Муж для ведьмы
Шрифт:
Что это за мысль сейчас была вообще?
Магистр замер на пороге, разглядывая женщину. Она казалась яркой и какой-то…
С той первой встречи она изменилась сильно.
Он прекрасно помнил ту дрожащую девчонку в темноте на пустынной улице. Гийом не мог тогда видеть отчетливо ее лицо, но стук громко колотившегося сердца слышал на расстоянии. В первый момент он принял ее за ведьму, потому что все сходилось, кроме одного – силы. Напугана была как кролик, но при этом дерзила ему.
А еще он помнил грубое платье и под ним весьма рискованное кружевное белье. И тонкий запах волос и кожи, который не перебивали даже вонь прелой соломы и дешевое мыло, которым разило от ее одежды. Легче всего было принять ее за столичную даму, оказавшуюся в трудных обстоятельствах и вынужденную подрабатывать шлюхой в этом грязном предместье. Но шлюха не стала бы так отчаянно протестовать и вырываться.
Сейчас он видел перед собой уже совсем другую женщину. Уверенную, дерзкую. Явно привыкшую к другой жизни. Чего стоили ее кружевные чулки и те засахаренные сладости, которые она грызла так бездумно. Что, между прочим, совсем не свойственно поселянкам из предместья. А ее повадка? Привычка не опускать взгляд?
«Кто же ты?» – подумал он про себя, а сердце странно екнуло.
Он с первой же встречи заметил это несоответствие, однако в тот момент Гийом не располагал временем, чтобы разобраться. Говоря по правде, времени у него не было и сейчас. На нем висело незакрытое расследование в Сквартонской миссии. Он там только сверху копнул, и уже столько нарушений вскрылось, что впору за голову хвататься.
Дел по горло.
А его что-то непреодолимо притягивало к этой женщине. Очевидно, это из-за тайны, которую он не мог разгадать. Пока. Он даже обрадовался этой мысли. Действительно, нет никакого непонятного притяжения, а есть загадка. Как только загадка будет разгадана, женщина перестанет его интересовать.
«Ну, что ж, донна Иннелия из Таргота, воспитанница монастыря. Посмотрим, что за тайну вы прячете», – мрачно хохотнул про себя Гийом и направился к стойке. Теперь он не собирался торопиться, наоборот. Все разом отодвинулось на второй план, а в груди стало разливаться тягучее предвкушение.
Мысли пришли в порядок, все разложилось по полочкам. Даже странная, выжигающая дыру в груди потребность при виде ее успокоилась. Цель была прямо перед ним. Он опять являлся хозяином положения, и это было правильно, потому что иначе просто быть не могло.
И вдруг его слух уловил фразу.
– Гляди-гляди… Сочная девка!
– Уймись, она встречается с Шульцем.
– Дык нет же Шульца, его заезжий душегубец в Астаран услал!
Раздался сдавленный хохот, а сразу следом один из стражников шикнул:
– Тихо вы!
Его наконец заметили. Повскакали с мест, загомонили, вытягиваясь перед ним в струнку:
– Магистр!
– Отставить! – рявкнул он, проходя мимо. – Заканчивайте здесь и возвращайтесь на свои посты!
И даже не оглянулся. В тот момент Гийом Саварэ не мог бы сказать, что его взбесило больше. То, что его назвали заезжим душегубцем, или то, что интересующая ЕГО женщина встречается с каким-то солдафоном. Сразу припомнились и кружевные чулки, и взгляд, который она бросила на Шульца.
Магистр внезапно почувствовал, что ему жмет широкий ворот его серого инквизиторского одеяния. А на лице сама собой обозначилась циничная кривая усмешка. Он видел, что женщина смотрит на него, и как меняется взгляд и выражение лица, тоже. Стоило ему приблизиться, она отложила недоеденный кусочек сладкого на тарелку и замерла холодной статуей.
Еще один неприятный укол. Гийом собственными глазами видел, как она мило улыбалась какому-то вояке. «Вот, значит, как, донна Иннелия?» – ядовито заметило его эго.
Несколько секунд висело молчание, наконец она спросила:
– Будете делать заказ?
– Буду, – подался он вперед и замер, глядя на нее.
– Кхммм… – женщина опустила глаза и прокашлялась, прикрывая горло рукой.
Гийом проводил взглядом этот ее жест. Изящные длинные пальцы, ухоженные ногти, эти руки ни дня не занимались грязной работой. Еще одно несоответствие.
Возникла неловкая пауза.
И тут она вскинула на него взгляд.
Он так и не понял, почему разозлился. Наверное, потому что она смотрела на него с вызовом. Это плеснуло кипящим маслом на его гордость. И сарказм из магистра Саварэ так и попер.
– Я смотрю, вы, донна Иннелия, любите сладкое? – спросил он. – Надо полагать, эту привычку приобрели в монастыре? Впрочем, можете не отвечать.
– Ну отчего же, – сложила она руки перед собой. – Именно там и прибрела.
Сладко улыбнулась и провела языком по нижней губе, слизывая крохотную крупинку сахара. У него на глазах. Мужчина почувствовал себя обделенным, нервно сглотнул и бросил отрывисто:
– Очевидно, привычку крутить романы с военными вы приобрели там же?
Ее глаза ярко сверкнули, совсем как у разозленной кошки. Однако ответила она спокойно:
– Да. Мне всегда нравились военные, красивые, здоровенные. Но к вам это не относится, – смерила его взглядом и добавила: – Будете делать заказ? Потому что если нет, видите, за вами скопилась очередь.
Сейчас Гийом готов был удавить ее, такая ярость кипела в нем. Но виду он не подал.
– Ничего, подождут, – проговорил он ровным тоном.
Оперся локтем о стойку и оглянулся назад. Если кто и желал чего-то заказать, всех словно ветром сдуло. А он обернулся к ней и бросил золотой.
– Мясо с бобами.
– Прекрасный выбор, – процедила женщина, записывая заказ.
И уже хотела опустить его золотой в кассу, но магистр успел раньше.
– Оставьте это. Заказ не окончен, – проговорил он.
Нарочито медленно протянул руку, взял с тарелки надкусанный ею кусочек сладкого, положил в рот и стал жевать. Она беззвучно ахнула, уставившись на него. Что-то беспомощное, женское промелькнуло в глазах.
«Так-то», – подумал Гийом, а вслух сказал:
– Донна Иннелия, вы приглашаетесь для дачи показаний. Прошу следовать за мной.