Чтение онлайн

Сумерки закончились, пришла ночь. Я ошибся в одном: кромешной темноты не было.

Тучи разошлись ещё пока мы шли сюда, к избушке. Скорее всего, где-нибудь в соседних осколках, где есть высокие горы — та же Будачиха — они зацепились за вершины и этой ночью прольются дождём.

Спасибо, что нас это никак не коснулось.

Луны не было, но хватало и звёзд. Тем более, свою корректировку внёс неучтённый мною фактор: стены осколка. В темноте синие соты светились довольно ярко, давая достаточно света, чтобы можно было чётко различать контуры предметов.

Правда, этот холодный синий свет, наложенный на округу, словно фильтр в фильме на монтаже, делал ночь жутковатой и неестественной. Мозг просто офигевал, когда глаза передавали знакомую вроде картинку, только при совершенно новых обстоятельствах.

Как эффект зловещей долины, только не с живым существом, а с вполне себе натуральным природным пейзажем.

Ничего, человеческие мозги и не к такому адаптируются.

— Чисто, — бросил я.

Опасности никакой не было, а вот территория вокруг избушки неприятно изменилась.

Буран уже выскочил наружу — сразу же за мной. Теперь вышел и Шенг с пистолетом наготове, прикрыл за собой дверь. Закрываться ребята не будут — чтобы мы могли в случае опасности быстро заскочить внутрь.

Оглянувшись, Шенг коротко выдал:

— Жесть.

— Угу, — буркнул я. — Время собирать камни.

Нам повезло в одном — ударная волна после падения метеорита (пока продолжу его именно так называть) большую часть камней швырнула дальше нашей территории — в лес и в реку.

В паре мест от ударов обвалился высокий берег, где-то попадали или повисли на кронах соседей деревья. Один здоровенный валун лежал недалеко от входа в избушку, вокруг валялись ещё с десяток поменьше.

Серьёзный ущерб получила только баня — камень пробил крышу и рухнул в предбанник, сильно попортив шифер. А, и ещё реально здоровый кусок скалы похерил почти все помидоры в огороде и уронил колышки, к которым были подвязаны немногочисленные оставшиеся.

— За мной. Держись сзади.

Сначала я двинул к целому окну. Оно выходит на лес, свет в нём виден издали, и это паршиво. Закрыл ставни, опустил засов. Вот, так лучше. За домом я притормозил, снял патронташ с трупа и перевесил себе на пояс. Надо было так ещё в прошлый раз сделать, но я поспешил.

Свой порванный патронташ я с собой в этот раз не брал, просто распихал патроны по карманам. Попрошу Юлю починить, у неё это ловко выходит. Я тоже могу, конечно — просто результат будет не такой симпатичный.

Одно за другим проверил ружья. Как и у декана, это был чуть ли не самый популярный вариант охотничьего гладкоствола: вертикальные двустволки двенадцатого калибра.

Хотя, деканово ружьё — новое и явно дорогое, а тут старенькие трудяги из категории «дёшево и сердито».

Оба оказались заряжены, стояли на предохранителях. От вечернего холода уже успели покрыться конденсатом — и вот это паршиво. Ничего, перед сном ещё всё оружие переберём и почистим, я ребят научу, как заботиться о своих огнестрельных друзьях.

Я передал Шенгу одно из ружей — то, что весило чуть меньше.

— Смотри, тут предохранитель. Два ствола — два спусковых крючка. Пистолет пока убери, доставай только в крайнем случае. С каждым новым выстрелом выше шанс, что он в руках взорвётся нахрен.

— Понял.

Сам я, подумав, спрятал обрез в чехол и тоже взялся за ружьё. Если твари не дай бог полезут к нам, увидеть мы их должны заранее. А из обреза на большое расстояние не постреляешь, разлёт дроби уже метрах на двадцати будет критический.

С трупа чуть позже нужно забрать хорошие камуфляжные штаны и кирзовые сапоги — они Олегу будут в пору, я думаю. В наших условиях старые добрые кирзачи точно лучше его кроссовок.

А сам труп нужно оттащить подальше от нашей территории. Взять с собой Олега до кучи, на прикрытие поставить Мэй и Юлю — чтобы проще было отбиться, если на нас из леса какая дрянь выскочит.

А потом всей толпой поднять таки на наш берег мост, чтобы обезопасить свою территорию чуть больше.

Кстати, патронташ я в прошлый раз сразу не забрал — а повторная возможность появилась не сразу. В общем, больше тянуть не буду. Из-за трупного окоченения пришлось повозиться, но я снял с тела и сапоги, и штаны с ремнём.

Шенг на это смотрел округлившимися глазами — но молчал.

— Нам нужнее, — спокойно сказал я, ответив на невысказанный вопрос.

Штаны и сапоги я сунул в разбитое окно, коротко бросил:

— Штаны приберите. Олег — примерь сапоги. Если по размеру, ходи в них, кроссовки для прогулок по городу оставим.

— Понял.

Я закрыл ставни второго окна. Сейчас ребята с другой стороны приберут осколки выбитого стекла — уже без риска получить в лицо кислотную струю. Пусть и чисто теоретического.

Лучше быть параноиком, чем мертвецом.

Сейчас лето, разбитое окно не проблема. Только свежее будет — в избушке семи людям и двум животным тесно, надышим так, что от духоты помрём. А дверь нараспашку для проветривания не оставишь.

Ещё и Буран… Он воспитанный пёс, но от долгого сидения взаперти один чёрт начинает не то, что имя своё оправдывать — он превращается в разрушительный торнадо.

Хаски — очень энергичная и свободолюбивая порода собак, их не просто так не советуют держать в городских квартирах. Уйдёшь на работу, оставив пса одного — и привет, ремонт и замена мебели.

Зато, не нужен будильник — с рассветом он нас поднимет. Тут прям без вариантов. Как себя будет вести медвежонок, я пока затрудняюсь сказать.

Ладно, теперь пора окончательно успокоить паранойю.

Мы снова проверили сарай и погреб — чисто. Разгребли осколки шифера в предбаннике, вытащили наружу тяжеленный камень.

— Растопить печь сможешь? — спросил я у Шенга.

— Конечно, — он прям просиял. — Я люблю русскую баню. И турецкие сауны. И японские онсены. Там тепло.

Я только хмыкнул — парень кутался в шарф и кофту и мёрз, хотя на улице — градусов эдак семнадцать по Цельсию. Может, он жертва диет или, учитывая его потрясающую выносливость, качалки или фитнеса?