Чтение онлайн

— Решившись, Алешка Разум подошел к Валерке Самсонову. «А-а-а, — лениво потянул тот, — Галоша… Чего надо?» — «У меня к тебе дело, Валера», — миролюбиво сказал Разум… Отведя Валерку в сторону, он шепотом сообщил, что знает, где Леня. Валерка не поверил, скорчил насмешливую гримасу: «Врешь, Галоша!» «Не вру!» — поклялся Разум…

Смазливого Самсонова портили уши, какие-то вопросительные, грустные и немного трусливые. Но именно они и придавали образу необходимую трагичную полноту. Все-таки художнику Борису Геркелю мастерства было не занимать. Сразу чувствовалось, что Валерка с такими вот плачущими ушами обречен…

— Алешка рассказал про стекольный завод, как излазил его вдоль и поперек — он хоть и инвалид, но не трус, не рохля, не маменькин сынок! И вот, в одном из подвалов он нашел немецкий складе оружием! — «Валерка, представляешь?!» А там чего только нет — пистолеты, автоматы, генеральские кортики и даже один пулемет. Ну, и ящики с патронами. Алешка открыл эту тайну своему единственному маленькому другу — Лене Дятлину… Привел его на склад. А потом запоздало подумал, что Ленечка еще слишком мал, чтобы хранить такую взрослую тайну. Поэтому Алешка специально оставил его на складе, сторожить чудесную находку…

Воображение Алешки нарисовало подобие пещеры Аладдина, только вместо сундуков с золотом и драгоценными камнями там громоздилось оружие. Сам Алешка изобразил себя с пистолетом в одной руке и кинжалом в другой, а Лене Дятлину надел на шею автомат…

— Если Валерка пойдет на стекольный завод, он покажет ему и склад, и оружие, и невредимого Леню Дятлина. Вдвоем — Разум и Валерка — они перепрячут оружие так, чтобы Леня не видел куда, а затем Леня вернется домой… Понятно, что говорить о том, куда они пойдут, никому нельзя. Иначе старшие все отнимут — и автоматы, и кортики. А так у них будет совместная тайна, фактически отряд, штаб и конечно же настоящее оружие. «Валерка, ты согласен?» — Самсонов поверил…

Разум Аркадьевич чуть усмехнулся наивному подростковому романтизму.

— Уже начинало темнеть, когда мальчики пришли к зловещим развалинам. Разум заметил, что Валерке не по себе от страшного места, он только не подает виду. Как же может бояться девчоночий кумир Валерка Самсонов, если даже хромой Галоша не боится, а знай себе идет, ступней пошлепывает!

В груди Разумовского клокотало злое торжество:

— Они подошли к спуску в подвал. Разум достал свечу, спички и первым полез под землю. Валерка осторожно двинулся следом. Видимо, он что-то заподозрил, потому что крикнул: «Ленька! Дятлин! Ты здесь?!» Никто не ответил Валерке…

Даже тембр Самсонова до смешного напоминал алферовский. Но я и раньше замечал, что у похожих людей часто бывают одинаковые голоса…

— Алешка Разум невозмутимо пояснил, что Ленька, наверное, заснул. Он уверенно вел Валерку по коридору — прямо к стальной двери склада. Открыл, пригласил: «Заходи!» — и только Валерка ступил за порог, Разум задул свечу… «Эй! Галоша! — жалобно вскрикнул Валерка. — Я ничего не вижу!» — тогда Разум бросился на Валерку, схватил за горло, повалил… Сколько же чудесной цепкой силы таилось в длинных чутких пальцах Алешки Разума! Валерка минуту хрипел и дергался, потом бурно опозорился в штаны, еще чуть поерзал под Разумом, и затих…

По комнате словно пронесся мимолетный сквозняк с гнилостным букетом подвальной сырости и испражнений.

— Алешка чиркнул зажигалкой, нашел оброненную свечу, зажег. До чего же дурацким оказался этот Валерка Самсонов! Алешка Разум не смог удержаться… — Разумовский запыхтел и рассыпался мелким, как бусы, мстительным смехом.

— Разум вытащил свой нож и приступил к разделке трупа. Не спеша, обстоятельно. А куда торопиться? Времени — товарный вагон. Вначале одним взмахом отпластал Валеркин зуд — без злобы, просто из интереса. Вскрыл брюшную полость, затем мягкие ткани в области тазобедренного сустава. С головой пришлось повозиться — пока лущил ножом шейные позвонки. Поинтересовался, как устроено колено. Несколькими метким взмахами ножа рассек сухожилия в основании голени, поковырял лезвием в костях, прошелся по мясу — и отчленил Валеркину правую ступню… В голосе Разумовского звучала сытая радость.

— По времени почувствовал, что заигрался, сложил Валерку на полку и побежал домой. Благо уже темно было, никто не увидел, что рубашка и штаны кровью испачканы. Разум дома грязную одежду спрятал, а сам юркнул в кровать…

Алешка лежал, укрывшись одеялом. Спящий его профиль с лунным пятнышком на щеке улыбался.

— Утром новое ЧП — пропал Валерка Самсонов. Опять милиция. Ходят, расспрашивают. Обратились и к Алешке Разуму — не видел ли? Он только плечами пожал: «Мы с ним не дружили!» — а сам пошел искать Танечку Санжееву…

Эта Санжеева уже появлялась раньше — в сцене с ухаживаниями отвергнутого Алешки, но тогда я почему-то не обратил особого внимания на ее внешность. Несколько крупных планов позволили хорошенько рассмотреть Таню, и результат, честно говоря, меня потряс. Если Самсонов отдаленно походил на Алферова, то Таня Санжеева была фактически списана с Наташи Новиковой. Я успокоил себя тем, что это, вероятно, распространенный тип красоты. В конце концов, и моя «семерка треф» была как две капли воды Новикова…

— Алешка Разум видел, как расстроена девочка тревожным известием о Валерке. Алешка сказал Тане, что хочет поговорить с ней. По секретному делу. Убедившись, что на них никто не смотрит, Разум начал рассказ. Таня не знала, да и никто не подозревал, что Разум и Валерка Самсонов настоящие друзья! Не разлей вода! Валерка даже прозвище придумал для Алешки — Разум! За то, что Алешка такой умный. Двойки в школе — не показатель…

Алешкина фантазия снова воссоздала сказочные катакомбы. К обстановке оружейного склада добавились письменный стол и телефон, а под потолком зажглась яркая электрическая лампа. Валерка и Алешка были в военной форме, оба перетянуты портупеями, в фуражках.

— У Валерки и Разума своя секретная организация, называется «Тайные пионеры», в которой Валерка — командир, а Разум — комиссар. У них на заброшенном стекольном заводе штаб. Они тайно помогают работникам милиции искать и обезвреживать шпионов. Валерка сейчас выполняет важное задание, поэтому и скрылся, но он оставил письмо — специально для Тани. Письмо спрятано на заводе, и Разум может отвести туда Таню. Никому говорить об этом нельзя. За болтливость — смертная казнь! Так постановили Разум и Валерка…