Похоже, Чёпа хочет есть. Да я бы и сам червячка заморил. Когда будут кормить в полёте?

Все посмотрели на пилота-журналиста-художника, но тот лишь пожал плечами.

— Так, мне сказали доставить. Насчёт кормления распоряжения не было, — признался Армагедоныч.

— Раз не будешь ты кормить… — продолжил колобок. — Можешь маме позвонить.

— На про…ща…нье! — пропел даже Михаэль, поддерживая общее настроение. Он там жену оставил всё-таки голодную, но молодёжь вывез из голодной территории, чтобы ели от пуза. А они тут что, голодать в дороге должны?

— Ах так, да? — сказала и Мара, а затем зубами впилась в кресло. А всё потому что нельзя детей голодными оставлять. У них режим и питание должно быть строго по часам. Особенно, если ребёнок — монстр. И не важно, что там у взрослых, Монстровидение, концерты да хоть Конец Света. Ребёнок должен быть накормлен.

Вертолёт вдруг издал протяжный гул, его зашатало как в предобморочном состоянии. Не столько от боли, сколько от удивления. И ещё немножечко от страха. Никогда ещё его пассажиры съесть не пытались. Он их — это ещё куда ни шло, но не наоборот же! Он накренился в бок и быстро пошёл на снижение в сторону аэропорта Бабкино.

* * *

В аэропорту Бабкино в то же время Агата Карловна уже отчитывала бригаду Небрея Правдина. Потому как работал он совсем не на том уровне, который ему доверили после Подпольных каналов.

С одной стороны, вёл себя как Побрей Врунов, не прислав съёмочную группу вовремя для информационной поддержки будущих звёзд эстрады, с другой всё ещё казался Небреем Правдиным, так как не побрился и говорил правду-матку.

При этом обе личности, поселившиеся в одном телеведущем, вели себя так, что срывали начало гастролей.

— Ох, — вздыхала Агата. — Такие работнички даже Конец Света испортят нам вконец. Что ж мне с вами делать-то? Откомандировать в ад котлы, сковородки и прочую систему обогрева чистить? Или просто съесть?

Одно другому, по сути, не мешало, но Агата вдруг вспомнила, что людей она вообще-то не ест. Только пугает до седых волос.

На последнем сеансе банши убедила рогатого клиента, что сама лично займётся концертной деятельностью начинающих звёзд, а ему лучше отдохнуть.

У неё ведь опыт работы с медийными личностями имеется, связи на телевидении и все дела. И потому Агата была уверена, что проблем не возникнет, организует всё в лучшем виде. Изрядно разогреет всех перед Концом Света, которым должен был закончиться гастрольный месяц. Окончательно готовилась бахнуть мир аккурат к финалу Монстровиденья. Звезды удачно сошлись для завершения мироздания, и те, что в небе, и те что на сцене выступают.

Всё складывалось просто идеальным образом, надо было лишь добиться, чтобы люди ничего не подпортили, особенно те, что на телевидении. А то эти могут сломать всё, что угодно. Даже Апокалипсис. Природа у них такая, ничего не поделать.

Последний день конкурса отлично совпадал с Апокалипсисом, который устроит ставленник Темнейшего. Пока тот соберёт всех его четверых всадников, приспешников и их «транспорт», как раз и концерт отыграют.

Тем самым Агата Карловна порядком разгрузила график клиента, выделив тому ранее не используемое слово — «отпуск». Первый за последнюю пару тысяч лет.

— А что? Силам зла тоже отдыхать надо, — убеждала она клиента. — А то из-за таких трудоголиков как вы люди и привыкли, думать, что зло не дремлет. А какого самому злу с вечным недосыпом? Оттого оно и злое, потому что уставшее, с тёмными кругами под покрасневшими от бессонных ночей глазами… Хотя, с другой стороны, выспавшееся зло, это уже почти добро получается.

Для концертной деятельности банши всё приготовила по высшему разряду: питание подвозили спецдоставкой, костюмеры готовились шить блестящие костюмы прямо у сцены, а фирмы уже начали поставлять оборудование, доставляя его самолётами прямо на аэродром.

— Всё будет как по маслу кататься, пока мир плавно катится в бездну ада, — уверяла всех банши, стараясь тем самым подбодрить.

Но что-то явно пошло не так, когда в небе показался вертолёт, затем накренился на бок и стал приближаться к земле гораздо быстрее, чем десантировался парашютист. Переводя на язык обывателей, далёких от языка постановочных сценариев — стал падать.

Агата Карловна поправила очки, посмотрела на грядущую авиакатастрофу и недовольно возмутилась:

— Так, кто заказывал падение вертолёта? Я не заказывала! Это что ещё за самодеятельность? А ну-ка отменяйте быстро! Упадут ещё, разобьются, потом пятна на рубашках даже с хлоркой не выведешь.